так же, как падишах и на женах не останавливается.
— Так себе образ будущего императора. — поморщилась Мария. — Фаворитки — куда ни шло, это в европейских традициях, но наложницы… Тем более надо ее казнить, чтобы не было лишних слухов.
— Нужно понять как можно от неё избавиться при этом даровав свободу. — подумав сказал я. — Желательно демонстративно и не слишком оскорбив её семью.
— Никак. — коротко ответила Инга. — Подарить свою дочь в наложницы, это не просто унижение это… я даже не знаю с чем это можно сравнить.
— Это куда более серьезный поступок чем послать сына в заложники. — ответила Мария, сбросив праздничное платье. — Вот же уроды, такой день испортили!
— Прости. — вздохнула Инга, вновь дотронувшись до сережек. — Надо, наверное, это принять как должное, все же ты сама говорила — с нашим мужем ни в чем удивляться нельзя, возможно всё.
— Объясняться перед Филаретом сама будешь. — сказала Мальвина уже в дверях ванной. — У вас между прочим еще с шаманизмом вопрос не решен, и он мне о нем напомнил! Так что спор будет горячий!
— С шаманизмом? — удивленно спросил я, когда, хлопнув дверью Мария скрылась в главной ванной. В наших покоях их было две, и еще один запасной санузел. Впрочем, номинально кроме гостиной и двух кабинетов у нас еще было три спальни. Так что занимало все это добрую часть этажа.
— Вера наших малых народностей. — отмахнувшись сказала Инга. — По-настоящему верящих в шаманов осталось не так много, но с появлением резонанса…
— Понятно. Магия вернулась? — усмехнувшись спросил я.
— Да, можно и так сказать. Есть обученные одаренные, которые вернулись к традициям предков, а есть стихийные. Я даже не знаю, как их назвать. Скорее и в самом деле шаманы, они строго блюдут традиции, нигде не учились, но у некоторых из них есть способности несколько другого толка чем у обычных одаренных. — нехотя объяснила княгиня Ляпинская. — Но наша церковь предпочитает, чтобы вера в стране была только одна — православно-христианская. И наши традиции стараются замести под ковер.
— Я тебя прекрасно понимаю. Филарет мне тоже прозрачно намекает на то, что неплохо бы обучающую программу свернуть и медитацией не заниматься. — ответил я. — Но с главой РПЦ приходится считаться.
— Обучающую программу… — сказала Инга, а затем, сняв серьги, положила их себе на ладонь. Несколько секунд ничего не происходило, а затем они вспыхнули, как и кулон у нее на груди. Девушка улыбнулась и подняла на меня восхищенные глаза. — Это потрясающе. Я словно наконец смогла вздохнуть полной грудью и вдруг выяснилось, что с самой инициации мне приходилось дышать через соломинку.
— Ну, на счет полной груди тебе еще надо поработать. — ехидно заметила Ангелина, и рассмеявшись скрылась за дверью второй ванной.
— Не расстраивайся, зато у тебя задница потрясающая. — подбодрил я нахмурившуюся Ингу.
— Да я и не расстраиваюсь. — тут же улыбнулась девушка. — Просто ожидала подобной выходки от Маши, а не Ангелы.
— Она тоже умеет завидовать. — сказал я, развалившись в кресле. — Что по занятиям, нам с тобой предстоит быстро-быстро догонять остальных, иначе лиса окажется права и по настоящему полной грудью ты так и не вздохнешь. Я не про физическую форму, естественно. Надо тренировать твои чакры и меридианы. Уже даже Таран освоил истинное зрение. Ангелина куда талантливей, но Маша берет силой…
— А я в результате отстаю. — кивнула Инга, повернувшись ко мне спиной. — Поможешь расстегнуть платье?
— Да, конечно. — я чуть вздохнул, поднявшись, все же этот день меня вымотал, а сюрприз под конец был… ну не самый приятный, прямо скажем. По крайней мере что с этой девушкой делать я не представлял. Впрочем Инга, воспользовавшись этой маленькой женской хитростью, почти сразу отвлекла меня от посторонних мыслей.
— А тебе правда нравится моя попа? — смущенно спросила она.
— Естественно. — улыбнувшись сказал я, и Инга вытянулась чтобы меня поцеловать. Через полчаса, когда девушки всё же соизволили выбраться из ванной мы были очень заняты. Ангелина и Мария были очень обижены и возмущены таким неприкрытым предательством, но слова звучали немного по-другому.
— В кругу семьи не щелкай клювом. — показав язык рассмеялась оседлавшая меня Инга, и мне вновь пришлось отрабатывать за троих. К счастью, я достаточно развил чакры земли и воды, чтобы не беспокоиться о подобных мелочах. И даже был уверен, что встану после бурной ночи первым. Каково же было мое удивление, когда, выйдя из спальни я увидел забравшуюся с ногами в кресло Мальвину.
— Ты вообще не спала? — спросил я первую супругу.
— Так получилось. — устало и мрачно ответила она.
— В чем дело? Тебя что-то беспокоит? — сев рядом поинтересовался я.
— Конечно беспокоит, а ты считаешь, что нет поводов? — подняв брось сказала Мальвина.
— Я имею ввиду — больше чем обычно. У нас каждый день то война, то революция, но раньше у тебя проблем со сном не наблюдалось. — улыбнувшись ответил я, взяв девушку за руку. — Или на тебя так повлияла одна появившаяся девчонка.
— Она не девчонка, в том то и проблема. — вздохнула Мария.
— Кхм, ну не мальчишка же. — удивленно сказал я.
— Да ну тебя. — фыркнула Мальвина попытавшись вырвать ладонь
— Рассказывай, в чем дело. Ты же знаешь мне ты можешь доверить даже самую большую глупость. — улыбнувшись сказал я, и девушка снова вздохнула.
— Можешь считать это бредом не выспавшегося больного разума, но её нельзя убивать. — наконец произнесла Мария.
— Конечно нельзя. Как сказала Ангелина — мы не в рабовладельческом строе живем. — ответил я.
— Да при чем тут это? — недовольно проговорила Мальвина. — Она принцесса. Может и не самая титулованная и вообще дочь рабыни, не важно. Она — принцесса.
— Это я и вчера понял. — сказал я, и пересадил сопротивляющуюся Марию себе на колени, та несколько секунд вырывалась, но больше для вида, а затем, устроившись по удобнее чуть расслабилась.
— Ничего ты не понимаешь, твое высочество. — вздохнула она.
— Ну так объясни, может раза с третьего до меня дойдет. — погладив ее по волосам сказал я.
— Ещё раз, может это просто бред с недосыпа. А
