чего хочет от жизни.
– А ты? Знаешь, чего хочешь от жизни ты? Кроме того, что постоянно куда-то бежать? Даже от меня…
Подруга приподнимает голову, и наши взгляды встречаются. Ее глаза суетливо бегают по моему лицу.
– Просто дай парню шанс, – тихо говорю я. – Не отталкивай его. Я не говорю тебе съезжаться с ним, заводить детей. Я не предлагаю тебе даже в него влюбляться.
– А что, если… – Она испуганно смотрит на меня.
Улыбка против воли расползается по моему лицу.
– О, перестань. – Клэр отстраняется и толкает меня кулаком в плечо.
– Так он… Ты в него влюблена?
– Я отказываюсь отвечать на этот вопрос без моего адвоката. – Подруга снова тянется к коктейлю, пока я смеюсь.
– Не убегай от жизни. Она у тебя одна. Сложно ли доверять? Определенно. Сложно ли строить отношения? Черт побери, да. Но вдруг тебе понравятся эти сложности.
– Я никуда не бегу, – цокает она.
– Клэр, – усмехаюсь я. – У меня рентгеновское зрение. Я сквозь шорты могу определить, загорелая задница у парня или нет.
– Что?! – прыскает со смеху Клэр, и я присоединяюсь к ней и начинаю хохотать.
Она тянется ко мне и кладет голову на мое плечо.
– Я подумаю, ладно? – тихо произносит Клэр. – И, кстати, на самом деле я злюсь, ведь ты обломала лучший секс в моей жизни.
– Лучший? – ахаю я.
– Не понимаю, о чем ты. – Клэр подрывается на ноги и убегает с террасы, пока я с широченной улыбкой допиваю ее Пина Коладу.
В пять часов все начинают разъезжаться. Джону нужно на дежурство, Зандерсу заправить баллоны, а Максу – в бар. На прощание Макс целует меня дольше положенного, страстно и с таким напором, что я плавлюсь как моцарелла в сырном супе.
– Хэй, Макс, ты же знаешь, что тема нашей вечеринки «H2O»? – спрашивает Клэр, заставляя нас отстраниться друг от друга.
– Знаю, – сдержанно кивает Макс.
– Это значит, что мы будем делать всякое-разное, связанное с водой. Ты не против? – поигрывает бровями Мэди.
– Мэди, я полностью доверяю Эми, – улыбается Макс и поворачивается ко мне. – Но им не доверяю. – Выражение его лица вызывает у меня смешок.
– И правильно, ведь мы пойдем на шоу пожарных в Брисбоне, – подмигивает ему Клэр.
– Стриптиз-шоу, – тут же громко шепчет Мэди.
– И будем трогать стриптизеров руками, – поигрывая бровями, произносит Клэр.
– Хорошего вам вечера, – пожимает плечами Макс.
– И все? – ахает Натали. – Никакой сцены ревности?
Я смеюсь, и Макс вместе со мной.
– Зачем мне ревновать к тому, что Эми кого-то будет трогать руками, если я, в отличие от этих ваших пожарных, могу трогать ее в ответ? И не только руками, – спокойно произносит Макс, вгоняя меня в краску.
– Макс… – Я прячу лицо у него на груди.
– Что? – усмехается Макс и тихо шепчет: – Я мог бы поехать с вами и заставить тебя кончить на моих пальцах на глазах у этих самых пожарных, чтобы обозначить, что ты моя, но я не буду этого делать, ведь доверяю тебе.
– Ты не помогаешь. – Я становлюсь багровой.
– Хорошо вам повеселиться, – сексуально улыбается Макс напоследок и целует меня в губы.
А едва он выходит за дверь, девчонки тут же начинают визжать, предвкушая лучший уик-энд.
Глава 25
Макс
Два дня спустя я забираю Эми с причала посреди ночи. Расспрашивать ее о том, как все прошло в Брисбоне, бесполезно, ведь она пьяна. Всю дорогу она признается мне в любви, пока не засыпает, а я продолжаю ехать до дома с широченной улыбкой.
Паркуюсь недалеко от ее бунгало, чтобы не привлекать внимания Арчи к машине, и, переложив ее с переднего сиденья в постель, ложусь с ней рядом. Уснуть получается не сразу. Кручу в голове то, что произойдет с нами через три дня, и внутри растекается неприятный привкус желчи.
Арчи был прав с самого начала: вне зависимости от итогов тендера Эми возненавидит меня. И это чувство вины сжирает меня изнутри.
Я засыпаю только на рассвете. С кучей мыслей в голове.
А когда открываю глаза утром, не вижу рядом с собой Эми.
Если я не ошибаюсь – а я точно не ошибаюсь, – сегодня у нее выходной. Поэтому я хмурюсь, пытаясь понять, почему она не в постели.
Поднимаюсь с кровати и выхожу из спальни. Вижу Эммелин на кухне и удовлетворенно выдыхаю. Ей так идет моя футболка, скрывающая ее идеальную задницу без белья. Замечаю это, когда Эми приподнимается и ткань на ней задирается, обнажая ягодицы. Мой член тут же рвется поприветствовать ее, но я по-прежнему не двигаюсь, наблюдая за своей девушкой.
На ней наушники, и она крутит бедрами под музыку, которую мне не слышно. Подставив ко рту лопатку, словно микрофон, Эми запрокидывает голову и широко открывает рот, словно поет. Я издаю смешок, наблюдая за тем, какая она милая. Во время танца она размахивает руками и задевает сковороду, которая тут же летит на пол.
– Черт, – ругается она и собирает что-то с пола, а затем укладывает обратно на сковороду.
– Что ты делаешь? – усмехаюсь я, обнимая ее сзади.
Она подпрыгивает от страха и бьет меня лопаткой по лицу, задев подбородок.
– О господи! – кричит Эммелин, бросая лопатку на столешницу и попутно снимая наушники. – Ты в порядке? – В ее голосе слышится ужас.
– Да, – смеюсь, поглаживая линию челюсти. – Что ты делаешь?
– Я… готовлю тебе завтрак.
– Готовишь завтрак? – Я вскидываю брови, даже забывая о том, что у меня немного саднит подбородок. Заглядываю в сковороду и вижу горелые кружочки. – Это…
– …блинчики. – Она прикусывает губу и прикрывает веки со стоном. – Я безнадежна.
Протягиваю руки к ней и за талию двигаю к себе.
– Ты действительно хотела приготовить мне завтрак?
– Да, – выдыхает Эми, обнимая меня за шею.
– Хотела меня убить? Что я сделал, признавайся? – смеюсь я.
– Не смешно, – хнычет она. – Ты ведь наверняка расстроился из-за того, что мы неделю толком не виделись, и… Я хотела сделать что-то приятное для тебя. В следующий раз просто разбужу тебя минетом. – Эми мотает головой в стороны, вызывая у меня смех.
– Я люблю тебя. – Целую ее в лоб и прикрываю веки, наслаждаясь счастьем.
– Я хотела накормить тебя горелыми блинчиками, а ты признаешься мне в любви? Что с тобой не так, Макс?
Коротко смеюсь.
– Пойдем в постель? Я позавтракаю иначе.
Эми утыкается лицом мне в грудь, пока ее тело трясется от беззвучного смеха. Я поднимаю ее на руки и несу в кровать, чтобы получить свой идеальный завтрак. Если вы не знали, что
