– Знаешь ли ты, Жоаннито, что на их пути встретятся страны, где живут люди-дьяволы с собачьими головами? Любого христианина они могут загрызть без всякой причины, потому что это уже область Сатаны, – доверительно рассказывал какой-то моряк приятелю. Тот ужасался, хлопал: глазами и вытирал обильные слезы. – Мало того, их ждут острова, на которых гнездятся птицы с железными клювами и когтями, с медными перьями. Когда эти птицы взлетают, то застилают солнце, наступает мрак. И тогда сатанинские птицы бросают вниз свои медные перья… А каждое то перо, как стрела, пронзает человека насквозь.
– Да что медные птицы и люди с собачьими головами, – вмешался седобородый солдат со шрамами на лице и деревянным протезом вместо правой ноги. – Этих чудовищ можно еще как-нибудь избежать, спрятаться в трюме или уплыть от них поживее… А вот от черных великанов-людоедов никуда не деться. Как только корабль пристает к их берегу, они тотчас выбегают из леса, хватают людей и пожирают вместе с одеждой и сапогами.
– Боже милостивый, спаси и сохрани, возврати родителям, детям и женам… Помоги, святая дева Бетлеемская, избави от мучений и скорбей! – рыдала пожилая женщина, у которой сын уходил в плавание.
– Так ведь надо стрелять по великанам из арбалетов. А еще лучше из аркебуз свинцовыми пулями. Чего их бояться! – возражал старому инвалиду светловолосый парень в одежде ремесленника – в коротком суконном кафтане и войлочной шапке.
– Дело все в том, что шкуру людоедов не пробить ни стрелой из арбалета, ни даже пулей, – махнул рукой солдат с протезом. – Шкура у них тверже камня.
– Поглядите, вместе с командором идет весь цвет наших мореходов. И каждый командует каравеллой, – объяснял соседям добротно одетый человек средних лет с бритым лицом (скорее всего, стряпчий из городской управы). – Вот Гонсалу Альвариш и Николау Коэльо, доплывавшие почти до самого южного мыса Африки. С ними силач Жоао ди Коимбра и Гонсалу Нуньеш. Нету только славного Бартоломео Диаша… А вот и Пауло да Гама. Повезло ему, гуляке и дуэлянту. Благодаря брату у Пауло улажены неприятности с правосудием. Всемилостивый король отдал под его начало прекрасную каравеллу «Сао-Рафаэль».
– Многие из этих капитанов возвратились живыми и невредимыми, хотя и заходили далеко к югу. Но неизвестно, что их ожидает дальше. А если там и вправду такая жара, что медные скобы делаются мягкими, железо лопается, а белые люди превращаются в негров?
Молодая сеньора в черном платке и четками в руках восклицала, искренне печалясь:
– Ах, как жалко, если такое случится! О Блаженнейший Иисус и Пресвятая Дева, спасите их и помогите им!..
– При урагане и без всяких чудовищ гибнет немало кораблей. А сколько моряков умирает в походе от голода, мучительных болезней и тухлой воды…
– Они уходят в плавание ради своего короля, ради святой апостольской церкви и всего христианского народа, – назидательно проговорил, перекрестившись, богослов-испанец из университета в Толедо.
– Если удастся найти путь в Индию, у всех жизнь превратится в праздник, будет счастливой и сытой, – убежденно твердил купец в длинном плисовом балахоне, пришедший с домочадцами и приказчиками.
Рыдания женщин, молитвы и причитания создавали впечатление, будто берег перед церковью стал местом множества одновременных похорон. Люди провожали моряков, словно те уходили на неминуемую гибель.
Васко да Гама был тронут проявлением сочувствия стольких разных людей. Он невольно ощутил слезы на глазах, заражаясь общим настроением. Но через минуту взял себя в руки, сурово сжал губы и повел команду на прощальную торжественную мессу. После богослужения все направились к пристани. Там ждали лодки, готовые отвезти моряков на корабли.
Впереди шествовали священники с серебряным крестом и кадильницами. Прелат читал напутственную молитву. За священниками в одиночестве, с высоко поднятой головой, сосредоточенным и бледным лицом медленно шагал Васко да Гама, держа в обеих руках зажженную свечу. Вслед за командором, по двое, шли, тоже со свечами, офицеры, матросы, солдаты и остальные отплывающие с флотилией.
На берегу все опустились на колени. Прелат принял общую исповедь и даровал отпущение грехов всем, кто сложит голову в путешествии. Команда погрузилась в лодки и поплыла к кораблям.
За ночь до отплытия на борт каравеллы доставили десять изможденных, обросших косматыми бородами людей. Их охраняли вооруженные алебардами солдаты в железных кирасах. Это оказались осужденные на казнь преступники. Васко да Гама брал их с собой для особо опасных поручений и чтобы оставить их, если понадобится, в дальних или враждебных странах, предполагая забрать на обратном пути.
Каравеллы были давно готовы к отплытию. Носы кораблей украсили богатой, ярко раскрашенной и позолоченной резьбой – изображением святого покровителя судна, чьим именем оно называлось. Команда разошлась по местам. Прозвучали трубы. Над мачтой флаг манского корабля взвился королевский флаг. Затрещали барабаны, застучали бубны и тамбурины, заиграли волынки и флейты. Под благословения, причитания и рыдания толпы подняли якоря. По вантам скользнули вверх матросы, расправились и надулись ветром паруса. Четыре каравеллы медленно тронулись по течению Тахо к морю.
Через западный океан
Васко да Гама поднялся в свою каюту и принялся с двумя офицерами просматривать карты. Лучшие навигационные приборы: астролябии, квадранты, песочные часы, компас-рыбка из тонкого полого железа, посаженная на иглу, и записи, в которых отразился весь опыт плавания португальских капитанов, в том числе и достигшего мыса Доброй Надежды Бартоломео Диаша, – все это находилось в распоряжении командора и хранилось в специальном шкафчике, который запирался на ключ.
Время от времени командор перечитывал отдельные страницы из книги знаменитого путешественника, венецианца Марко Поло, побывавшего в Индии. Среди капитанов ходили рассказы, будто книга Марко Поло «Описание мира» всегда была под рукой у Колумба, и он сделал в ней сотни пометок.
Плавание началось спокойно при сопутствующем ветре и небольшом волнении океана. Прошли стороною Канарские острова. Они являлись владением испанцев, и командор не хотел привлекать их внимание к новой экспедиции короля Маноэля. На островах Зеленого Мыса находилась португальская морская база, порт, небольшая крепость и францисканский монастырь. Здесь решили сделать остановку. На нескольких шлюпках отправились ловить рыбу возле отмелей Терра Альба. Матросы веселились, занимаясь привычным делом, стараясь не думать о предстоящих тяготах и опасностях. Рыбы наловили много, тащили на каравеллы полные корзины живого блескучего серебра, шутили, хохотали и горланили популярную песню:
