недостаточно величественен для богини?
— Он недостаточно велик, это факт, — Селена выждала секунду, позволяя подопечной оценить шутку, и продолжила. — Но не только.
— Смертными руководят смертные, я помню…
— И я не думаю, что тебе нужна целая страна хищных волкообразных пони.
— А мне пойдут волчий нос и хвост?
— Спроси это еще раз и мы проверим.
— М-м-м, воздержусь… В этом столетии, как минимум…
Ночногривая улыбнулась и прикрыла глаза, аккуратно перебирая стальными когтями шерстку пони.
Она увязла в этой стране, в ее жизни. Ей нравилось участвовать в событиях напрямую, а не просто сторонним наблюдателем. Она чувствовала силу веры ее новых последователей, а так же ручеек силы, тянущийся к солнцу, к ее сестре. Она знала, ее действия изменили мир, настолько отдалили от изначально вероятного будущего, что назад пути уже просто не было.
Это был ее мир. Мягкий, поддатливый, словно глина, и она хотела слепить из нее нечто прекрасное, гармоничное в своей красоте и изяществе… И да, можно было добиться того, просто давая подсказки ее маленькой Луне, направляя, советуя, но сколько глины обратилось бы мусором в таком случае? Мир — не просто материал. Мир, это нечно большее, завораживающе обширное и многогранное. И она не могла просто стоять в стороне, не запустив пальцы в этот поддатливый материал.
Тысяча лет, уже меньше. Срок, более чем достаточный, чтобы вылепить и обжечь, а после и расписать изделие, что станет шедевром в ее глазах.
— Мы построим прекрасный мир, моя маленькая Луна. Мир, в который вернутся наши сестры.
— И они очень сильно удивятся.
Глава 14
Что такое судьба?
Многие скажут, что это предопределенные события, которые невозможно избежать. Кто-то уточнит, что под судьбой подразумевают некие вехи в жизни, а кто-то не согласится и будет утверждать, что судьба — это сама жизнь. Одни философски заметят, что ее, судьбу, невозможно осознать смертным разумом, другие, качая головой, постучат по доске с формулами из теории вероятности, а третьи просто пожмут плечами — у них нет времени задаваться столь оторванными от жизни вопросами, у них есть дела куда важнее.
Селена же, если бы кто-то решил спросить у нее, что же такое судьба, сравнила бы ее с паутиной.
В ее представлении, жизни всех смертных одновременно и предопределены, и случайны. Каждая жизнь, каждая душа существует в рамках некоего заданного пути, но это не узкая тропинка, это большая и сложная сеть, в которую включены все живые существа, а так же явления природных и иных сил. Каждый смертный может пройти по одному из множества путей, и на все его решения влияют десятки и сотни, тысячи событий, действий, мнений. Даже боги подвластны этой паутине, хоть и имеют куда больше возможностей для влияния на судьбу, просто видя ее со стороны, а так же имея разум, способный объять столь огромное число развилок.
Селена, будучи одной из двух богов Эквуса, получила влияние на множество аспектов, приписываемых ей верующими, и судьба попала в их число.
И все же, даже имея возможность видеть паутину судеб со стороны, ночногривая с ощутимым недоумением смотрела на сиреневую единорожку, с восхищением внимающую урокам Луны.
Твайлайт Спаркл. Пони, чье имя маячило в паутине за сотни лет до рождения. Одна из ключевых фигур мира, настолько важных, что само их существование было заложено чуть ли не с момента Созидания. Все пути вели к ее рождению, становлению и будущим свершениям, будто весь мир вертелся вокруг нее и других похожих пони. Сама идея мира, созданного ради нескольких смертных, вызывала у Селены оторопь, но вот оно, зримое доказательство ее существования.
Твайлайт Спаркл. Средоточие магии, пони с огромным потенциалом, однозначно будущий Элемент Магии… И единорог-фестрал из рожденных. Не столь длительный срок жизни, как у созданных, нет такого явного влияния божественной силы волчицы во внешности — телосложение у пони было вполне… понячье — но все еще изогнутый серпом рог, вертикальные зрачки и видимые клыки. И огромная любовь к стейку с кровью, борющаяся за главество с любовью к книгам и учебе. Поставь перед ней выбор, и она в лепешку расшибется, но получит и то, и другое, были инциденты.
Множество путей сходились в одной из множества точек, но во всех ключевых событиях мира каленым железом было выжженно это имя, и с ним соседствовало множество других.
Судьба… Предопределенная или нет, она довлела над всеми сущностями, смертными, над самим миром.
Селена не собиралась с нею бороться.
***
История гласит, тысячу лет назад в битве за мир столкнулись День и Ночь, Солнце и Луна, Свет и Тень. Селестия, принцесса дня, возжелала силой принудить к миру угрожающие Эквестрии армии Империи Грифонов, и своим всесжигающим пламенем она уничтожила их, оставив незаживающие ожоги, названные «Солнечной поступью». Вечное свидетельство опасной ярости, черты, которую ни один последователь Солнечной Волчицы не должен переступать в своем пути. И после, почувствовав свою силу и власть, она вознамерилась утвердить господство дня, навеки отменив ночь, и лишь вечный рассвет озарял бы земли Эквуса. Она восстала, возжелав единолично занять трон Эквестрии, свергнув свою сестру.
Наша королева, Луна, не могла такого допустить, и Лунная Волчица поддержала ее в желании сохранить баланс.
Увы, даже их совокупной мощи оказалось недостаточно, дабы поставить точку в противостоянии. Они слишком любили своих сестер, слишком ценили узы дружбы, любви, и не смогли нанести решающий удар. И потому, королева Луна возвала к силе Элементов Гармонии, отправив Селестию и Солнечную Волчицу в изгнание, дабы они не могли разрушить страну, что столь долго и упорно стремилась к Гармонии…
— Как я и говорила, история имеет тенденцию к искажению, Твайлайт, — прервала королева Луна свою ученицу.
— Но все равно, имея множество источников, можно вычислить истину, — единорожка захлопнула блокнот, в который записала основную версию произошедшего тысячу лет назад.
— Лишь ту, которую ты желаешь увидеть.
— Объективность — понятие субъективное, я помню, — Твайлайт вздохнула, вяло ковыряясь стальным пером в чернильнице. — Ну… Я ведь выполнила ваше задание? Что же все-таки произошло тысячу лет назад?
— Легенда во многом правдива, но с искажениями, — улыбнувшись, ответила Луна, отчего ее ученица совсем скуксилась. — Ладно, ладно, сжалюсь над тобой… Селестия не восставала против меня, как минимум потому, что именно она была правительницей. Я была, как говорится, на подхвате.
— Оу…
— Ох, видела бы ты, что я творила первые годы… Первые двадцать, если быть точной, — с нотками ностальгии в голосе протянула королева, полуприкрыв глаза. — Нашла бы себе другую наставницу.
— Вот уж… — Твайлайт
