Такой вопрос немного удивил Злату и заставил улыбнуться.
— Я все равно не смогу дать тебе точный ответ. Из-за того, что повзрослела я гораздо раньше, чем предполагала, начала все свое свободное время вкладывать в работу, а думать или мечтать о каких-либо отношениях мне было просто некогда, — успокоила она его, хоть и понимала, что он не это имел ввиду.
— Это я уже знаю, — мужчина перекинул ногу девушки себе на живот, так, чтобы она чувствовала его нарастающую эрекцию. — Думаю, что мне стоит узнать о тебе как можно больше. Ты так не считаешь? В случае, если кто-то спросит у меня о тебе, не хочу тыкать пальцем в небо и говорить что попало.
Почему-то ему нравилось вгонять Злату в краску и смущать. Она так мило улыбалась и прятала свои глаза, ощущая коленом его возбуждение. Боже, она такая юная и невинная! Ему еще многому придется ее научить. Его внутренний демон только потирал руки и готовился совратить такую чистую и непорочную душу.
Гордей только начал представлять в своей голове, сколько еще поз и фишек он испробует со Златой, а у него уже почти вся кровь прилила к паху. Девушка тоже почувствовала движение, но не отстранилась. Смутилась и спрятала лицо на его груди, но улыбаться не перестала, а это уже хорошо.
— Сейчас мне двадцать два года, — начала девушка. — Двадцать первого апреля будет двадцать три… — говорить стало труднее из-за учащенного дыхания.
Она старалась из последних сил удержать одеяло на своей груди, но Гордей был непреклонен и тащил его вниз, открывая для себя прекрасные виды. Уже тугие горошины на ее груди радостно приветствовали его, а он и не смел не ответить им тем же. Поднялся на локте, чтобы ему и Злате было удобнее, и свободной рукой исследовал то, что не успел рассмотреть в мельчайших деталях ночью. Некогда ему было тогда, да и трудно было сосредоточится на чем-то, когда внизу изнывает от желания та, что прочно поселилась в его мыслях. Гордей даже не думал, что когда-нибудь настолько помешается на ком-то так же, как на Злате, а именно это сейчас и происходит.
— Продолжай, — мягко подтолкнул Гордей Злату. — Я тебя внимательно слушаю, — он решил начать исследовать ее тело с покатых бедер. — Чем любишь заниматься в свободное время?
Он специально изводил ее, заставлял выгибаться и почти до боли прикусывать нижнюю губу. Очень медленно, словно насмехаясь над ее состоянием, мужчина прокладывал путь своей ладони от бедра и выше, к талии, останавливаясь на миг, чтобы потом опалить кожу живота горячим поцелуем. Не обошлось и без языка, такого горячего и влажного. Злата с силой сжала свои бедра. Теперь она понимала, почему там сейчас было так жарко и от этого у нее еще сильнее начинала кружиться голова.
— Расскажи, — настаивал мужчина. — Помимо чтения книг, чем еще ты любишь заниматься?
— Я… — начала Злата, но ответить так и не смогла, потому что рука мужчины снова опустились вниз, но губы все так же исследовали ее живот. — Не знаю… — связно думать она была не в силах.
Он вернулся туда, откуда начал. Из-за того, что Злата очень плотно сжимала свои бедра и не давала ему пробраться между ними, Гордею пришлось силой оказаться там. Из горла девушки вылетел стон, ставший его усладой.
— Раздвинь их, — он не просил — приказывал. — Я не шучу, Злата, — сейчас он был не в состоянии бороться со стеснительностью девушки.
И она послушалась. Просто доверилась ему и сделала так, как он просил. Сначала медленно и неловко, пытаясь скрыть на своем лице стыдливость, она раздвинула ноги под одеялом, а потом, когда ощутила мужскую руку на внутренней стороне бедра так близко с тем самым местом, то и вовсе поддалась своим инстинктам и стала действовать смелее. Одеяло улетело куда-то в сторону и теперь на ней не было ничего, кроме голодного и жадного взгляда Гордея.
— Умница, — похвалил он ее, распаляя еще сильнее.
Он ощутил на своих пальцах влагу от ее половых губ. Не думал он, что добьется от девушки такой скорой отдачи, и был рад, что именно он сейчас, а не кто-то другой нависает над ней и доводит до края безумия. Он не позволит кому-либо еще увидеть ее такой, не даст попробовать ее на вкус, такую сладкую и манящую его девочку. Да, еще ночью, перед тем как заснуть, он решил, что навсегда сделает ее своей. Он собственник и все этим было сказано.
Мужчина понимал, что сейчас не самое лучшее время повторять то, что они прошли ночью, но и оставить Злату в таком возбужденном состоянии он просто не мог. Неправильно это. Не поступит он так с ней. Осторожно ввел в нее сначала один палец, разведывая почву и подготавливая девушку к его дальнейшим действиям, не забывая поглаживать большим пальцем цент удовольствия.
— Ах! — Злата извилась дугой, вцепляясь одной рукой в покрытое татуировками плечо мужчины, а второй снова стала наминать свою грудь, зажимая сосок между пальцами.
От увиденного у Гордея снесло крышу и он, больше не думая ни секунды, накрыл ртом вторую. Перекатывал упругую горошинку на своем языке, покусывал, слыша шипение девушки, а затем снова заглаживал вину языком. Злата могла смело похвастаться третьим размером груди, хоть и скрывала такое достояние под мешковатыми свитерами. Только этой ночью Гордей узнал ее не маленький секрет.
Пульс его зашкаливал, в висках стучало, а он радовался как мальчишка, что не сглупил вчера и не отверг девушку. Он честно растерялся как юный пацан, когда наткнулся на преграду. В голову стали лезть навязчивые мысли, то отговаривая его остановиться и уйти, не оборачиваясь, то поддаться искушению. Боже, как же ему было тяжело вчера взять себя в руки и отступить! Стоя под прохладным ветром, он даже тогда не мог поверить в то, что сдержался. Мужик! Только вот девушка была очень недовольна этим. Оно и понятно! Будь он на ее месте, тут же накинулся бы. Он не мог сопоставить невинность девушки с тем, как она горячо отвечала на его ласки в уборной ресторана. Как она могла так довериться ему? Словно знала его уже давно и не боялась. Он всегда думал, что девственницы в свой первый раз очень неопытны и зажаты,
