– Грант, – простонала она, схватившись за лацкан его фрака, – Леди М. Мы должны рассказать леди М…
Голос ее упал, она продолжала бормотать что-то несвязное, но Гранту было все равно. Главное, что Эмили жива. Он побежал к карете, ждавшей за углом в темном переулке. Нужно отвезти Эмили в безопасное место.
И тут он вспомнил ее слова. Леди М. Это хорошая мысль. Он объяснил кучеру дорогу и сел в карету, держа Эмили в объятиях и моля Бога, чтобы они успели приехать, пока еще не поздно. И чтобы с Эмили не случилось ничего непоправимого.
– Грант, – пробормотала она, и ему показалось, что на этот раз голос ее звучит отчетливее. – Грант!
Он убрал волосы с ее лица и почувствовал, что пальцы у него в крови. Он улыбнулся, надеясь, что в темноте кареты Эмили не заметит выражения ужаса на его лице.
– Все хорошо, дорогая, – успокоил он ее. – Я здесь. С вами все в порядке. С вами будет все в порядке.
– Куда… мы… едем? – спросила она, и было ясно, с каким трудом давалось ей каждое слово. – Лири…
– Ш-ш… Мы едем туда, где будем в безопасности, – Он заглянул в ярко-синие глаза, которые от боли и от сильного удара головой стали еще ярче. – Мы едем к моей матери.
Эмили старалась поднять голову, но дурнота и головокружение мешали ей. Оставалось только лежать на руках Гранта и надеяться, что ее не вырвет прямо на него. О своем падении она не помнила. Помнила только, что она с ужасом смотрела, как дерутся Грант и Лири. И вот она уже в карете Гранта, и мир перед ее глазами вертится.
– Вы сказали, что мы едем к вашей матери? – спросила она, сосредоточив взгляд на лице Гранта в надежде, что от этого голова у нее перестанет кружиться.
Он кивнул, и его мрачное лицо показалось ей похожим на расплывчатое пятно.
– Да, это самое близкое отсюда безопасное место. Мы будем там через две минуты.
Эмили прижалась к его рукам, чтобы обрести точку опоры.
– А Лири… что сталось с Лири? Вы не ранены? Он… ударил вас.
Ах как трудно складывать слова.
– Эмили, прошу вас, успокойтесь. В отличие от вас я невредим.
Грант коснулся ее виска, и Эмили вздрогнула, потому что сверкающая боль пробежала по ее телу, как вспышка.
– Но…
Он покачал головой и крепко сжал губы:
– Мы поговорим обо всем после того, как вас осмотрит врач.
Карета резко остановилась, и Эмили застонала. Какую боль причиняют раны в голове! У нее давно уже не было таких ран, и Эмили успела забыть, насколько они болезненны.
Грант вынес ее из экипажа с такой легкостью, будто она вообще ничего не весит. Грант направился к огромному дому леди Уэстфилд, и Эмили со вздохом положила голову ему на плечо. На спор с ним у нее уже не было сил. Грант о ней позаботится. На него можно положиться.
– А нас никто не увидит? – спросила она, пытаясь оглядеться.
– Мы подъехали к черному ходу, – объяснил Грант. – А теперь прошу вас, не нужно никаких вопросов. Отдыхайте.
Она замолчала – в основном потому, что было очень трудно подбирать слова, но глаза у нее оставались открытыми. Когда Грант прошел через задние ворота и направился к дому, Эмили краешком глаза заметила какое-то движение. Из-за угла выкатилась карета.
Неужели это?.. В голове все завертелось. Нет, это просто воображение. Карета страшно походила на старый экипаж Чарли. Вот уже несколько месяцев Эмили, Анастасия и Мередит безжалостно шутили над ним насчет вечно дребезжащей сломанной дверцы. Чарли говорил, что слишком занят, что ему некогда ее чинить. И теперь Эмили была уверена, что видела косо висящую дверцу, слышала знакомое дребезжание.
Да нет. Просто ее потрясенный мозг шутит с ней шутки. Она ищет Чарли, потому что ей больно, потому что ей нужно утешение от человека, на которого она вот уже несколько лет смотрела как на отца. Она, конечно, ошиблась, потому что Чарли нечего делать среди ночи у дома леди Уэстфилд. Он, вероятно, даже не знаком с этой леди.
Грант постучал в дверь, и, к удивлению Эмили, она почти сразу же открылась. Не менее был удивлен и Грант, потому что глазам его предстала сама леди Уэстфилд.
– Вы что-то забыли? – Но тут леди Уэстфилд осеклась и ахнула. – Господи, Грант! Кто это… неужели это леди Эллингтон?
– Она разбилась, – сказал Грант, и леди Уэстфилд отступила в сторону, пропуская их в теплую кухню. – Ей нужен врач.
Эмили попыталась приподнять голову и улыбнуться леди Уэстфилд, чтобы та успокоилась. Но это привело только к тому, что боль в голове стала еще сильнее. Мир снова потемнел, и Эмили положила голову на грудь Гранта и погрузилась во мрак.
– Перестаньте ходить взад-вперед, дорогой. У меня от этого кружится голова.
Грант остановился и повернулся к матери. Она сидела на диванчике и пила чай с таким спокойным видом, словно он каждый день приносил к ней в дом окровавленных женщин в бессознательном состоянии.
– Простите, матушка, – ответил он, заложил руки за спину и усилием воли заставил себя остановиться. – Я понимаю, что вас все это сильно расстроило. Если бы у меня был выбор, я никогда не устроил бы такой переполох в вашем доме.
Леди Уэстфилд снова отпила чаю, поставила чашку на столик и легонько усмехнулась:
– А какой реакции вы от меня ожидали, Грант? Вы думали, что я упаду в обморок прямо на полу в гостиной? Мы, женщины из семьи Уэстфилдов, все равно, носим мы это имя по праву рождения или по мужу, сделаны из более прочного материала. Пора бы уж вам это понять.
Впервые после того, как он принес в этот дом Эмили, Грант едва заметно улыбнулся. Благодаря матери эта странная ситуация казалась почти что обыкновенной. Почти что.
– Не могу сказать, что у меня нет к вам вопросов, – продолжала леди Уэстфилд. – Но вероятно, сейчас вы не в настроении на них отвечать. Вы очень беспокоитесь о леди Эллингтон.
Грант быстро взглянул на мать. Она вызывающе выгнула бровь, и он сложил руки на груди.
– Леди Эллингтон сильно ушиблась. Конечно, меня беспокоит ее состояние. – Но беспокоило его не только это. Он вытянул шею в направлении коридора и лестницы, ведущей наверх. – Что он там копается, этот врач?
– Вы мне сказали, что доктор Уэкслер – один из лучших врачей в Англии. Пусть он делает то, что считает нужным. Не так уж долго он пробыл наверху с леди Эллингтон.
Грант бросился в кресло, стоявшее напротив диванчика. Если бы только мать знала правду! Доктор Адам Уэкслер был особым врачом, лечащим врачом всех тайных агентов его величества. И судя по реакции этого молодого доктора, он уже видел Эмили раньше. Вероятно, когда ее ранили.
Грант поморщился, вспомнив, с какой нежностью врач взял руку Эмили. И как Эмили выдохнула его имя, прежде чем Уэкслер велел Гранту выйти и захлопнул дверь комнаты, в которую поместили Эмили. Вся кровь у Гранта закипела при этом. Да еще при мысли о том, что Эмили страдает, а он бессилен ей помочь!
