что везут партию цыплят в Мехикали, и, если мы переставим клетки, чтобы высвободить место, они подвезут нас. Пять минут спустя мы освободили среди цыплят ровно столько места, чтобы поместились две доски для серфинга и мы втроем, и отправились в путь.
Сказать, что это было тяжело значит не сказать ничего: бесконечные вихри куриных перьев, невыносимая вонь их дерьма в жаркой пустыне, шестнадцать часов на старом обломке фанеры без возможности лечь, и только одна пятнадцатиминутная остановка для заправки между тем, когда мы сели и когда мы вышли в Мехикали.
Проявил ли водитель милосердие или за что-то мстил нам?
Он был достаточно сердоболен, чтобы указать нам путь к автовокзалу Мехикали, где мы потратили все, кроме четырех долларов из оставшихся у нас наличных, чтобы купить три билета до Тихуаны.
Глава 10. Возвращаясь за бóльшим
Запоздалое просвещение
Лишь горстка людей знали, что мы вернулись, и все они поклялись хранить эту тайну. Лось определенно не хотел, чтобы кто-нибудь знал. Ему грозило четыре года тюрьмы за непредумышленное убийство – плюс все то, что ему светило за побег в Мексику в то утро, когда он должен был явиться в тюрьму. Жеребцу, думаю, не так сильно хотелось встречаться с Шерри прямо сейчас. Никакие «ак-ак-ак-ак» не помогли бы ему выпутаться из этой ситуации.
Я? Не думаю, что я пошевелил хоть одним мускулом за несколько часов. Я смотрел в потолок, прислонив голову к стене. Мое тело, словно мертвый груз, глубоко вжалось в подушки старого дивана в нашей гостиной. За последние тридцать с лишним дней я не особо напрягался физически, чтобы чувствовать такую усталость, но сейчас даже держать банку пива в руках казалось утомительным занятием. Я потратил всю свою энергию на единственную цель – разработать план по возвращению автобуса домой – если он все еще находился в Гуасаве.
Я ломал голову, кто мог бы помочь мне в этом деле. В конце концов, любой, кто знал о том, что происходило с нами в течение того месяца в Мексике, должен был предположить, что нас кто-то проклял, а кто в здравом уме захочет присоединиться к отряду про́клятых? Был только один человек, который мог хотя бы подумать о такой глупости: мой сосед по комнате и лучший друг Перро. Он только что пришел после работы, взял пиво и плюхнулся в кресло напротив меня.
– Привет, Перро. Помнишь, как легко твой грузовик справился со всем этим дерьмом, которое мы украли той ночью в Коронадо? – Я хотел вызвать у него чувство гордости, похвалив его полноприводный Ford XLT 250 весом в три четверти тонны. – Твой грузовик – реально потрясающий!
Потом стал издалека переходить к делу:
– Ты когда-нибудь думал о том, можно ли к нему прицепить туристический трейлер? Я имею в виду, что им можно буксировать практически все что угодно, так?
– Ага. Это убийственный грузовик, Оптерс; он никогда меня не подводил. А что? Ты хочешь купить его или что-то в этом роде?
Думаю, он понимал, что скрывается за той хренью, которую я нес.
– Нет, я не могу позволить себе такой классный автомобиль прямо сейчас. Особенно с учетом того, что мой автобус сейчас застрял в Мексике. Слушай… э-э-э (как будто это только что пришло мне в голову)… не мог бы ты помочь мне вернуть его? Отбуксировать сюда? Я могу заплатить.
Перро изо всех сил попытался отмазаться.
– Я не могу, Оптерс! Я не могу взять столько выходных на работе!
Предвидя его первый выстрел, я заранее придумал ответ.
– Эд, я думаю, это займет у нас всего три дня, туда и обратно. Если я спрошу твоего босса, и он даст добро – и я заплачу то, что ты получил бы на работе – ты хотя бы подумаешь? Я действительно не хочу потерять свой автобус, Эд, и я не знаю другого способа вернуть его. – Я полагал, что обращение к нему по его настоящему имени тронет его, ведь так я показываю, насколько это важно для меня.
– Слушай, даже если бы договорился с моим боссом, Оптерс, моему грузовику давно нужен серьезный ремонт. В таком состоянии он далеко не уедет. Ничего не получится.
Ага! Еще одна отмазка.
– Хорошо. – Наклониться вперед, сохранять зрительный контакт, говорить спокойно и неторопливо. – Я понял… Просто позволь спросить: если бы я смог убедить твоего босса отпустить тебя, и оплатил бы пропущенные дни, и заплатил бы за ремонт грузовика, и покрыл бы все остальные расходы… Если я сделаю все это, Эд, пожалуйста, скажи мне, есть ли еще какая-то причина, по которой ты решишь не помогать мне?
Книга «Продажи 101»: глава «Закрытие сделки».
Перро улыбнулся, закрыл глаза и покачал головой, осознавая, что только что проиграл эту битву. В последний раз он выдохнул и сделал последнее предостережение:
– Оптерс, если ты сможешь выполнить все те вещи, о которых говоришь – я имею в виду, что все будет сделано на сто процентов к завтрашнему утру, то – твою мать, не могу поверить, что говорю это – я сделаю это. Я помогу тебе. Я отбуксирую твой автобус обратно.
Даааааааааааааааа! Должен ли я чувствовать себя виноватым? В глубине души он действительно хотел мне помочь. Его просто нужно было немного подтолкнуть, чтобы он осознал это. Так ведь?
Перро не знал этого, но я заранее поговорил с его боссом и объяснил ситуацию. Мне нужно было только перезвонить ему и подтвердить, что мы уезжаем утром. Через полчаса его грузовик стоял на станции техобслуживания.
Даааааааааааааааа!
Вместе мы решили, что будет проще (не говоря уже о том, что намного безопаснее), если мы обойдем Тихуану и Мехикали и пересечем границу с Мексикой как можно ближе к пункту назначения. Хотя это добавило почти сто пятьдесят километров к пути длиной в полторы тысячи километров, мы проехали через Тусон, штат Аризона, прежде чем повернуть на юг и пересечь границу в Ногалесе, тем самым избежав участка примерно в шестьсот километров мексиканского шоссе.
Было странно снова оказаться в Мексике. Как будто нужно снова сохранять бдительность; держать ухо востро; быть готовым. К чему, я не знал. Но я не приукрашиваю: я был взвинчен до крайности.
– Расслабься, Оптерс. Не о чем беспокоиться. Я же мексиканец, забыл? Все будет в порядке.
Он был прав: мне действительно нужно было расслабиться. Сам факт того, что он был рядом, давал неплохую гарантию того, что мы выполним план и вернемся обратно. Скорее всего, не о чем беспокоиться, если едешь в правильном
