семеня вслед за ней — одни нервы, честное слово.
Лино виновато улыбнулся, принимая внимание и ласку девушек. Как не крути, а они рады ему, а он счастлив, что снова видит их. Кони засуетилась, забегала, отыскала сразу двух сведущих в врачевании. Один из людей принца и человек, с большой шляпой. Осмотрели Лино, который сообщил им места, пострадавшие в последнем столкновении. Стеснительно спуская портки, Лино оголил часть гузна и лёг на расстеленное у костра сукно. Роза из приличия прикрыв лицо ладонями, подсматривала сквозь бойницы между пальцами. Кони тарахтела о том, что Лино отпетый псих и полез в гущу событий только их тревог ради. Отвечать у Лино досуга не было, приходилось терпеть пока врачи осматривали его больное седалище.
— Обширные гематомы, отёчность и возможно переохлаждение — дал заключение человек со шляпой — кости вроде как целы. Нанесли мазь из пикоцвета и ламинарии, должна помочь. Лучше не нагружать сию оконечность какое-то время. Мягкое подкладывать — изрёк человек со шляпой под весомые кивания второго причастного.
Кони поблагодарила с почтенностью обоих, подала Лино новую одежду. Отвернулась, повернулась, смерила его взглядом и отправилась с прошением о размещении раненого к принцу, который о чём-то беседовал с Юрием, безучастно кивавшим головой и косившимся в сторону Лино. Остальные в лагере кучковались у прочих костерков, оставляя Лино и принцессу в определенной степени наедине. Лино перевернулся на спину. Всё бы ничего, но голове или подложенным под неё рукам было нестерпимо жестко. Лино приподнялся, хотел встать. Но его легко опустили две бархатные ручки. Под затылком упруго и мягко шелестело платье.
— Сказали лежать надо. Куда ты собрался? — надулась Роза, свисая над головой Молодого Бенедетти.
— Жестко же. Неполезно — возразил Лино, на что получил пару жёлтых глаз прямо в упор своим с игривым вопросом.
— Так тебе и сейчас жёстко?
— Нет — не мог сопротивляться Лино и весь размяк.
— То-то же — фыркнула принцесса и выхватив платок стала утирать грязное лицо Молодого Бенедетти.
— Больно, не натирай мне так лоб — сморщился Лино под усиленное пыхтение принцессы.
— Одежду чистую дали, а помыться негде. Дай хоть немного приведу тебя в порядок — отклоняя протест, пробурчала Роза — «тело душу приютило, потому не забывай про мыло».
— Это из Учения? — вытянул подбородок Лино в удивлении.
— Нет. Просто в детстве, дядя Ал так говорил. Ты такой грязненький, что мне напомнил об этой присказке — расцвела лёгкая улыбка принцессы, когда с мордашкой Лино было покончено и настал черёд волос, в которых укоренились сосновые иголки.
— А знаешь, что мне это ещё напомнило? — вдруг сказала Роза, выгребая руками хвою.
Лино поднял на неё глаза, слегка прищуриваясь.
— То, как мы в первый раз встретились — ностальгически обратила она взор в огонь, согревавший их с Лино — было тепло, светило солнце, мы играли в прятки с Кони, а потом бух, и я нахожу тебя на траве, всего не пойми в чём. До сих пор припоминаю тот запах.
— Ну спасибо — скривил смешливо рот Лино — я получается самый запоминающийся вонючка в твоей жизни. Надеюсь, за победу в такой номинации мне полагается хоть какая-то награда. Хе.
Роза не ответила. Лино занервничал, что сказал что-то не то.
— Слушай, я не им… — протянулось из его губ, когда на лбу расцвёл нежные и тёплый поцелуй принцессы.
В груди Молодого Бенедетти ёкнуло. Настолько его растапливал и прогревал этот поцелуй, до самых недр души и глубже. Её светлые волосы совсем распустились, обтекая весь рельеф его лица благоухающими по цветочному потоками. Ушла боль, тревога и душевные терзания. Всё стало так неважно. Казалось, времени вообще нет, иссякло, остановилось. Что и оно больше не имеет значения. Лишь когда Роза отпряла от его чела, он осознал, что желал бы времени конца, чтоб продлить сей миг хотя бы навсегда.
— Не заставляй нас…меня, переживать такое ещё раз — провела Роза по румяной щеке Лино, где танцевали пламенные языки и тени — когда мне рассказали, что произошло, точно молнией пронзило. Не знаю с чем ещё сравнить. Если бы не Кони прыгнула бы в реку. А она, если бы не я. Хе-хе. Она вообще вся извелась. Ты не смотри, что она тебя подтрунивает, на самом деле она это из добрых побуждений.
— Знаю — хмыкнул умилённо Лино — простите, что пришлось волноваться.
— Дело не в этом. Просто не рискуй зазря, прошу. Пусть ты и спас Юрия — притормозила на имени пирата принцесса — но я уверена, он бы и сам справился, Он же сильный и умелый…
— А я не такой…
— Что?
— Не сильный и не умелый — улыбаясь с печалью констатировал Молодой Бенедетти.
— Нет, но зачем тебе? — складывая домиком светлые брови, спросила Роза.
— Да и правда незачем.
— Почему ты так? — вдруг вопросила принцесса — с того момента, как вы вернулись с поисков перстня. Нет, еще раньше. После того, как мы покинули Колыбель я ещё хуже стала тебя понимать. Вы оба стали в разы мрачнее и тревожнее. Наверное, это моя вина, ведь я полю…
— Нет, не твоя — обрубил фразу принцессы на нужном слове.
Лино догадывался, что она хотела сказать. Он это уже знал, но похоже Роза ещё этого не поняла. Вообще, в последнее время Лино стал острее чувствовать недосказанность в их с принцессой отношениях. Неуловимое, не высказанное обитало меж них. Мешало полностью открыться. Раньше, тем был грешен лишь он и то так или иначе избегал ответственности перед своей совестью. Теперь же и Роза гложилась тем же. Не могла сказать, не могла молчать. А если скажет, будет только хуже и ей, и ему. Потому пусть всё будет как было. Пусть она пребывает в сладком неведении, что он знаком с тайными порывами её души в сторону пирата, что он покушался на его жизнь. Пускай так.
— Я последнее время просто завидовал Юрию — старался звучать непринуждённо Лино — он то тебя спасёт, то бестию победит, то кольцо найдёт, то тролля одолеет. Думал у меня прокатит примазаться к его славе и в этот раз.
— Неправда. Не верю. — помотала головой и волосами принцесса — ты не такой. На тебя совершенно не похоже.
— Зелёная зависть, я тебе говорю — настаивал Лино — я пытался бороться, но он уж слишком хорош. Не, мне с ним не тягаться.
— Тебе и не нужно — взволнованно склонилась Роза — Прошу! Не надо!
— Ладно, ладно. Только не делай такое испуганное лицо. Я обещаю,
