коня (козла, пса или еще кого) голодной Тварью, так не вовремя решившей выбраться из темного леса.
При виде наших «меток» кахгар недовольно заворчал, однако с места не сдвинулся. Так и принюхивался, гад, заставляя гулять по нашим напряженным спинам целые толпы холодных мурашек. Бояться мы его не боялись, это точно. Но проблем из-за дурной Твари могло возникнуть… миллион. Причем совершенно ненужных проблем. Лишних. Тех, которые нам тут совсем ни к чему.
Почувствовав на себе пристальный взгляд нежити, я поспешно опустила глаза и, пользуясь спинами братьев, как прикрытием, осторожно спрятала левую руку за спину. А когда кахгар сделал медленный шаг навстречу, вообще засунула ее в карман. Поближе к мягкому месту и, конечно же, к Локу, от которого совершенно правильно несло мокрой псиной. А еще – к Мейру, который тоже пах довольно специфически. Правда, несколько иначе, чем человек, но мне было все равно. Главное, чтобы прикрыл на минутку.
Кахгар сделал второй шаг, не отрывая от нас внимательного взгляда.
Я сжала зубы и совсем опустила голову. Парни дружно сдвинулись, прикрывая меня своими телами, и ощутимо подобрались, почти одновременно кинув напряженные взгляды на оставшуюся в стороне повозку.
Тварь шагнула снова, наконец оказавшись у самого нашего носа и отгороженная от лакомого куска (это я о себе, кто не понял) лишь тревожно застывшим Роданом. Секунду принюхивалась к его лицу, жарко дыша несусветным смрадом. Потом опустила морду к его левому запястью. Обнюхала разом взмокший шнурок. Оглядела Эррея. Мейра. Жмущегося к моим ногам хварда, который рычал уже не переставая. Наконец снова повернулась ко мне, полностью игнорируя замершую неподалеку труппу Дула, и медленно, настороженно, как-то очень настойчиво потянулась влажным носом.
Я затаила дыхание, машинально нащупывая рукоять Эриола.
Кахгар угрожающе надвинулся на Родана, вынудив его прижаться ко мне мокрой от пота спиной. Потом недобро навис сверху, ненадолго открыв уязвимую точку над грудиной… я даже почувствовала, как дернулись руки у нашего «дедушки»… жаль, до кинжала было не дотянуться, а то не ушел бы, гад… точно бы не ушел…
А кахгар вдруг шумно вдохнул, чуть не заставив меня матюгнуться, с недовольным ворчанием открыл кошмарную пасть и вдохнул снова, уже не отрывая от меня горящего взгляда. Потянувшись еще дальше, почти коснулся носом моей груди, отчаянно рискуя схлопотать полметра железа в ту самую уязвимую точку… властно отодвинул плечом Родана… не обратил внимания на привставшего Лока… не заметил недобро оскалившегося Лина, в любую минуту готового вернуть себе истинный облик… наконец учуял что-то, урод: насторожился, глухо зарычал…
И тут над моей головой кто-то громко, противно каркнул. Так внезапно, пронзительно и мерзко, что мы аж подпрыгнули от неожиданности. И едва не шарахнулись от пролетевшей сверху невнятной тени, почти задевшей крылом мои светлые волосы.
Кахгар вздрогнул тоже и, к моему немалому удивлению, вдруг подался назад, отыскивая растерянным взглядом гнусного возмутителя спокойствия. Родан при этом чуть не упал, Лок задрожал от скопившегося внутри дикого напряжения. Лин отчетливо скрежетнул удлинившимися зубами. А изрядно упитанный ворон, оглушительно каркнув снова, тяжело вспорхнул на ветку точно над моей головой, пристально уставился на Тварь сперва одним круглым глазом, потом вторым. Наконец негодующе каркнул в третий раз – скрипуче и совсем уж противно, после чего кахгар как-то странно втянул ноздрями резко загустевший воздух, секунду подумал, заколебался, а потом медленно, очень неохотно отвернулся.
Нервно сглотнув, я осторожно скосила глаза наверх и в сторону, чувствуя, как заполошно колотится сердце и как стремительно немеют кончики пальцев, судорожно вцепившиеся в рукоять Эриола. Однако это действительно оказался всего лишь ворон – крупный, тяжелый, размером почти с гордого орла. С такой же величественной осанкой. Длинным блестящим клювом. Совершенно черный от ноздрей до кончиков крыльев. Наглый. Откормленный. И с такими крупными, почти что совиными глазами, что мне даже почудилось в них что-то знакомое.
Кахгар, тоже подняв голову, шумно выдохнул в сторону нахальной птицы и странно вильнул гибким хвостом, как будто раздумывал: допрыгнет дотуда или нет? Но потом, видно, все же решил не уподобляться гигантскому кузнечику – отвернулся, недовольно рыкнул, а затем медленно, величаво, с царственной неторопливостью скрылся в кустах. Позволив нам первый раз за почти бесконечно долгую минуту нормально вдохнуть и отереть с лиц внезапно выступившую испарину.
«П-повезло, – дрогнувшим голосом сказал Лин, когда опасный гость полностью исчез из виду. – П-повезло, что вран[22] его отвлек. Мне уже показалось…»
«Мне тоже, – с невольной дрожью призналась я, осторожно оглядывая притихший лес. – Но, кажется, "метки" все-таки работают. Он даже на Лока не обратил внимания».
Сидящий у моих ног хвард прерывисто вздохнул и измученно опустился на подрагивающие лапы. Судя по всему, для него это было еще более трудное испытание, чем для всех остальных. Нежить для хварда – самый страшный и ненавистный враг. Кровный враг. Непримиримый. С которым они издавна сражались до последнего вздоха и последней капли крови. Такими уж их создали. А он, бедняга, сегодня только молча сидел, с отчаянием глядя на то, как какая-то Тварь собирается меня сожрать. Терпел из последних сил, страдал, беззвучно выл, не зная, как выдержать этот трудный бой с самим собой. Но все-таки справился, сдержался, сумел устоять на месте. Хотя обессилел за это недолгое время так, как и в Хароне не всегда выматывался.
Наткнувшись на полные неподдельной паники зеленые глаза, я быстро опомнилась, стряхнула недолгое оцепенение и тут же присела на корточки, поглаживая вздыбленную шерсть хварда и шепча в мохнатое ухо всякие глупости. Лаская его, успокаивая, помогая прийти в себя. До тех пор пока запоздало возникшая дрожь в мохнатом теле не сошла постепенно на нет, а сам он с тихим стоном не уткнулся в мои колени.
– Все хорошо, Лок. Успокойся, все в порядке. Он ушел.
Оборотень только слабо заскулил, испуганно прижавшись ко мне всем телом, словно не веря, что опасность миновала. И лежал в этой позе так долго, будучи не в силах успокоиться, что его пришлось поднимать чуть ли не силком. И собственноручно отводить к повозке, огибая оставленные Тварью следы, как противопехотные мины.
Боюсь, в тот миг он действительно находился на грани. Кажется, опасная близость кахгара всерьез вывела его из равновесия. Еще бы немного, и он бы перекинулся. Нежити не хватило совсем немного времени, чтобы спровоцировать импульсивного хварда на опрометчивый поступок. Если бы не ворон…
Опустившись на траву рядом с обессиленным оборотнем, я украдкой покосилась на спокойно расходящихся циркачей, уже начавших заниматься привычными делами, а потом – на дерево, где сидел наш спаситель-вран. Нашла его сразу, несмотря
