медленно выворачивалось, ноги по ковру скользили вперед в то время, как верхняя часть тела отчаянно этому сопротивлялась.
Хриплым голосом она прошептала:
— Помоги!
Не думая, Максим шагнул вперёд и схватил её за руки:
— Держись!
Однако удержать её было не просто: Елену будто тащило вперед. Куда? Кто? Он ничего не видел. Только в зеркале, огромном, во весь рост, мелькало что-то. Тёмная поверхность была туманом, под которым пробегала рябь. Сквозь неё, будто из глубокой глубины прямо на него смотрели алые глаза полные чистой злобы.
— Иди ко мне! — услышал он прямо внутри головы и не смог ничего противопоставить. Только раскинув руки попытался уцепиться за что-то, уже зная, что это бесполезно.
Звоном взорвались оконные стёкла и осколки разлетелись по комнате. Громовой голос ударил в уши. Максим не понимал ни слова, это был незнакомый язык.
— Открой сердце господу богу твоему! — Проревели рядом и кто-то крепко взял его за руки. Максима будто выдернули из липкого кошмара, он вынырнул назад, в комнату и увидел в зеркале, там, где алые глаза горели огнём, затягивая его в глубины тьмы, вспыхнуло пламя. Снова полетели осколки, теперь это разлетелось зеркало.
Кашляя, Максим выпрямился. Комната была залита светом и полна народу. Возле разбитого зеркала стоял высокий мужчина в белом, с сиреневой повязкой на груди и читал слова молитв. Основа зеркала горела, источая вонючий дым. Ещё трое ходили вокруг плеская на стены и пол, и везде воду.
Ещё один, в куртке и резиновых сапогах не смотря на летнюю жару, подошел ближе и пару мгновений рассматривал его с превосходством. Потом подал руку:
— Здорово, Андрюха! Я Мирон. А ты очень вовремя позвонил на охрану!
— Я — Максим, — только и смог выдавить Максим. — Андрея нет.
— А, ты женишок Елены Семёновны? Ладно, мы в принципе фиолетово, кто заплатит. Деньги у кого?
— У Андрея, отчима, — проговорил Максим. — Я его сейчас найду.
— Уж найди! — посоветовал Мирон. — Мы даром не работаем. А вас вытащили с того света, считай.
Максим кивнул:
— Я знаю. Сейчас я вернусь. Ждите.
Но Андрея в доме не было. Он исчез, будто провалился сквозь землю. Вместе с ним исчезла бесследно и Нуэ. Мирон, который устал ждать, спустился за Максимом в подвал, осмотрел чёрный алтарь, который уже остыл и на нём застыли потёки воска и масла.
Одобрительно кивнув, он сказал:
— Это грамотно сделано, кстати. Так где хозяин?
— Видимо убежал.
— И кто будет платить? — нахмурился Мирон.
— А много надо?
— Много. Сколько стоит жизнь, парень? Правильно — жизнь — дороже всего. Поэтому я прошу очень скромную цифру. Всего-то миллион.
— Это скромно?! — изумился Максим.
— А ты думаешь, всё это даром? Мы вообще-то рискуем жизнью. Или ты отказываешься платить?
Максим пожал плечами:
— Я не отказываюсь. Но я тут наёмный работник, как вы.
— Ага, — сказал Мирон. — Ты кто, повар? Или садовник?
— Меня наняла хозяйка для защиты от потусторонних сил. Она видела тень и это её пугало. И она наняла меня.
— Тебя-а? — Мирон приподнял брови. — А почему тебя? Как так?
— Ну, я недавно узнал, что демоны существуют. Весной. И думал, что справлюсь.
— Начинающий боец, — Мирон кивнул. — Ясно. Ладно, дружище. Пошли к хозяйке. Попросим оплатить наши услуги, да?
И подмигнул.
Максим спросил:
— Может позже? Завтра?
— Хах, ты что! — Мирон подтолкнул его к лестнице: — С ума сошел? Завтра она очнётся и скажет: «Да вы что, ничего не было. Перепила шампанского и померещилось что-то. А вы с меня денег простите, а сами мне пол дома разнесли».
— И такое бывает, знаешь ли, — добавил он. — Клиенты, они же через одного сволочи. Так что денежки нужно брать сразу. А лучше — заранее. Тут был случай экстренный, только потому мы и рискнули.
Максим добрался до дома только к пяти утра. Уже светало, пели птицы. Не чувствуя ног, он поднялся по лестнице, открыл дверь в Ромину квартиру и отпрянул: в прихожей кто-то стоял.
— О, Макс, здорово! Ты откуда?
Внимательно оглядев его с головы до ног, добавил:
— Что снова оно самое?
Максим кивнул:
— Демон…
— Ясно. Заходи. А я только прилетел. Звонил тебе весь день, а ты недоступен.
Максим сбросил обувь и сел на табуретку. Больше всего хотелось упасть на пол и закрыть глаза.
— Иди в душ. Я поставлю чайник, — сказал Рома. — Жрать хочешь? Я привёз дальневосточных деликатесов.
Максим долго стоял под горячим душем. Напряжение постепенно отпускало. Всё получилось. Девушка жива, демона изгнали. Андрей ошибся. Или обманул его, кто знает? «демоны лгут» сказал же он, сам сказал!
Натягивая шорты, он услышал короткий стук в дверь. Кто ещё в такое время? Он слышал, как Рома подошёл и что-то спросил. Ему ответили. Потом дверь открылась.
Максим вышел наружу.
В тесную прихожую вошёл Андрей, за ним Нуэ. Максим слышал, как Рома издал тихий вздох и сел на тумбочку, не сводя глаз с Нуэ. Проняло. Ясно.
— Нужно поговорить, — Андрей прошёл прямо в спальню. Нуэ шагнула следом, закрыла дверь и поставила на стол шкатулку:
— Это тебе.
— Мне ничего от вас не нужно, — сказал Максим. — Зачем вы врали?
— Врали? — певуче спросила Нуэ.
— Вы сказали, Елену не спасти.
— Её и не спасли, — сказал Андрей. — Они только отсрочили всё ненадолго. Я ведь говорил — Каджару нельзя сжечь в святом масле. Нельзя изгнать святой водой. В этом мире он только тень, истинное обличье слишком глубоко. Там, где никто не достанет.
— Но она жива, — проговорил Максим.
— Это ненадолго.
Максим сказал:
— Значит нужно быть рядом с ней каждый день! И сжигать его снова и снова.
— Не его. Его образ.
Андрей опустил голову:
— Мне жаль, но это не поможет больше одного раза. Он будет готов и найдёт обходной путь. Лена обречена. Мне очень
