class="p1">— Бунт против императора? — деловито поинтересовался Миша.
— Хуже, — ответил я. — Против магии.
— Буду через две минуты, — заверил меня друг.
— Полиция уже едет сюда, — сказал я. — Теперь, господа, вам предстоит разбираться с ними, а мы с домовым уходим. Идем, Семен.
Похоже, мои слова несколько отрезвили Мышеватова.
— Дом без домового нам не нужен, — сказал он Померанцеву.
— И обвинение в нарушении общественного порядка тоже, — добавил я.
— Да, — кивнул Мышеватов. — Мы ученые, а не бунтовщики. Наша сделка отменяется, господин Померанцев!
Глава 17
Как раз в эту минуту к дому Померанцева подъехал полицейский мобиль. Из него вылезли Миша Кожемяко и четверо городовых.
Миша озабоченно хмурился, как и полагается высокому полицейскому начальству.
Городовые выглядели очень злыми — наверное, от того, что в последние дни им то и дело приходилось ездить к дому Померанцева. К тому же у двоих городовых еще не сошли синяки от побоев, которые им нанес домовой.
Увидев полицию, защитники редких магических существ начали по одному исчезать. Первой исчезла женщина, которая допытывалась, чем мы кормим домового. За ней по одному пропали остальные.
Наверное, члены добровольного общества тоже обладали каким-нибудь редким магическим даром, который позволял им избегать нежелательных встреч с защитниками порядка.
Домовой Семен тихонько дернул меня за рукав и растворился в воздухе. Видимо, не желал близко общаться с городовыми.
Так что к тому времени, когда Миша подошел к нам, мы остались у калитки втроем — я, титулярный советник Мышеватов и бледный, взволнованный адвокат Померанцев.
— Что здесь происходит? — спросил Миша, строго глядя на Померанцева.
Я открыл рот, чтобы ответить, но неожиданно меня опередил Мышеватов.
— Этот человек пытался нас обмануть, — заявил он, указывая на Померанцева. — Господин Померанцев хотел продать то, что ему не принадлежит.
— Вот как? — сердито нахмурился Миша. — Будете подавать на него жалобу?
— Разумеется, — решительно кивнул Мышеватов.
— В таком случае назовите свою фамилию и место службы, — предложил Миша, доставая блокнот.
— Это неправда, — нервно возразил Померанцев. — Этот дом принадлежит мне по всем документам, и я имею полное право его продать.
— А я говорю не о доме, — прищурился Мышеватов.
— А о чем же? — поинтересовался Миша, открывая блокнот.
— Господин Померанцев обещал продать нам дом, в котором живет домовой, — объяснил Мышеватов, — а это совсем другое дело.
Услышав эти слова, Померанцев побледнел еще больше.
— Ага, — зловеще протянул Миша. — Так у нас здесь незаконная торговля редкими магическими существами? Это дело серьезное.
Он повернулся к городовым, которые ждали распоряжений.
— Взять обоих, — коротко сказал им Миша.
Городовые с большим удовольствием скрутили Померанцева и Мышеватова. Мышеватов пытался возражать, а Померанцев подчинился сразу. Увидев полицию, адвокат понял, что ничем хорошим для него попытка продать дом не кончится.
Я одобрительно улыбнулся — кажется, мой друг всерьез принялся за дело. Пока он разбирался с Мышеватовым и Померанцевым, я решил послать зов Никите Михайловичу Зотову.
— Доброе утро, Никита Михайлович. Это Александр Воронцов. Помните, я говорил вам про магические маски в мастерской скульптора Померанцева? Мне кажется, сейчас самое подходящее время для того, чтобы их забрать. Хозяин дома сейчас здесь, и ключи у него с собой. Вы сможете прислать людей?
— Я и сам собирался заняться этим как можно скорее, — ответил Зотов. — Нехорошо, когда сильные магические артефакты остаются без присмотра.
— Только отправьте за ними вместительный фургон, — добавил я. — Кроме масок в мастерской есть еще довольно тяжелая статуя. Это последняя работа скульптора Померанцева. Кроме меня эту скульптуру никто не видел. Я уверен, что великая княгиня Мария Алексеевна будет счастлива получить ее в подарок.
— Вы и с великой княгиней успели познакомиться, Александр Васильевич? — изумленно спросил меня Зотов.
— Да, она угостила меня чаем, — с улыбкой ответил я.
Пересказывать Зотову свою беседу с великой княгиней я не стал. Есть вещи, которые не нужно знать даже начальнику Имперской Тайной службы.
— А нынешние владельцы скульптуры не станут возражать? — спросил Никита Михайлович.
Я взглянул на Померанцева, который с несчастным видом объяснял что-то Мише.
— Не думаю, — сказал я Никите Михайловичу, — мне кажется, нынешний владелец будет счастлив избавиться от этой скульптуры.
— Что ж, хорошо, — ответил Никита Михайлович, — тогда я пришлю своих людей. Да и сам приеду, пожалуй. Любопытно взглянуть на эту мастерскую.
Миша тем временем обстоятельно разбирался с титулярным советником Мышеватовым и адвокатом Померанцевым.
— Значит, вы не собирались покупать домового? — спросил он Мышеватова, угрожающе помахивая блокнотом.
— Разумеется, нет, — повысив голос, ответил титулярный советник. — Мы защитники редких магических существ, а не рабовладельцы.
— Тогда зачем вам понадобился домовой? — поинтересовался Миша.
— Мы всего лишь хотели защитить его и изучить, — объяснил Мышеватов. — Но домовой наотрез отказался иметь с нами дело. Между прочим, это возмутительно, господин полицейский следователь.
— Домовой является разумным магическим существом, — невозмутимо ответил Миша, — и сам может о себе позаботиться.
— В любом случае, теперь этот дом нам не интересен, — фыркнул Мышеватов.
— Так и запишем, — кивнул Миша. — Теперь я понимаю, что налицо не преступление, а обычное недоразумение.
— Как это не преступление? — изумился Мышеватов. — Насколько я понимаю, этот человек собирался продать дом не только нам.
Он злорадно указал на Померанцева, которого крепко держали городовые.
— С господином Померанцевым мы будем разбираться отдельно, — сказал Миша. — А вас, господин Мышеватов, я прошу не покидать столицу. Ваши показания могут нам понадобиться.
— Разумеется, господин следователь, — готовно закивал Мышеватов. — Я счастлив помочь полиции.
— Пока можете быть свободны, — разрешил Миша. — Но вашим добровольным обществом полиция еще займется.
Получив разрешение, Мышеватов поспешно удалился в сторону продуктовой лавки. Даже забыл попрощаться со мной и с домовым. Впрочем, не могу сказать, что нас это сильно расстроило.
— Теперь разберемся с вами, господин Померанцев, — сказал Миша, строго глядя на адвоката. — Насколько я понимаю, вы собирались продать магическое существо. Вам известно, что этот поступок нарушает законы Империи?
— Я не пытался его продать, — заспорил Померанцев. — Я продавал только дом.
—
