предела локомотивом, который стрелой несётся по рельсам задуманного сквозь дневной свет. Только вперёд!
— Дервин, верни меня обратно! — снова возмущённо попросила Лира, при этом не делая никаких попыток вырваться из его объятий.
Это почему-то оказалось особенно приятно. Он молча расставил ноги пошире, без какого-либо сопротивления усадил её перед собой, а затем положил на штурвал маленькие ладошки и накрыл своими руками.
— Лиора, я прошу прощения за свою выходку, но возвращать тебя в часть не буду. Мы летим в Ретер, где я попрошу маму снять с тебя проклятие. Однако пожениться нам в любом случае придётся, Лира. Ты — нобларина, а я — ноблард, и я тебя похитил. Это пятно на репутации, которое можно смыть только браком, ты сама прекрасно понимаешь.
Она напряжённо замерла в его руках, а потом развернулась и попыталась поймать взгляд. Так как он уже набрал достаточную высоту и лёг на правильный курс, то оторвался от созерцания пустого неба и посмотрел на неё.
Время потекло ручейком расплавленного металла, неохотно застывая между ними.
— Ты шутишь? — сдавленно спросила Лира.
— Нет. Брак впоследствии можно будет аннулировать, если ты этого захочешь. Думаю, твой брат будет на этом настаивать. Даю слово, что не притронусь к тебе и не помешаю этому. Всё, чего я хочу — снять с тебя проклятие.
— А ты уверен, что для этого нужно жениться? — голос Лиоры звучал отчаянно. — Нельзя, чтобы твоя мама сняла проклятие с меня?
— Нет. Насколько я понимаю — нельзя, — коротко ответил Дервин и заверил её: — Не переживай, у меня всё под контролем.
Он вспомнил, что захватил для Лиры пуховый плед, дотянулся до него рукой и завернул в пушистые полы свою похищенную невесту, а потом чуть не расхохотался. Варварство какое! Кто мог подумать, что он опустится до чего-то, столь неподобающего аристократу?
Лира сидела перед ним сначала напряжённо, а потом начала постепенно расслабляться, словно отогреваясь в его руках.
— И долго нам лететь? — наконец спросила она уже спокойным тоном.
— Я думаю, что к вечеру будем. Ветер встречный, получится чуть дольше, чем я рассчитывал. Ты голодна?
От близости и запаха его необыкновенной пленницы немного кружилась голова. Он мог бы наклониться и поцеловать или хотя бы потереться лицом о её щёку, но запретил себе даже думать о подобных вольностях. Он и так подорвал оказанное ему доверие, запятнал репутацию Лиоры и действовал против её воли. И всё это после того, как она спасла ему жизнь. Нужно быть совершенно конченым подлецом, чтобы воспользоваться уязвимостью девушки в такой момент.
— Если тебе неудобно — можешь пересесть, — выдавил он. — Больше болтать не должно. На сиденьях в салоне есть ремни.
— Я… потом пересяду… — растерянно ответила Лиора, разглядывая простирающиеся перед ними заснеженные леса. — А где Разлом?
— Он остался у нас за спиной. Мы летим на восток, поэтому Солар и светит в лицо. Но терпеть осталось недолго: через полтора-два часа он пересечёт зенит и начнёт клониться к западу. А мы летим на северо-восток.
— Ты уже летал в Ретер?
— Да, несколько раз, только на маголёте отца.
Лиора на мгновение замолчала, а потом завозилась, принялась с интересом разглядывать приборы и спрашивать, за что они отвечают.
Дервин с облегчением выдохнул и охотно рассказывал всё, что знал. Это позволяло избежать невероятно долгих и неловких пауз, во время которых он не мог перестать думать о том, что самая красивая девушка на свете вот так легко позволяет ему себя обнимать, а до её губ можно дотянуться простым движением.
Отчего-то казалось, что на поцелуй Лира ответит. Ответит хотя бы из банального любопытства.
И от этой мысли сдерживаться становилось невыносимо сложно.
Но Дервин держался изо всех сил.
Полёт выдался на удивление мягким и приятным. Или так казалось из-за близости Лиоры? Её тонкий, ни на что не похожий аромат окутал кабину и наконец заглушил остальные запахи — одеколон Кеммера, цветочную туалетную воду Адели и горковатый дух машинного масла.
Дервин хотел продлить полёт, и встречный ветер, таранящий стекло кабины, то ли исполнял его желание, то ли пытался остановить маголёт.
Однако момент выбран идеальный: мама будет находиться в резиденции Местров, ведь на королевскую свадьбу её не пригласили. Императрица прилетала в Ретер лично, чтобы объясниться с подругой. Кайра была почётной гостьей принцессы на предстоящей этой ночью свадьбе, да и Десар — один из лучших друзей жениха. Зная взрывной характер Кайры Боллар и нрав Моэры Местр, никто не рискнул бы пригласить их обеих на одно и то же мероприятие, следовательно, матери пришлось пропустить и семейный съезд Блайнеров, и главное событие года — бракосочетание принцессы с нортом. Настроение у неё наверняка будет так себе, зато можно гарантировать, что в эту полнолунную неделю она предпочтёт затворничать дома. Возможно, даже получится наконец втолковать ей, что вражда Болларов и Блайнеров зашла слишком далеко и мешает ей самой.
Лиора положила голову Дервину на грудь и дремала, отчего он наполнялся непередаваемо сладким волнением. Она могла уйти и поспать на сиденьях в салоне, где было бы гораздо удобнее, однако выбрала быть рядом. Значит, хотела разделить это время с ним так же, как он хотел разделить его с ней. Весь полёт, все шесть часов без перерыва, Дервин чувствовал себя отчаянно, незаслуженно счастливым и плавился от взаимности, как свинец плавится в чугунке, поставленном на костёр.
Он хоть и запрещал себе распускать руки, но все равно обнимал стройный стан, иной раз касался подбородком пушистых светлых волос и иногда ловил взгляд Лириных глаз, в ночи казавшихся серыми, а на свету отливающим насыщенным цветом синей стали.
На подлёте к Ретеру он сориентировался по знакомому рисунку побережья и зашёл на посадку над широкой парковой аллеей, ведущей к фамильной резиденции Местров.
Территорию поместья лишь недавно начали использовать для посадки лёгких бипланов, а дед до сих пор бесился и пытался это запрещать, однако отец умел стоять на своём, поэтому в дальнем конце парка притаился самый невероятный ангар из всех, что довелось видеть Дервину — замаскированный под павильон и покрытый затейливой каменной вязью.
Лиора задремала так крепко, что во время гашения двигателя и посадки лишь поморщилась, а затем обвила локоть Дервина рукой и уютно засопела. Он боялся двигаться, оглушённый тишиной выключенного двигателя и открытостью своей драгоценной пленницы. Несколько мгновений сидел, держа её в руках, потом невесомо поцеловал волосы
