Эмили кивнула. Уехать – это хорошая мысль. Когда она с Грантом, когда она видит, как любит он своих родных, она жаждет того, чего у нее никогда не будет. Самое лучшее для нее – вернуться к себе домой и собраться с мыслями. И забыть об этих глупостях.
– Прошу прощения, леди Уэстфилд, – проговорила она, вставая из-за стола.
– Ну что вы, – сказала мать Гранта и тоже встала. – Но я надеюсь, вы приедете к нам как-нибудь и пообедаете в кругу нашей семьи.
Приглашение удивило Эмили. Оно звучало одновременно соблазнительно и пугающе.
– Мне бы очень этого хотелось, миледи, – прошептала она, бросив быстрый взгляд на Гранта, чтобы узнать, как он к этому относится. Но если он и думал что-то по этому поводу, на его лице это никак не выразилось.
– Вот и прекрасно. Я пришлю вам приглашение на этой неделе, – сказала леди Уэстфилд, беря Эмили под руку и провожая ее в холл. Там она велела подать карету Гранта.
– Благодарю вас за помощь, матушка, – сказал Грант, целуя мать в щеку.
– Зайдите ко мне потом, Грант. Мне хотелось бы поговорить с вами.
Эмили вздрогнула. Леди Уэстфилд, конечно, не удовлетворили неловкие выдумки с дорожным происшествием. Особенно если учесть, что карета Гранта подъехала сейчас к дверям ее дома в целости и сохранности. Эмили оставалось только надеяться, что Грант, вернувшись, сможет утаить истину.
Дамы простились, и Грант помог Эмили сесть в карету. Когда карета тронулась, Эмили с облегченным вздохом откинулась на спинку сиденья.
– Мне очень жаль, что из-за моих ушибов ваша матушка оказалась вовлеченной в это дело, – сказала Эмили, прикрыв глаза рукой. В голове снова застучало.
Грант пожал плечами:
– В настоящее время мне кажется, что ее больше интересует, каковы на самом деле наши отношения, чем причина, по которой вы разбились. Я заметил в ее глазах живой блеск.
Эмили посмотрела на него сквозь пальцы. И опять лицо его было совершенно непроницаемо. Черт бы побрал этих тайных агентов. Вот почему она никогда раньше не связывалась с ними.
– И что вы ей скажете? – спросила она и тут же пожалела об этом.
Грант склонил голову набок:
– А что бы вам хотелось, чтобы я сказал, Эмили? Чтобы сообщил, что у нас с вами страстный роман? Что всякий раз, оказавшись с вами в одном помещении, я хочу прикасаться к вам? Прижиматься к вам губами? Я об этом должен сообщить ей?
Рука у Эмили задрожала, она отвела ее от лица и положила себе на колени, стиснув пальцы.
– Зачем же говорить ей об этом, раз мы с вами знаем, что все это не повлечет за собой никаких последствий?
Он выдержал ее взгляд, а потом кивнул:
– Да. Это не повлечет за собой никаких последствий. Ведь мы обещали это друг другу, не так ли?
Она отвернулась и посмотрела в окно, на промозглые лондонские улицы. В карете повисло молчание – неловкое молчание, вызванное горячностью его слов.
Потом Грант вздохнул:
– Я хотел кое о чем спросить вас.
После такого пылкого заявления о чем еще было спрашивать?
– О чем же?
– После вашего падения вы назвали одного человека. Леди М.
Эмили вздрогнула. Леди М. была тайным руководителем ее организации. С леди М. Эмили никогда не встречалась, никогда ее не видела. Никто, кроме Чарли, не знал, кто она такая. Эмили ни с кем не говорила о ней, кроме Мередит и Аны.
Если Грант и заметил её удивление, то виду не подал.
– Я удивился, почему вы назвали ее, – продолжал он. – Откуда вы знаете, что это ее прозвище?
Эмили наморщила лоб и, не обращая внимания на резкую боль в голове, спросила:
– Что вы хотите сказать? Чье прозвище я знаю?
– Мою мать зовут Маргарет, и отец при жизни всегда называл ее леди М.
Глава 17
Эмили смотрела на полог над своей кроватью, не видя его.
«Мою мать зовут Маргарет, и отец при жизни всегда называл ее леди М.».
Господи Боже ты мой. Слова Гранта снова и снова звучали у нее в голове, причиняя боль. Неужели это правда? Неужели леди Уэстфилд и есть леди М.?
Обдумав все, Эмили пришла к выводу, что это вполне вероятно.
Вчера ночью ей показалось, что она видела экипаж Чарли, отъезжавший от дома леди Уэстфилд. Теперь Эмили еще больше в этом уверилась. Леди Уэстфилд сама открыла заднюю дверь своего дома, и первыми ее словами были – не забыли ли вы что-нибудь. Как если бы она решила, что ее посетитель вернулся в дом, только что уйдя из него.
Было и еще кое-что. Эмили проснулась ночью и увидела, что мать Гранта сидит у ее кровати, глядя на нее так, как мог бы смотреть любящий человек. За завтраком Эмили чувствовала, что их с леди Уэстфилд что-то связывает – что-то большее, чем обычное знакомство.
Все эти годы Эмили считала, что леди М. – светская женщина. Женщина, которую скорее всего знают и Эмили, и ее подруги. Сколько раз на балах она рассматривала богатых и влиятельных пожилых дам, пытаясь понять, кто же из них леди М.
Леди Уэстфилд прекрасно подходит на эту роль. Ее любят в обществе, она умна, влиятельна. Это женщина, которая заслуживает всеобщее уважение, женщина с длинной и выдающейся родословной.
Скрипнув, отворилась дверь, и в спальню скользнула Анастасия, оторвав Эмили от ее мыслей. Ана нерешительно подошла к кровати, тревожно глядя на подругу. Эмили вспомнила о всех тех случаях, когда Ана входила в эту самую комнату и находила ее в таком же положении – поправляющейся после ранения.
Эмили села, и на этот раз в голове застучало немного слабее, чем стучало весь день при таком же движении:
– Ана, не смотри на меня так испуганно. Я не ранена.
Это, кажется, вовсе не убедило подругу. Она опустилась в кресло, стоявшее у кровати, и устремила на Эмили внимательный взгляд.
– Когда Чарли сказал, что с тобой что-то случилось, я… я могла думать только о той ночи. Когда мы чуть было не потеряли тебя.
Эмили хотела взять подругу за руку и успокоить, но тут в голове у нее что-то щелкнуло:
– Чарли сказал, что со мной что-то случилось?
Ана кивнула, вытирая слезы:
– Да. Я получила его записку сразу же после того, как ты вызвала меня. Тебе следовало сообщить мне, что ты разбилась. Когда он сказал, что произошел какой-то необъяснимый несчастный случай, связанный с Грантом Эшбери, я пришла в ужас. Эмили, а ты не хочешь рассказать мне, что это за тайное расследование, которым вы с ним занимаетесь?
Эмили посмотрела на подругу, и сердце забилось еще сильнее:
– Откуда Чарли узнал, что я расшиблась? Я еще не докладывала ему о своих действиях.
Ана осеклась на полуслове:
– Понятия не имею. Ты же знаешь Чарли. Кажется, он видит все, что мы делаем. Может быть, Грант доложил своему начальству или сам сообщил Чарли. А теперь расскажи мне, что с тобой случилось.
