Они прошли дальше и стояли недалеко от пары вороных меринов, чья царственная осанка их особенно привлекла, когда к ним подошел высокий джентльмен.
— Эй, привет, как идет лошадиная охота? — Герцог Уайверн остановился и отвесил элегантный поклон. — Весси. Миссис Смайт, какое удовольствие видеть вас.
Лили подняла глаза на герцога, пораженная, как всегда, мрачной красотой его лица и сексуальной привлекательностью, которую этот мужчина источал. Разумеется, она предпочитает белокурые волосы Итана и его желтовато-карие глаза, один взгляд которых способен пустить ее сердце в безумный галоп. Тем не менее эго не значит, что она не в состоянии увидеть и оценить поразительную красоту другого мужчины, даже если ее интерес чисто дружеского характера.
Они с герцогом были, в сущности, незнакомы, несмотря на то, что их представили друг другу во время сезона. Тем не менее она знала, что они с Итаном — близкие друзья. До сегодняшнего дня она как-то особенно не задумывалась о знакомых Итана. Теперь же, оказавшись под заинтересованным, испытующим взглядом герцога, Лили задалась вопросом, что мог Итан рассказать о ней другу и рассказывал ли вообще. Поделился ли с герцогом, что теперь она его любовница? От этой мысли ей стало немного не по себе.
Очевидно, почувствовав ее замешательство, Итан накрыл ладонь, лежащую у него на руке, своей. Секунду спустя, впрочем, она расслабилась, когда, встретив взгляд Уайверна, не увидела ничего, кроме теплой сердечности в улыбке.
— Полагаю, вы сузили выбор до гнедых и серой в яблоках пары в дальнем конце стойл, — заметил герцог, осмотрительно понизив голос.
— Что заставляет вас так думать, ваша светлость? — спросила она, гадая, не выдали ли они с Итаном ненароком своих предпочтений.
Он вскинул бровь цвета воронова крыла:
— Они тут лучшие, а Итан всегда в состоянии разглядеть породистую кобылку. Ни одну из других упряжек не стоит покупать, а составлять пару из отдельных лошадей — дело рискованное. Иногда такое совмещение оказывается удачным, иногда нет.
Она заморгала, ей такое даже в голову не приходило.
— Лично я на вашем месте взял бы серых, мэм. Они от Пегаса, коня с исключительной родословной, — высказал свое мнение Уайверн. — Впрочем, любая пара подойдет.
Губы Итана тронула улыбка.
— Лили уже отдала предпочтение серым. Она говорит, их цвет прекрасно подойдет к ее новому экипажу.
Герцог усмехнулся.
— Они все кажутся славными лошадками, каков бы ни был их цвет, — возразила Лили. — Я еще не решила.
Но все поняли, что она хочет серых.
Заметил ли герцог, что Итан назвал ее по имени? — гадала она. Если и заметил, то никак этого не показал. Впрочем, по тому, как Итан держит ее руку в своих, все, кто видит их, неминуемо заподозрят близкие отношения.
А если люди обо всем догадываются?
Что ж, решила Лили, значит, она просто не будет переживать из-за этого. У нее нет желания таиться, пытаясь скрыть их с Итаном любовную связь. Она хочет быть с ним и будет. Общество считает ее вдовой и посему будет смотреть сквозь пальцы на их отношения, даже если время от времени сплетники станут перешептываться у нее за спиной.
Слухи, должно быть, уже распространились, ведь он снова провел ночь у нее в доме и остался, чтобы позавтракать, прежде чем они отправились на торги.
— А какая лошадь привлекла ваше внимание, милорд? — поинтересовалась она.
— О, одна или две. — Он больше ничего не сказал, явно предпочитая не открывать своих карт. — Не подойти ли нам к аукционной платформе? Полагаю, торги вот-вот начнутся.
Сопровождаемая двумя самыми красивыми мужчинами на аукционе — а возможно, и во всей Англии, — Лили не спеша последовала за ними.
Два часа спустя Лили широко улыбалась: упряжка серых в яблоках теперь принадлежала ей — купленная по цене, которую и Итан, и Уайверн сочли справедливой. Герцог тоже принял участие в торгах и приобрел трех лошадей, включая одного из вороных, которыми она так восхищалась, а также пару племенных кобыл, которые, как он полагал, внесут свой неоценимый вклад в племенную программу его лучшего скакуна.
Что касается Итана, то он удивил ее, вступив в торг за упряжку гнедых, подключившись в самом конце и приобретя их всего за часть истинной стоимости. Когда аукционист объявил Итана победителем, она бросила на него вопросительный взгляд, на что он пожал плечами.
— Было бы жаль, если б такие хорошие лошади ушли к кому-то еще, — заметил он. — Если ты решила предпочесть их серым, тебе стоит только сказать.
Их глаза встретились, и уголки его чувственного рта приподнялись в легкой интимной улыбке.
Тепло зародилось у нее где-то в области сердца и распространилось по всей груди, подобно солнечным лучам, руки и ноги охватила слабость. Наклонившись чуть заметно ближе, она наблюдала, как в глубине его янтарных глаз появляется выражение, которое она уже научилась узнавать и, несмотря на людей вокруг, знала, что не отвергла бы его поцелуй. Но, будучи настоящим джентльменом, он довольствовался всего лишь легким пожатием ее руки.
Вскоре после этого Уайверн извинился и ушел, сославшись на дела. А они с Итаном не спеша направились через двор.
— Если ты еще не слишком устала, — заметил он, — мы можем заехать к каретнику и выбрать для тебя коляску.
Она прищурилась, наслаждаясь их давней игрой вокруг предстоящей покупки.
— Да, в самом деле. Давай поедем и выберем мне фаэтон.
— Хорошо. А потом ты меня прокатишь.
— Но ведь экипаж не будет готов так быстро.
— Я говорил о скачке иного рода.
Ее глаза расширились.
— Итан!
Он от души расхохотался:
— Кто-нибудь говорил тебе, Лили, что ты сокровище?
Приятное тепло вновь растеклось у нее в груди, пульс застучал подобно сотне крошечных молоточков. Внезапно у нее возникло предчувствие, переросшее в уверенность, что предстоящие дни с Итаном будут не менее восхитительными.
С озорной улыбкой на губах она позволила ему вести себя дальше.
Глава 15
Три месяца спустя Итан сидел за своим столом в Андертон-Хаусе, быстро водя поскрипывающим пером по бумаге. Закончив одно письмо, он присыпал послание песком и вручил молодому человеку, который служил у него секретарем. Расторопный и хорошо образованный помощник запечатал бумагу воском, затем подписал адрес, предоставляя Итану возможность перейти к следующему предмету деловой корреспонденции.
Стремясь поскорее справиться, Итан спешил покончить со всеми обязанностями, требуемыми от него общественным положением, чтобы вернуться к своей несравненной Лили.
