на плотные белые облака. Браслет давно уже ловил какой-то размытый сигнал и кидал его на сетчатку.
Сигнал срывался, потом снова возникал в поле зрения. Разобрать бы ещё, что это за хрень? Кто-то спускался в долину с орбиты, но кто?
Если это Тихушник, то Сайко надо срочно куда-то прятать. Хоть предлагай легату помочь закопать девочку в землю. Больше на ровном полотне долины спрятаться было решительно некуда.
Приказать Сайко бежать к высящимся невдалеке домам?
Дерен всмотрелся в золотистые линии паутины. Они были тусклыми и неподвижными.
Поселение добровольных изгоев брата Ове казалось покинутым. Александр Пресоха, брат покойного эрцога Дома Оникса, был опытным истником. Он чуял, что перестрелка будет, как ни крути, и велел своим людям попрятаться.
Если у них есть достаточно глубокие убежища под землёй, может, и уцелеют. Имэ вполне способен на светочастотный удар с орбиты.
Он летел сюда, чтобы получить от Яреснея список хаттских контактов.
Допустим, шпионы ему донесли, что Дерен ускользнул от проклятых, и в ход пошёл второй план, с группой подкупленных особистов.
Допустим, шпион доложил также, что Наймара с нужным кристаллом на шее, в резервации больше нет. (Извар запирал парня совсем не от Дерена. Теперь он спрячет его в горах, как и договорились.)
Но что будет делать Имэ? Долбанёт по ним с орбиты и смоется? Или рискнёт спуститься и отправит особистов искать Наймара?
Куш велик — хаттские списки с каждым днём будут только увеличивать свою ценность. Если информация «ушла» с Граны, за ними в очередь стоят сейчас и алайцы, и родная имперская разведка.
Тихушник — тварь осторожная. Хотя…
А чего ему тут бояться? Раз люди Линнервальда ничего не доложили хозяину — риск минимален. Регент слишком слаб как истник, чтобы, сидя на заднице, прозреть такую сложную вязь событий. (В том, что Линнервальд всё ещё на Асконе — Дерен был уверен.)
Непросчитанная помеха снова мелькнула на сетчатке глаза, и пилот решил, что это всё-таки спускается Имэ.
Он пошевелил скованными руками, примериваясь.
— Я ж не тебя, я её пристрелю! — предупредил легат.
— Как бы Имэ тебя не пристрелил, — пожал плечами Дерен. — Я ещё не помню таких, кто поверил Тихушнику и жил долго.
— А ну, заткнись! — занервничал легат.
Вспомнил, бедолага, где похоронены родственники бывшего регента.
— Хочешь эрго, а потеряешь голову, — негромко сказал Дерен, пытаясь осторожно спутать сознание легата, не насторожив до поры его обладателя. — Если что, помни — я на твоей стороне.
— Это ещё почему? — вскинулся легат.
— Ну а кто ещё должен защищать людей? Я — солдат…
Дерен ощутил в воздухе знакомый запах озона. Над облаками, кажется, шло сражение. Пока ещё так высоко, что не доносилось ни отблеска, ни звука. Ну и кто там?
Что-то блеснуло, наконец, и легат тоже задрал голову.
Раздался свист, потом грохот разрываемого вспышкой воздуха.
Пользуясь тем, что особисты перестали сновать туда-сюда и замерли, уставившись в небо, Дерен их ещё раз пересчитал.
Да, Имэ был о нём хорошего мнения. Понимал, что два десятка вооружённых людей вряд ли смогут пустить пилота на атомы, нагнал втрое. А толку?
Гэты особистам не положены. На них на грунте нужно спецразрешение иметь. А с обычным оружием…
Вот только непонятно, откуда Наймар вынул свою игрушку. Модель гэта была старой, но вряд ли столетней. Нужно будет поговорить с Изваром приватно, неужели Илия не в курсе, каким оружием тут торгуют? Бардак же форменный.
Даже из этого старья Наймар мог пробить туннель сквозь перевал. Пришлось вытащить из оружия капсюль с порошком. И этот капсюль мудаки-особисты у него не нашарили. Не знают, что это такое?
Дерен поморщился. За несколько лет войны он привык к военному бардаку, когда не найдёшь концов списанного оружия, потому что парни развинтили его на детали и смастерили из них робопаука, чтобы пугать по ночам «качающего устав» навигатора.
Но на грунте бардак оказался другой: глуповатый, беспечный. Особисты не поленились поискать у него между ног, а капсюль из кармана не вытащили. Найди у него такое в кармане военные, уже расстреляли бы.
В зените полыхнуло.
Легат спал с лица, глаза его забегали. «Он тоже не понимает, что происходит», — понял Дерен.
Один из особистов рванулся схватить Сайко, но Дерен оттолкнул его плечом.
