– Ради самой себя? – повторил он. – Что вы имеете в виду?
Эмили отвела глаза, занятая душевной борьбой, и ему оставалось только очарованно следить за этой борьбой. И надеться, что он сможет сделать для Эмили что-то хорошее. Он хотел, чтобы она хоть немного доверяла ему.
– После ранения моя жизнь изменилась, – прошептала она наконец. Голос ее слегка дрожал. – Я всем говорила, что это не так, но я лгала – и им, и себе. Меня преследовали воспоминания, они меня сковывали. Я надеялась, что они исчезнут, когда я вернусь к работе, но… – Она вздрогнула и отвернулась.
Грант схватил ее за руку и заставил повернуться к себе:
– Но?
– Я все еще боюсь. – В глазах ее засверкали слезы. – В ту ночь, когда за мной погнался Лири, я как будто застыла. И когда вы с ним дрались, было-то же самое. Я застыла от страха.
Это признание далось ей нелегко. Оно потребовало такого уровня доверия, что Гранта охватил трепет, хотя тревоги его от этого признания только возросли. Но Грант оттолкнул все это. Теперь речь шла об Эмили. Несмотря на все свои желания, он не мог предложить ей поддаться своим страхам и оставить работу тайного агента. Это сломило бы ее дух.
Дух, сутью которого, как он уже понял, является сила.
Эмили сжала его руку:
– Я прошу вас пойти со мной в «Синий пони», тоже переодевшись. Будьте рядом со мной. Если вы будете там, я, наверное, сумею быть сильной. Я сумею побороть этих демонов.
Он поднес к губам ее руку.
– Мне становится нехорошо, когда я вижу, как вы подвергаете себя опасности, – признался он. – Но я никогда не считал вас слабой.
Эмили удивилась, лицо ее посветлело, и она ласково улыбнулась:
– Спасибо.
– Нет ли какого-нибудь иного способа?
Она задумчиво покачала головой.
– Хорошо, – со вздохом согласился он. – Мы отправимся туда завтра вечером. Если Лири и его сообщники увидят вас накануне того дня, когда они собрались осуществить свои планы, это подстегнет их и заставит действовать. И вероятно, заставит выйти. Я буду там, рядом с вами.
Облегчение, выразившееся на лице Эмили, было почти осязаемым.
– Благодарю вас, – прошептала она.
Он нахмурился:
– Окажите мне услугу. Мне было бы легче, если бы вы разрешили Тайлерам сопровождать нас. Четверо против их группы – это даст нам фору, если что-то пойдет не так.
Эмили подумала, потом кивнула:
– Хорошо. Это успокоит Лукаса и Ану и не позволит им обо всем доложить начальству.
– Тогда давайте сообщим им о наших планах.
Эмили подошла к двери, чтобы позвать Ану и Лукаса, но прежде чем потянуть за ленту звонка, обернулась.
– Я знаю, вам трудно помогать мне в этом деле, но у нас все получится. Возможно, я даже превзойду ваши ожидания.
Грант внимательно посмотрел на нее. Когда ему дали поручение охранять Эмили, он считал ее просто пустой светской дамой. Потом стал думать о ней как о таинственной, загадочной женщине. А потом – как об отважном, хотя и неуправляемом, вспыльчивом человеке.
Но с каждым мгновением, проведенным подле нее, Грант понимал, что ни одно из этих суждений не является верным. Эмили – это что-то гораздо большее.
– Вы уже их превзошли, Эмили, – сказал он. – Уже превзошли.
Она потянула ленту звонка.
Глава 18
Грант ахнул, когда вечером следующего дня Эмили вошла в гостиную. Это была не Эмили, которую он знал вот уже не одну неделю. Пустив в ход все свои способности, она совершенно изменила внешность.
Эмили улыбнулась и стала медленно поворачиваться, чтобы эффект, произведенный ее видом, был полнее. Перед Грантом стояла та же потаскушка, которую он ласкал после встречи в «Синем пони». На голове был огненно-рыжий парик, прозрачную кожу лица покрывал густой грим. Поношенное платье было другое, но оно так же выставляло напоказ красивую грудь, увеличенную при помощи толщинок.
– Помнишь меня? – промурлыкала Эмили, произнося слова в той же манере, которая одурачила Гранта в ту ночь. Тогда рассудок его не связал двух женщин воедино, но тело всегда понимало, кто скрывается под этой личиной.
Оно и сейчас это понимало, если судить по тому, как отяжелели вдруг его чресла.
– Конечно, я вас помню, мисс, – сказал он, подходя к ней и обнимая за талию.
Эмили подняла голову, и он крепко поцеловал ее в губы, ощущая клубничную сладость, которая неизменно вызывала в нем еще большее вожделение.
Грант отошел:
– Но все-таки я предпочитаю мою Эмили.
Эмили удивилась, услышав это, и заметив ее удивление, он одумался. Он вовсе не собирался придавать этим словам какое-то особое значение.
– Я… мне нужно заняться вашим преображением, – пробормотала она. – Уже пора.
Он кивнул. Тема, судя по всему, была закрыта, да оно и к лучшему.
Усевшись, Грант смотрел, как Эмили открывает чемоданчик, который принесла с собой. В чемоданчике были грим и всевозможные накладки.
– Бог ты мой, – только и сказал Грант.
Эмили улыбнулась и принялась накладывать краску ему на лоб.
– У каждого агента есть отличительные способности, – сказал она. – Мой дар состоит в умении изменять внешность.
Грант посмотрел на нее. Глаза – единственное, что оставалось в ней от настоящей Эмили, но и этого было достаточно, чтобы их взаимное притяжение вспыхнуло с новой силой.
– Не только в этом, – тихо проговорил он.
– Да? А в чем же еще? – спросила Эмили, не отрываясь от работы.
Он притянул ее к себе.
– Грант, – прошептала она.
Не обращая внимания на ее слабые протесты, он поднял юбку ее поношенного платья и погладил по голому бедру. Кисточка, которую Эмили держала в руке, упала на пол. Эмили схватила его за плечи.
– Грант, грим…
– Грим я не испорчу, – озорно улыбнулся он, не прекращая ласк.
Голова у нее откинулась назад, Эмили тихо застонала.
– Да мы уже готовы, – прошептал он. – Вот и прекрасно.
Ласки его становились все смелее и настойчивей, Эмили задыхалась и стонала. Наслаждение было почти невыносимым… Она прижалась к Гранту, вскрикнула, требуя все большего и большего, и он щедро дарил ей это большее, пока она наконец не обмякла.
– Уметь соблазнять – это воистину настоящее мастерство, – прошептал он.
– Кто же из нас мастер? – слабо спросила она. – Вы или я?
Он рассмеялся и подал Эмили кисточку, выпавшую из ее рук:
– Вам решать.
Дрожащими руками Эмили взяла кисточку и продолжила свои занятия.
Когда она обрела способность дышать ровно, Грант спросил:
– Как же вы узнали, что обладаете этим специфическим даром?
Она продолжала накладывать грим на его лицо, и только взволнованная грудь говорила о том, что Эмили совсем недавно пережила сильнейшее наслаждение.
