— Вам придется выдержать здесь, в Лондоне, множество штурмов и подземных подкопов, — честно предупредил он Джулиана. — Весь женский пол навострил ушки, как только узнал о вашем возвращении из колоний. Мамаши, которые раньше старательно оберегали от вас своих дочек, теперь старательно подкрашивают им глазки и губки и подтягивают им корсетами грудки повыше… Все в обществе ждут пришельца из Нового Света. Времена переменились, Джулиан, От наших бедственных дней в Уйтчапеле даже воспоминаний не осталось.
— Я их никогда не забуду, — сказал Рэйнор.
Он познакомился с Блэки шесть лет тому назад в сомнительном игорном притоне. Джулиан рисковал, желая выиграть хоть что-нибудь себе на пропитание, но его ободрали как липку приятели Блэки шулера. Блэки было не с руки подводить своих сообщников. Подумаешь, еще один простак попался в ловушку! Но в разговоре между глотком вина и сдачей карт он узнал, что оба они понюхали пороха на службе королю. Это и решило их дальнейшую судьбу.
Совместно пролитая кровь из разбитых носов, когда раздосадованные шулера выбрасывали их на улицу, скрепила дружбу двух ветеранов. В бурной, полной рискованных приключений жизни Рэйнора Блэки всегда оказывался в нужном месте и в нужное время.
— Хотите знать, какие слухи распространяются о вас? — спросил Блэки.
— Любопытно.
— Обсуждаются две версии. Первая, что вы замаскированный якобит, вторая, что вы полицейский провокатор, действующий под маской якобита. Вы смылись из Англии, потому что и те и другие жаждали вашей крови.
— А какая версия тебе по душе, Блэки?
— Я думаю, что вы были правы, когда удрали в Америку. Вы давно о ней мечтали. Оставаться здесь — все равно что сидеть на пороховой бочке и ждать, когда тот или другой недруг подожжет фитиль.
— А что ты думаешь о моем аресте?
— Этот орешек мне не по зубам.
После того, как Блэки удалился, Джулиан в одиночестве допивал свой коктейль в тиши кабинета. Оружие, которым он собирался сражаться с Уордами, выпало из его рук. Да и нужно ли оно ему более? Сэр Роберт умер, похоронен, а Джереми Уорд не враг Джулиана, а лишь несчастный наследник своего отца. Разорять до конца семью Уордов не входило в планы Джулиана. Рэйнор ощущал пустоту в душе. Цель вроде бы достигнута, но охотник оказался без добычи. Победа не принесла лавров победителю.
Лишь одна, внешне незначительная, мысль будоражила его мозг. Вмешательство лорда Чарльза в финансовые дела Джереми представлялось весьма странным. Если уж он так хотел помочь Уордам, почему бы ему просто не отстегнуть Джереми необходимую сумму? И откуда он узнал о долговых расписках, хранящихся в сейфе игорного дома Рэйнора?
Только он сам и Блэки имели доступ к этому сейфу и к его шифру.
Джулиан распахнул тяжелую дверцу. Все бумаги были в целости и лежали в том же порядке, как он оставил их два года тому назад. Ни одна чужая рука не коснулась их. Сверху лежал испорченный непогодой и яростной борьбой между ним и Сереной брачный сертификат. Он был смят, края надорваны, чернила кое-где расплылись.
Довольно долго Джулиан разглядывал его, потом вновь убрал на место, закрыл сейф и задвинул потайную панель.
Массивные напольные часы отбили именно то время, которое он ожидал. Близилось его свидание с графом Керкландом в сверхважном министерстве, которым руководил этот лорд.
— Я с-слишком с большим опозданием узнал о вашем исчезновении. И не очень п-понял, куда и как вы пропали.
Лорд Керкланд наполнил два бокала шерри. Один из них он легким движением пальца придвинул по полированной поверхности стола Джулиану, другой медленно поднес ко рту и слегка пригубил.
— Я хочу узнать, кто санкционировал мой арест? Неужели так сложно ответить на мой вопрос? — Джулиан решил пренебречь некоторыми тонкостями этикета.
Заикание лорда Керкланда не уменьшилось и не усилилось. Оно осталось в той же благополучной норме, которая придавала своеобразную прелесть любому высказыванию члена правительства.
— Я н-никак не могу поверить, что ваш арест был кем-то одобрен в нынешнем к-кабинете. Я не нашел ни в м-мэрии, ни в м-министерстве внутренних дел никаких б-бумаг, где бы упоминалась ваша фамилия. Это с-слишком старая история. Она уже п-поросла мхом.
Джулиан смотрел поверх его головы на одну из картин, украшавших стену кабинета министра Его Величества. В душе его возникло странное чувство, будто он вновь беззаботный шаловливый мальчик, а его мать со сдержанной доброжелательной улыбкой наблюдает за ним.
Горло его пересохло, он был близок к обмороку и выпил одним глотком предложенное ему министром шерри, словно спасительное лекарство, растворенное в ледяной воде.
— Художник не так х-хорош, но сходство он уловил в-великолепно… — вроде бы ничего не заметив, прокомментировал лорд Керкланд.
— Очень красивая женщина! — в тон ему произнес Джулиан и небрежно поинтересовался: — Кто она?
— Моя сестра. П-портрет был написан накануне ее исчезновения.
— Но я слышал, что все картины сгорели во время пожара.
— Вы совершенно п-правы! Это единственное, что я за большие деньги смог восстановить. 3-за большие деньги — по обгоревшим остаткам!
Для лорда Керкланда это была лишь старшая сестра, для Джулиана его мать, его Богиня любви и нежности, которой он молился.
Он попробовал забросить удочку с наживкой в темный омут памяти уважаемого министра.
— Я много слышал различных пересудов об этой трагической истории.
— Интересно, ч-что же вы слышали? — рука лорда едва заметно дрогнула, и горлышко графина, из которого он наливал шерри в опустевшие бокалы, чуть звякнуло. Почти незаметный звон стекла о стекло. — Я удивлен, что л-люди вспоминают такую старую историю.
— Я слышал, что сэр Роберт Уорд устроил настоящую травлю на человека, который женился на вашей сестре, и в конце концов довел его до жалкой и позорной смерти в тюрьме.
— Здесь много неясностей, мой друг. Вас это не касается ни в малейшей с-степени.
— Что с нею сталось? — не удержался от прямого вопроса Джулиан.
— С моей с-старшей сестрой Гарриет? — переспросил граф. — Ничего хорошего! Ее с-след потерялся. Она старше меня на десять лет, и, когда я вылез из коротких ш-штанишек и начал поиски, ни одна ищейка не унюхала ее с-след. Она мертва, наверное… — Граф вздохнул. — Аг-гдеее могила — Бог знает!
— Вы уверены, что эта женщина на портрете, то есть ваша сестра Гарриет, мертва? — жестко спросил Джулиан.
— Ренни — этот ж-жалкий учителишка, нанялся на службу к лорду Хорнсби. При заключении контракта он уже тогда заявил, что является в-вдовцом. Кому верить на этом с-свете! Если бы Г-гарриет была жива, она обязательно подала бы мне з-знак. Мы так любили друг д-друга в детстве.