Следующий удар особисту достался ментальный. Понимая, что происходит незапланированное, Дерен рванул маятник, сминая сознание тех, кто стоял вокруг и прикрывая Сайко собой.
Кое-кто успел выстрелить, но домагнитки доспеха хватило. А в следующую секунду сверху обрушился магнитный удар, и все полетели на землю.
Дерен извернулся, накрывая собой девушку.
— Это ч-что? — прошептала Сайко, давясь потяжелевшим воздухом.
— Утюгом какая-то зараза садится, — сказал Дерен.
Перегрузки он переносил легко. Мог бы, пожалуй, и на ногах остаться, но зачем?
Пилот прислушался и добавил:
— Военная зараза. Шлюпка.
— Н-наша? — спросила Сайко.
— Имперская, — пояснил Дерен. — Теперь все наши.
Характерного шума двигателей не было, только гудел рассекаемый воздух. Значит, точно не катер. Но даже для шлюпки судно садилось слишком быстро, бросая энергию на щиты в аварийном режиме.
Так спускались с орбиты только спецоновцы. Из тех, кто успел полетать с Росом — его манера. Значит, это и вправду были «наши».
Давление магнитного щита достигло грунта, и у Дерена заныло в висках.
И тут же давление и тяжесть пропали. В шлюпке, видимо, сообразили, что кругом гражданские неженки, и вырубили магнитный привод.
Легат оказался мужиком крепким — поднялся на четвереньки, щупая голову, по которой ему до этого больно прилетело от Дерена.
Зависшая над катерами особистов чёрная туша военной шлюпки, судя по очертаниям и в самом деле имперской среднетяжёлой, садиться не стала — выбросила десант.
Всего пять человеческих тушек, но каких!
Сияющая броня из жидкого металла в магнитном поле, многослойный активный доспех… У Дерена даже имплант завис, перегруженный помехами.
И это ещё полутяжёлая броня. Хотя любой из десантников был уже сам по себе оружием. И даже страшно было представить, что он мог сделать сейчас с людьми Линнервальда, вооружёнными магнитными и сенсорными пукалками.
Хотя… предателям собачья смерть — роскошь.
Дерен встал и протянул всё ещё скованные руки, помогая подняться полуоглушённой наследнице. Ну и кого Хэд принёс?
Первая фигура — сплошной металл, перетекающий в магнитном поле доспеха, приблизилась.
Сияние опало, доспех потёк, сворачиваясь в пластины на груди и спине, и Дерен узнал Барона из десантной группы Хантера.
— Чё лежим, кого ждём? — весело спросил особистов десантник. — Никто к вам уже не летит. Оружие на травку, руки в гору!
— Да как вы смее… йете тут распоряжаться! — взревел легат, икая и держась за голову обеими руками.
Встать бедняга так и не смог. «Нервные усилия» Дерена плюс магнитный удар шлюпки — это такая головная боль…
— Ты не ори, чумной, — ухмыльнулся Барон. — Мы — в серой зоне. Твои полномочия кончились на перевале.
Барон занёс руку в тактической перчатке, планируя выписать легату лёгкого щелбана, но Дерен успел первым.
Он решил дожалеть легата: коснулся его сознания и выкрутил беднягу, как лампочку. Пусть лучше поспит, а то доиграется до сотрясения мозга.
Сайко с ужасом уставилась на упавшего легата. Перевела глаза на Барона — она узнала его, но сказать ничего не смогла.
«Надо бы её к медику, — подумал Дерен. — Всё-таки магнитный удар шлюпки — дело опасное для нервной системы».
— Ну и кого ты там подстрелил? — спросил он, прижимая к бедру Сайко браслет, чтобы сделать укол транквилизатора. На всякий пожарный.
Наследница ойкнула.
«Ну, хоть голос не пропал», — с облегчением подумал Дерен.
— Привет, красавица, — расплылся в улыбке Барон. — Соскучилась?
— Я тебе щас соскучусь, — рыкнул на него Дерен. — Кого подстрелил, спрашиваю?
— Это не я, — разулыбался Барон, разглядывая девушку. — Мы — люди тихие, смирные, законопослушные.
Один из десантников — все четверо так и застыли в полностью активированных доспехах — помахал командиру рукой, и полоса огня резанула поперёк тропы, тянущейся к поселению брата Ове.
Сайко зашлась в кашле и вцепилась Дерену в локоть.
Когда дым развеялся, стало видно, что тропу перерезал приличной глубины оплавленный овраг.
— Снежок, сс… собака! — заорал Барон. — Я тебе щас пистон вставлю! Ты зачем леди пугаешь?
Дерен поднял голову: полосу облаков пробил катер. Но не гражданский, а, похоже, военный.
