широких штанин. Вела себя, как неподготовленная к экзамену горе-студентка, что пытается спрятать шпаргалки под юбкой и отвлекает коленками преподавателя.
Но эту невидимую дуэль с даром сиятельного Рафаила она очевидно проигрывала. Этот «профессор» был спокоен и сосредоточен, явно видя ее все уловки.
Фил задавал поначалу вопросы, вроде бы к делу и не относящиеся: возраст (тут я нервно икнула), размер ноги, есть ли хвост в боевой ипостаси.
Я слушала, открыв рот и наплевав на приличия. Гира же на пуфике ерзала, нервно оглядываясь на окаменевшие лица других членом высокого Трибунала.
— Почему ты так уверена в том, что Август пришел к тебе убивать? — неожиданно вдруг спросил.
Гира готова была закрыть руками себе рот, но тут Лер ухмыльнулся, и демоница послушно и тихо ответила:
— Он меня уже убивал. Я спаслась только чудом.
«Чудо», сидевшее рядом, громко фыркнуло. А чего он хотел, благодарности от этой темной? Наивный мужчина. Брошенная демоница, которую Кот променял на какую-то серую мышь, пусть даже ставшую теперь Кошкой, не способна на благодарности, Котик, пойми. Муж тихо вздохнул, снова со мной соглашаясь.
— Ты знаешь причины? — Фил не сводил с нее взгляд, и как бы она не старалась ускользнуть от влияния странного дара этих двоих, ничего у нее не получалось.
Я уже научилась чувствовать и определять разную магию. Это как запах, он свой у каждого живого создания. В этом допросе остро попахивало еще и неугомонным Лером. Интересно, а почему, имея такие таланты, они просто не вытаскивают в свой кабинет всех виновных и подозреваемых и их там не?.. Потом расспрошу.
— Знаю, да, Рафаил, я прошу… — Гира попыталась дернуться, но над ней тут же тучей навис темный Гуло. Весьма угрожающе. Он теперь не скрывал своего участия в допросе. Шутки кончились, и демоница это отчетливо поняла, испуганно распахивая глаза.
А вот теперь я ей верила. Эти двое могут, наверное, испугать даже дьявола.
— Дело в том, что я помню все то происходившее. Это кажется странным, но когда Гётлим напялил мой образ и ушел с моим Зверем, сознание будто бы раздвоилось. Я словно была там и помню все. И он это знает.
Вот как… Значит, и то кошмарное истязание, что устроили Марку в номере замка БИП, она тоже помнит? И все это время молчала?
Видимо, эта мысль на лице моем очень ярко нарисовалась. Потому что уже через секунду на нашем маленьком, тесном диванчике вдруг случилась очень твердая, жесткая и угластая Ди, плотно втиснувшая меня в бок Кота. Да так крепко, как будто меня посадили в коробку. Не вздохнуть и не охнуть. И в драку не влезть! Изолировали.
На наше шуршание Рафаил не отвлекся. Он вообще сейчас был сродни тяжелому паровозу: ехал к цели по рельсам, сметая на своем пути все преграды.
— Август Гетлим смог войти в Сумерки? — громко и отчетливо прозвучало.
И тут же куда более тихий ответ, нас потрясший:
— Да, и неоднократно, его туда вывел мой Зверь.
— Что ему было нужно?
Я аж ноготь погрызла от напряжения. Марк молча забрал мою руку, спрятав ее в своей крепкой ладони.
— Ты можешь нас вывести в то самое место?
У меня же еще одна рука есть! Венди холодными тонкими пальцами молча и не отвлекаясь от действа вытащила изо рта и другую, вконец меня разоружив. Буду губу кусать, точно!
— Нет. После произошедшего Зверь наотрез отказался идти со мной в Сумерки и больше вообще не выходит ко мне на призыв.
Погодите… А как же? Я ведь видела их троих! Мы же видели, в Сумерках! Я…
Тут меня крепко сжали с двух сторон практически одновременно. Я прикусила язык.
— А сама ты, конечно же, места того не узнаешь? — Фил умеет быть ироничным.
— Узнаю, — ответила демоница, — но очень боюсь.
— И что там за ужас? — темп диалога двух демонов все нарастал.
— Космический настоящий корабль, — Гира едва прошептала невероятное.
— Приехали, — хохотнул громко Клавдий. — Инопланетяне! Откройте мне дверь, я сойду.
— Иномиряне, сиятельный, — степенно ответил ему белобрысый дракон. — Ты припомни историю, ничего нового. И парням не мешай.
— Зачем они здесь? — помешать Рафаилу могла, боюсь, только ядерная война.
— Торговля разумными существами. Подпольный обмен сущностей и технологии.
Гира тихо ответила, отчего-то стремительно бледнея и медленно сползлая на пол.
— Это обморок, — констатировал очевидное Кот.
— А что с твоей Кошкой?
Что это со мной… Я понятия не имела, что именно, но картинка вдруг смазалась, словно сбился персональный мой фокус.
Как-то все вокруг потемнело и покосилось.
Искривилось. Короче, сместилось куда-то. Меня вдруг встряхнули, освобождая из плена дивана, нежно на руки подхватили, отчего мир вокруг со
вершенно взбесился и рухнул на бедную Кошкину голову. — Магические истощение, — констатировал кто-то противненьким голосом. — Обморок! — поддержал его некто второй.
33. Умудрилась
«Только рядом с поистине сильным мужчиной умная женщина может всегда оставаться собой». М. К. Кот «Дневники и записки»
— И как она умудрилась? — сквозь серую пелену то ли сна, то ли края сознания раздалось. Сказано это было очень усталым мужским голосом. — Снова я виноват?
— Ты, радость моя, виноват в принципе всегда! — а вот этот тон я узнаю уже даже из тысячи. — Зачем ты полез к ней? Хотел проверить, сможешь ли пробить «Зеркало»? Мозги надо было включать, честное слово, сиятельный Фил. Ее способности — статическая единица. Чем сильнее воздействие к «Зеркалу», тем больнее откат. Я до сих пор плохо сплю после нее и страдаю мигренями.
Мигрени у Лера — это единственное, что мне было понятно в сиятельном диалоге бессмертных. Какие такие «откаты», и почему это Фил виноват?
Лба коснулся нежный сухой поцелуй и притворяться, изображая бессознательную Илону, больше не было смысла.
— Привет, — прошептал нежно Кот. — Ты есть хочешь?
Я тут в обмороке валяюсь, а он про жратву! Мой живот забурчал очень громко в ответ, с вредной кошкой не соглашаясь.
— Наверное, да. А где мы? — наконец-то открыла глаза, щурясь от яркого света и поначалу совсем ничего не увидев.
Хотя можно было не спрашивать. Ну конечно, в Норе! Все кривые дорожки вели в это логово.
На этот раз судьба закинула меня на диван в самом центре гостиной. Странное это было местечко: круглая комната с большущим полукруглым диваном, круглым пушистым зеленым ковром на каменном гладком, черном полу и круглым же столиком в центре. Эта часть мебели невольно притягивала взгляд обилием всяких магических знаков и рун, красовавшихся в виде золотых инкрустаций.
Окон тут не было вовсе, лишь темные узкие двери,
