– Да, – дрожащим голосом отозвалась она. Зак поднялся, обошел вокруг стола и придержал ее стул, пока она вставала. У выхода он вежливо подал девушке плащ. Его крепкие руки на секунду замерли у нее на плечах. Как же коротко было это мгновение! Камилле хотелось продлить его, припасть к груди Зака. Быть может, если бы он еще один-единственный раз обнял ее, память об этом озарила бы светом предстоящие ей годы одиночества? Быть может, тогда разлука не была бы так горька? Но нет, остановила она себя, тогда ей было бы еще труднее покинуть его.
Когда молодые люди вышли из уютного тепла ресторана, на улице по-прежнему хлестал бешеный ливень. Зак поспешно распахнул зонтик. Хотя река текла в двух шагах от них, ее совершенно не было видно за тяжелой завесой дождя. Дождь застилал все вокруг, превращая весь мир в темную непроглядную мглу.
Проходя мимо таверны, Камилла заглянула в окно и увидела, что зал почти опустел. Там оставалось не больше дюжины посетителей, коротавших время за электронными играми и триктраком или лениво потягивавших вино за маленькими столиками. Из зала доносились слабые отголоски одной из популярных баллад. Потом, много лет спустя, при одном звуке этой песни Камиллу бросало в дрожь от воспоминания о том, что случилось несколько секунд спустя.
Внезапно ее внимание привлек какой-то необычный шум – странное сочетание резких, трескучих и чавкающих звуков, ужасное, беспорядочное, наводящее дрожь. Камилла с Заком замерли, прислушиваясь к этому непонятному, жутковатому гулу.
Потом девушка оглянулась, пытаясь определить причину этих странных звуков, ничего не обнаружила и бросила взгляд в окошко ресторана. Посмотрев туда, она уже не могла оторваться, зачарованно, точно кролик перед удавом, наблюдая, как задняя стена здания вздрогнула, выдвинулась на несколько дюймов вперед и начала медленно заваливаться. Электрические часы с мигающей на них рекламой местного сорта пива слетели со стены и разбились на мелкие кусочки. Старинные фотографии в причудливых рамках дружно закачались на своих крючках, а потом попадали на пол, тут же погребенные падающими обломками кирпичей и камней.
Что это? Что происходит? Торнадо? Но нет, ветер совсем не сильный. Землетрясение? Но земля под ногами и не думает клокотать, хотя этот рокочущий гул, по представлениям Камиллы, весьма напоминал самое настоящее землетрясение.
Посетители бара, забыв о своих играх, напитках и болтовне, точно так же, как и Камилла, оцепенело смотрели на рушащуюся стену. Затем шок сменился паникой, и почти одновременно все ринулись к дверям, дико вопя от ужаса.
– Боже! Это же грязевой оползень! – прокричал Зак на ухо Камилле и, схватив ее за локоть, увлек за собой. Все еще ничего не понимая, она пробежала рядом с ним несколько шагов, как вдруг весь фасад здания вздрогнул и осел, не выдержав напора оползающей с утеса глины. Кирпичи, балки, куски стекла градом посыпались на тротуар, увлекая за собой соседние участки стены. Оказавшиеся в ловушке люди отчаянно пытались выскочить, кто как мог – в вылетевшие окна, двери и образовавшиеся проемы в стене. Всеми владел лишь один инстинкт – инстинкт самосохранения. Того, кто остался бы в ресторане, неминуемо ждала либо быстрая смерть под обломками, либо медленное удушье в грязевом потоке.
Камилла увидела, как треснула и поддалась под все нарастающей тяжестью оползня последняя балка, как раз напротив того места, где стояли они с Заком. «Зак!» – мелькнуло в голове. Неизвестно откуда только взялись силы! Девушка вырвалась из рук Зака и резко толкнула его от себя. От неожиданного толчка он потерял равновесие, шагнул назад, оступился на скользкой, неровной мостовой, упал и откатился на несколько ярдов назад – в безопасность. Зонтик сломался и, весь изорванный, остался лежать в грязной луже.
Зак поднял голову и мотнул ею. Какой-то частью рассудка, которая отстраненно фиксировала ситуацию, Камилла отметила, что мокрые волосы облепили ему лоб, а одежда вся измазалась в грязи.
– Я люблю тебя! – крикнула она, стараясь перекричать царящую вокруг какофонию.
Глаза его расширились от ужаса – он понял, что ценою собственной жизни она пытается спасти его… Камилла услышала, как он отчаянно выкрикнул ее имя, но в следующий миг затылок ей пронзила острая, ослепляющая боль. Девушка увидела, как мостовая стремительно несется ей навстречу – она упала. «Сейчас я умру», – спокойно, без тени страха подумала она. Последней ее мыслью, прежде чем тьма окончательно поглотила ее, была благодарность судьбе за то, что Зак уцелел.
Она слышала рокот дождя. Слышала невнятное бормотание голосов. Чувствовала запах каких-то лекарств. Ощущала холодную тяжесть мокрой, облепившей ее одежды.
Она не умерла.
Камилла попыталась приоткрыть веки, но слабый лучик света, ворвавшийся сквозь отяжелевшие веки, пронзил ее мозг раскаленной иглой, и девушка снова зажмурилась.
Кто-то приподнял ее руку. Камилла вздрогнула.
– Эй, что ты так испугалась, я просто хочу померить тебе давление.
– Доктор… – из ее горла вырвался лишь хриплый стон. Девушка откашлялась и попробовала заново: – Доктор Дэниэлс, это вы?
– А кто же еще? Какому еще чертовому болвану не сидится дома в такую погодку?
– Где?.. Зак?.. Что случилось?
– Пожалуйста, не торопись, давай по одному вопросу за один раз, – Камилла обрадовалась, что рядом оказался именно доктор Дэниэлс, которому она доверяла. Его присутствие вселило в нее уверенность. Голос доктора, хотя по обыкновению резкий и отрывистый, был добр и ласков. – Ты в больнице. Помнишь оползень? – Она кивнула, и доктор продолжил: – Ну вот, тебе попало кирпичом по затылку, но, слава Богу, только небольшое сотрясение мозга. Я надеюсь, моя красавица, что ты сможешь пережить шишку и головную боль в течение нескольких дней.
Несмотря на боль, девушка улыбнулась и снова попыталась открыть глаза, но уже гораздо осторожней. На этот раз попытка оказалась удачней. Из мерцающего тумана выплыло лицо доктора Дэниэлса, искаженное и двоящееся. Камилла поморгала, а потом открыла глаза пошире. Изображение стало отчетливей.
– А Зак?
Доктор потрепал ее по руке.
– Никто не погиб. Кое-кого ранило, но все сумели выбраться оттуда живыми. Аварийная команда уже на месте. Похоже, из-за этих вечных дождей размыло утес, и от него отвалился огромный пласт земли, пополз вниз, на пути обрастая грязью.
Слава Богу, никто не погиб! Но что с Заком?
– Сейчас я сделаю тебе укол, и ты уснешь. Это пойдет тебе на пользу. Ну вот, – Камилла почувствовала, как в правую руку ей вонзилась игла. – Думаю, тебя не стоит класть в больницу, но если завтра у тебя голова будет сильно болеть, а не просто побаливать, непременно позвони мне.
