он хотел сейчас сделать со Златой, но и вместе с тем боялся навредить ей. После первого раза ему стоило сдерживать себя, хотя бы сутки.
— Горде-ей! — напомнила о себе Злата, призывая мужчину присоединиться к ней.
— Уже иду, — пробасил он, добровольно соглашаясь на гильотину.
Девушка стояла под горячими струями воды и растирала по своему телу гель для душа. В меру широкие бедра призывали своими изгибами. Словно заколдованный, мужчина прижался своим торсом к Злате, сильно впиваясь пальцами в ее талию.
— Я уже подумала, что ты сбежал и не придешь.
Волосы на его голове намокли и теперь лежали на глазах, закрывая часть обзора.
Он развернул к себе девушку лицом и впился в ее губы. Ну вот, все же он не выдержал и набросился на нее голодным зверем. Все-таки не надо было ему следовать за ней и дать спокойно принять душ. Но и она хороша, видела ведь его состояние и внутреннюю борьбу и не препятствовала тому. Сама зазывала в свой омут. Пусть теперь не обижается.
Но Злата даже и не думала расстраиваться. С радостью прильнула к Гордею так, что всем телом стала ощущать его жар и возбуждение. Оно кружило голову, опьяняло, делало ее смелее в своих желаниях. Взяв с полки гель для душа, она вылила небольшую лужицу на ладонь, растирая. Сначала прошлась по широким плечам и татуировкам на них, потом и на грудь. Завитки жестких волос щекотали ее ладони. Девушка закусила губу от удовольствия.
— У меня только мужской гель, — для чего-то сказал Гордей.
Он пытался хоть как-то держать свои желания в узде, но у него это очень плохо получалось.
— Класс, — Злата улыбнулась, опуская свои руки еще ниже, царапая ногтями чувствительную кожу в низу его живота. — Я буду пахнуть тобой.
От этих слов у него снесло крышу. Ухватив ее за затылок, мужчина притянул к себе девушку, врезаясь в ее губы поцелуем. Он честно пытался быть сдержанным и аккуратным. Но как можно держать себя в руках, когда Злата так настойчиво соблазняет его? И ведь не скрывает этого, плутовка.
Тем временем ее шаловливые ручки опустились еще ниже, и Гордей зашипел. Вцепился в ее волосы, сжимая те в кулаке. Он тяжело дышал и тягучим взглядом наблюдал за тем, что она решила провернуть. Прикоснулась к основанию члена своими пальчиками, сначала неумело, с опаской, а потом, осмелев, провела по всей его длине, задерживаясь на чувствительной головке.
— Злата! — прорычал Гордей, еще сильнее натягивая на кулак ее густые волосы так, чтобы видеть все эмоции на ее лице.
А там было на что посмотреть. Похоть и желание. Без капли страха или смущения. Она была готова ко всему и не хотела больше ждать.
— Быть может ты и был у меня первым, но я научилась доставлять себе удовольствие благодаря интернету, — она явно намекала на видео. — И еще кое-чему научилась.
Гордей громко зарычал. Закрыл глаза, считая до десяти в надежде, что хоть как-то успокоится. Но здравый смысл и выдержка уже давно упаковали свои чемоданы и помахали ему на прощание рукой. Увидит он их еще не скоро.
— Я хочу сделать тебе приятно, — в ее голосе он услышал просьбу.
Боже! Как же он смеет ей отказывать в таком? Он ведь не самоубийца и не жертвенник, чтобы переубеждать ее.
— Ты мне не доверяешь? — спросила она, внимательно следя за каждым его движением.
— Я себе не доверяю, милая, — наконец признался он. — Боюсь, что не сдержусь и накинусь на тебя как голодный лев. А я так не хочу тебе сделать больно. Правда не хочу.
Именно это она и хотела услышать от мужчины. Все так же смело она сомкнула свою ладошку в кольцо и стала медленно двигать ею, подстраиваясь под толчки мужчины бедрами. Оставшийся гель для душа на ее руках помогал скользить по коже, усиливая ощущения обоих. Злата видела, как он бился в агонии, пока она покрывала его грудь мелкими поцелуями, доводила его до края, чтобы подарить наслаждение, как и он ей этим утром. И ночью.
Громко прорычав, он мощно излился ей на живот, а она была и не против. Теплая густая струя ударилась о ее кожу, растекаясь. Злата не сдержалась и стала пальчиками свободной руки размазывать ту по телу, вырисовывая на ей узоры.
Гордей еле стоял на ногах. Тяжело дышал и пытался прийти в себя как можно скорее. Не думал он, что от таких простых и невинных движений ему так сильно снесет голову. А что же будет, когда его девочка наберется опыта? Да она его заживо похоронит! Нет, он никуда ее не отпустит. Пусть думает, что хочет, но теперь он не позволит ей даже просто протягивать мужчинам свои ловкие ручки для пожатий. Она вон как размотала его только что, и это они еще не были в кровати.
— Ты понимаешь, что подписала себе приговор? — прорычал мужчина в ее губы.
Почему-то именно сейчас он хотел выписать на нее свои права.
— Какой это приговор? — не понимала Злата, отвечая на поцелуй.
— В котором значится, что ты моя и только моя. Поняла? Считай меня собственником или деспотом, но я не смогу по-другому. Правда не смогу.
— Так даже лучше, — Злата прильнула в мужские объятия. — Только я сама та еще собственница. Только попробуй посмотреть в сторону — тут же кастрирую, — она говорила это с улыбкой на лице.
— Вот это я попал, — в шутку ляпнул мужчина, улыбаясь.
— Я не шучу, — тон Златы изменился на более серьезный, но улыбку она не спрятала.
Давление в паху усилилось, а он снова хотел ее так же сильно, как и несколько минут назад. И что ему прикажете делать целые сутки? Как он сможет выдержать такой напор и не сойти с ума?
В это время отголоски разума девушки кричали ей о другом. Напоминали о том, о чем она уже сама забыла. А правильно ли то, что она начала отношения с Гордеем со лжи? Может быть ей следовало для начала рассказать ему правду о своей влюбленности? Пусть знает, что ее чувства искренние и не
