повалил пар, и она налила кипящую воду в мою кружку.
— Я готова разорвать связь, как только ты сама будешь готова. Связь между твоей душой и душой Гэлина.
Моё сердце странно сжалось, хотя я не понимала причин. Ведь этого я хотела. Разве нет?
— Правда?
Она снова запустила руку в сумку. На сей раз она достала клубок серой шерсти, цвет которого вторил её платью, а также серебряные ножницы.
Я уставилась на ножницы. Если связь будет разорвана, я стану хозяйкой своей судьбы. Я пойму, действительно ли я его люблю, или меня просто тянет к нему из-за магии.
Я смогу сосредоточиться на освобождении Ночных Эльфов. И будучи Императрицей ванов, я сумею их защитить. Они придут в Ванахейм. Я видела открытые равнины, бескрайние леса — места предостаточно. Мои сородичи будут греться на тёплом солнышке, гладить руками траву, вдыхать запах древних деревьев. Под моим попечением они будут свободны, защищены и счастливы.
Я могу поистине быть Полярной Звездой, и для ванов, и для Ночных Эльфов.
Но что же заставляло меня колебаться? Почему я ещё не сказала ей перерезать эту нить? Неужели Урд противился даже сейчас?
— Чтобы вести людей, всегда требуются великие жертвы, — тихо сказала норна. — Твой долг превыше тебя самой. Тебе предстоит распутать немалые сплетения Урда; оба твоих народа требуют твоего полного внимания, если ты хочешь, чтобы они выжили.
Я посмотрела на клубок пряжи в её руке и на бритвенно острые ножницы в другой.
— Освободи меня, — ответила я.
Норна улыбнулась, и снова я увидела её серые зубы цвета смерти. Затем она подняла клубок пряжи, вытянула одну ниточку и перерезала её.
Я ахнула, когда моё сердце переполнилось совершенной безнадёжностью, разрывающим ощущением потери. Я никогда такого не испытывала. Это хуже заточения в шахтах Аудр, хуже, чем быть сожранной Нидхёгг. Это даже хуже смерти моих родителей.
Неужели я только что допустила огромную ошибку?
Я никогда в жизни не чувствовала себя такой одинокой.
Глава 44. Али
Туман рассеялся, и я снова оказалась стоящей в кругу камней с регентом. Горе разрывало мою грудь на куски.
— Куда вы уходили? — спросил он, странно косясь на меня.
— Увидеться с норной.
Регент нахмурился, выглядя озадаченным.
— Фейри нужно было встретиться с вами, но они пришли и ушли. Они вернутся попозже, чтобы дать вам своё благословение. Они вспоминают о вас с нежностью и надеются, что у вас есть для них новая музыка. Видимо, им надоедает петь какую-то песню под названием Halo.
Я улыбнулась.
— У меня есть новая, которую они полюбят.
— Пока что они исчезли. Мы должны вернуться позже.
Он повёл меня обратно через лес, и пока мы шли, я расспрашивала его о королевстве. Я узнала, что ваны не полностью едины. Пусть я и была Императрицей, но тысячу лет назад они разбились на четыре главных клана. Различные кланы и фракции ещё сильнее усложняли ситуацию.
— Держать их всех в узде, — объяснял регент, — это та ещё работа.
— Должно быть, получение короны связано с существенным риском покушения на жизнь, — сказала я. — Откуда мне знать, что кто-нибудь не перемахнёт через стол, не заколет меня в сердце и не объявит себя новым Императором ванов?
— Ван не может восстать против коронованного Императора или Императрицы. Вот почему коронация важна. Вы смогли убить Императора, потому что вы не ван. Вам будет грозить опасность от Верховных или Ночных Эльфов. Вам будет грозить опасность в ходе последнего сражения Жатвы. Вы будете сражаться с лидером Верховных Эльфов, и вы должны победить любой ценой. В противном случае Горм будет править всеми нами.
И вот мой шанс спасти Ночных Эльфов. Наконец-то стать Полярной Звездой.
Мне надо лишь убить Горма.
Глава 45. Гэлин
Ощущение потери пронеслось по мне. Это не просто печаль, это скорее походило на глубинное дурное предчувствие. Болезненная пульсация в сердце, будто случилось нечто ужасное, просто я ещё не узнал, что именно.
А потом это настигло меня как стрела в сердце. Али разъединила наши нити. Она каким-то образом нашла норн. Или же она умерла?
Несколько минут я лежал как парализованный. Мне казалось, будто мою душу снова вырвали из тела, или как минимум часть души. Паника едва не сводила меня с ума, пока я думал, что она может быть мертва. Но Ганглати повторял мне, что она жива, что её душа не с ним.
Мне потребовалось несколько минут, чтобы вновь взять себя в руки и подумать об Али.
Даже если она больше не моя пара, даже если наши нити разорваны, я всё равно должен её спасти. Судьба там или нет, я любил её. И палочка у меня. Сила богов наконец-то в моём распоряжении.
Я держал Лэватейнн, готовый начертить заклинание портала.
Но при этом я ощутил присутствие Ганглати, струившееся в моём сознании и сбивавшее с толку. Шепчущее в моих мыслях. «Ты должен закончить начатое, Гэлин. Ты должен выполнить священную миссию».
— Не сейчас, Ганглати. Мне нужно увидеть Али.
И всё же он захватывал контроль надо мной. По мне пронеслась злость. Моя рука с палочкой продолжала двигаться, но руны чертил не я. Передо мной раскрылся портал, и Ганглати заставил меня шагнуть туда. Выйдя на другой стороне, я оказался в тронном зале Хель.
Во мне взбурлила ярость. Тени дрейфовали вокруг тёмного камня, церковные свечи трепетали в древних альковах. Прямо передо мной покоились останки самой Хель. Тело богини лежало на рушащемся каменном троне, на её голове покоилась извилистая корона. Её сухая, кожистая кожа туго натянулась на костях. Половина её лица посинела, другая блестела как свежая кость. Она как будто улыбалась мне, её губы разошлись, обнажая гниющие зубы.
Я заскрежетал зубами, жалея, что не продумал это обещание лучше. Сейчас не время воскрешать богов.
Но я видел своё будущее, я буду королём. Это путь, который соткали для меня норны. Возможно, это необходимый шаг.
Я поднял Лэватейнн, и серебристая палочка замерцала могущественной магией. Некогда ей владел сам Локи, отец Хель.
Я задрожал. Температура вокруг меня понизилась, когда тени скользнули ближе, чтобы посмотреть. Я опустил палочку, затем повернул запястье, чтобы начертить Альгиз, руну жизни.
Поток серебристой магии полился из кончика Лэватейнн. Он ударил мёртвую богиню в центр груди и распространился по ней подобно жидкому металлу. Он не закапал вниз, как это сделала бы нормальная жидкость. Вместо этого он растекался во все стороны, по её рукам, под платьем. Он собрался лужицей у её ног, поднялся вверх по шее.
Всюду вокруг меня тени шептались
