Джимми обернулось лучиком надежды. «За день до того, как я стал битлом, девушки меня не замечали, а на следующий день ехал в лимузине вместе с Джоном Ленноном и Полом Маккартни, и все девчонки мечтали ко мне прикоснуться».
Первый концерт новый драммер «Битлз» начал без особого успеха. «Он сидел на подиуме и тупо таращился на девчонок, — вспоминал потом Пол. — Мы начинаем «She Loves You»: «И раз, два…», а он ничего. Мы опять: «Раз, два…», а он снова ничего». Правда, потом очухался.
Следующие десять дней с Джимми обращались как с полноправным битлом. Он появлялся на пресс-конференциях вместе Джоном, Полом и Джорджем, улыбаясь от уха до уха и хохоча над их шутками. Впрочем, как показывают видеохроники, сам он шутил мало. Когда в Голландии Джимми спросили, как он пережил первые два концерта группы, он отвечает: «Обливался потом». Зато уже остальные вопросы: «Когда купаетесь, вы что-нибудь на голову надеваете?» или «Вы этим занимаетесь из-за денег?» — адресованы другим битлам, а Джордж через голландского переводчика пытается объяснить каламбур с названием группы.
© Jeff Hochberg/Getty Images
В Гонконге, когда пресс-секретарь «Битлз» Дерек Тейлор представил их как «Джон, Пол, Джордж и Джимми Никол», первые трое заулюлюкали и засвистели в поддержку четвертого.
— Мистер Никол, вас так резко выбросили в большой мир известности… Как вы себя ощущаете? — спрашивает репортер.
— Это все очень будоражит, — отвечает Джимми.
— Верно! — хором вставляют Джон и Джордж.
Даже сейчас при взгляде на фото битлов с того десятидневного тура невольно вздрагиваешь: такое ощущение, будто какой-то турист всунул голову в отверстие ярмарочного стенда для фото «Побудь битлом». Он резко бросается в глаза, будто чужак, вторгшийся в семейный альбом.
Когда они летели из Гонконга в Сидней с остановкой в Дарвине, Джимми сидел рядом с Джоном. Казалось, они неплохо поладили, и Джимми даже пришло в голову, что если верно разыграть карты, то он вполне сможет заменить Ринго на постоянной основе.
На пресс-конференции в Сиднее трое постоянных битлов в обычной остроумной, жизнерадостной манере отвечали на вопросы репортеров.
— Что вы ожидаете встретить здесь, в Австралии? — Австралийцев.
— Вы отрабатывали австралийский акцент?
— Не, да че там, не ваще.
Пресс-конференция продолжалась; журналисты переключились на Джимми, который курил сигареты одну за другой.
— А как насчет вас, Джимми? Вы ничего не сказали. Каково вам среди битлов? Новый талант, замена Ринго?
— Хороший опыт, приятель.
— А как там Ринго?
— Э-э, ему намного лучше. Вернется в воскресенье.
— А вы дальше как?
— Э-э, вернусь в Лондон, там для меня собирают группу. Выступлю на телевидении.
Внимание снова переключилось на Джона, Пола и Джорджа, которым ответы на более общие вопросы давались проще. Однако, заметив молчание Джимми, один репортер спросил:
— Вы уговорились, чтобы Джимми молчал?
— А вы у него спросите, — ответил Джордж.
— Я не могу говорить о том, чего, э-э, не знаю.
— В какой группе вы играете в Англии, Джимми?
— Ну, в Англии я играл во многих группах. Перед самым отъездом был в ритм-энд-блюз-группе…
— Брайан Эпстайн — ваш менеджер?
Джимми подумал несколько секунд.
— Никто… нет, менеджер не он.
Остальные трое рассмеялись над его нерешительным ответом.
— Будь он твоим менеджером, ты сразу бы понял! — сказал Джон.
Триста тысяч человек высыпали на улицы Аделаиды, чтобы приветствовать Джона, Пола, Джорджа и Джимми. Битлов встретил лорд-мэр, они удостоились приема в муниципалитете. Там парни вышли на балкон к ликующей толпе, и каждого из них назвали по имени. Когда прозвучало имя Джимми, накал страстей заметно снизился, один или два человека даже выкрикнули «фу».
На пресс-конференции один из репортеров заметил:
— Вас приветствовало больше людей, чем королеву.
— Еще бы! — сказал Джордж. — Она-то хитов не записала.
— Джимми, как думаете, Брайан Эпстайн взмахнет волшебной палочкой и сделает вас пятым битлом?
— Этого я не знаю.
— Каково это — внезапно стать битлом?
— Ну, это край, вообще! — Он-то имел в виду, что лучше и быть не может, но сегодня это отдает некой обреченностью.
Во время всего тура Джимми испытывал к человеку, которого заменял, двоякие чувства: «Пока Ринго не примкнул к нам в Мельбурне, я молился о его выздоровлении и в то же время надеялся, что он не вернется. Я оттягивался по полной». Однако на публике Джимми оставался жизнерадостным.
— Джимми, сегодня у вас последнее выступление, а завтра возвращается Ринго.
— Да, все верно. Я жду встречи с ним.
— И потом для вас все заканчивается. Что дальше? Поговаривают, что в Англию вы не вернетесь.
— Пока не вернусь. Мне хотелось бы съездить в Сидней.
В конце последнего концерта в Аделаиде, на последнем выступлении Джимми с битлами, Пол при всех поблагодарил его за то, что он временно был их драммером. Затем добавил, что на следующий день возвращается Ринго, и публика взорвалась аплодисментами.
Ринго с Брайаном Эпстайном прилетели из Лондона в Мельбурн, опередив остальных, которые летели из Аделаиды. Отель окружило с четверть миллиона поклонников, скандировавших: ««Битлз» давай! «Битлз» давай!» Полиция призвала на помощь военных, но и те не сумели помешать фанатам повыдергивать клоки волос с головы Ринго, когда тот вышел из машины к отелю. Остальных троих битлов вместе с Джимми провели через черный ход. Когда битлы воссоединились в отеле, Ринго и Джимми обменялись рукопожатием.
Пятерых битлов вывели на гостиничный балкон. «Привет, народ! Как дела?» — произнес в громкоговоритель Пол. «Привет-привет!» — добавил Ринго, и толпа обезумела. Джимми тоже помахал рукой, но ничего не сказал. Ринго решил, что сейчас самое время разыграть шуточную грызню, схватил Джимми за горло и сделал вид, будто душит его на камеру.
На пресс-конференции в танцевальной зале отеля Джимми сидел с краю. Его спросили, не намерен ли он собрать свою группу, но ответ никого особо не интересовал. «Не знаю пока, — начал Джимми. — Пока не вернусь…» Тут его перебил Джон, а Ринго жестом попросил Джимми молчать. Чувствуя себя не у дел, Джимми забарабанил пальцами по столу. Больше ему с битлами барабанить было не суждено.
Вечером Брайан Эпстайн строго-настрого запретил парням покидать отель: веселиться только в номере. Пока Джон, Пол, Джордж и Ринго кутили, Джимми нарушил запрет и выскользнул на улицу. Заметив пропажу, Эпстайн отправил на поиски Мэла Эванса и Дерека Тейлора. Те нашли Джимми в каком-то баре.
— На улицу тебе нельзя, — напомнил Тейлор. — Тебе нельзя в бар.
— Да о чем ты? Я больше не битл.
— Ты битл, пока мы не посадим тебя в самолет.
Эванс с Тейлором расплатились за него
