подходило.
— Бесплодная, говоришь? — Недовольные выражение странных глаз жрицы немного смягчился. — Откуда ты это знаешь? Ты ведь только недавно связалась со своим воином? Возможно, еще несколько месяцев попыток…
— Это не поможет, — ответила Софи. — После того, как моя кузина, Лорен, забеременела, я попросила Сильвана провести несколько тестов. Я… мои яйцеклетки на самом деле отвергают его семя. Они отталкивают его по какой-то причине — какой-то синдром. И хотя Сильван работает в лаборатории день и ночь, не может найти способ решить эту проблему, — она закрыла лицо руками и зарыдала. — Я так хочу ребенка. Маленького мальчика, которого смогу любить, заботиться о нем и растить.
— Понимаю, — кивнула жрица. — А что Сильван думает по этому поводу?
Софи беспомощно пожала плечами.
— Он говорит, что будет любить меня, несмотря ни на что. Но знаю, что он хочет иметь собственного сына так же сильно, как и я. Он так много грустит с тех пор, как мы узнали. Как будто… как будто он горюет о сыне, которого у него никогда не будет. Сыне, которого у нас никогда не будет.
София снова разрыдалась, весь стресс, боль и беспокойство последних дней навалились на нее. Сильван считал, что их проблема может быть связана с редким заболеванием, которое иногда встречалось в родословных Киндредов и становилось активным при совпадении нескольких факторов. Когда мужчина с таким заболеванием вступал в контакт с женщиной, которая активировала это расстройство; гены, которые позволяли ему взаимодействовать с другими видами, каким-то образом переворачивались, заставляя их делать прямо противоположное и отвергать пару с чужой женщиной.
«В данном случае это я, — с досадой подумала она. — Это я его спровоцировала, это я виновата в том, что у нас не может быть ребенка!»
— Если вы позволите, я должна положить руки на вашу голову и попытаться разобраться в этом деле, — сказала жрица.
Хотя ощущение прохладных пальцев, копающихся в ее мыслях, входило в список десяти самых ненавистных вещей Софии, она покорно кивнула.
— Да, конечно.
— Очень хорошо.
Две сильные руки опустились на ее волосы, София затаила дыхание и закрыла глаза, ожидая почувствовать странное покалывание от вторжения разума в ее собственный. Но почему-то этого не произошло.
Она снова открыла глаза и осмелилась посмотреть вверх. Жрица, руки которой по-прежнему были зарыты в волосах Софии, смотрела на искусственное зеленое солнце, висевшее над священной рощей, и что-то напевала себе под нос.
Наконец, спустя, как показалось, очень долгое время, жрица убрала руки с головы Софии и посмотрела на нее сверху вниз.
— Встань, дочь другой звезды. Я уверена, что у меня есть ответ на твой вопрос.
— Правда? — София посмотрела на нее с надеждой. — О, спасибо! Спасибо!
— Молчать! — Голос жрицы трещал, как хлыст. — Тебе может не понравиться то, что ты услышишь.
— Я… я не могу? — Софи запнулась. — О, пожалуйста…
— Богиня поведала мне, что твое чрево было закрыто не просто так.
— Что? — с сомнением произнесла София. — Я хочу сказать, что это вообще значит? По какой причине?
— Чтобы доказать, что тот, кто был потерян, вернулся.
— Но кто? Кто был потерян и когда он вернется? — Софи хотелось бы, чтобы жрицы Киндред не всегда говорили загадками, но, похоже, ничего не оставалось делать, как попытаться ее понять.
— Тот, кто пришел из тумана времени, чтобы захватить Пустой Трон, — голос жрицы приобрел пустоту и звонкость, и когда Софи взглянула на нее, увидела, что странные зеленые глаза женщины закатились. Это немного напомнило ей происходящее с Надией, когда она видела ал'лей, или сны наяву.
— Ты в порядке? — прошептала она, делая шаг назад. — Хочешь, я вызову тебе врача?
— Молчи, — шипел голос у нее над ухом, и София повернулась, чтобы увидеть другую жрицу, стоящую босиком на священной траве рядом с ней. Эта была моложе — только радужка ее глаз зеленая, а не белая, — но она выглядела не менее грозной, чем старшая. — У верховной жрицы видение, — сказала она Софи, взяв ее руку в крепкую, щемящую хватку. — Пожалуйста, молчи и дай ей продолжить.
— Мне жаль, — прошептала Софи. — Я не хотела…
— Ты должна отправиться к нему, — произнесла первая жрица. — Иди и встань перед Пустым Троном, который больше не будет пустым. Теперь он должен быть занят, как предписано Богиней. — Ее глаза закатились еще выше, а из уголка тонкогубого рта потекла узкая струйка слюны. — Они идут… Чернота, пожирающая звезды… безымянный ужас древних времен. Что-то пробудило его, пробудило их. Они — зло, ужас… их легион. И когда они придут, все творение будет сожрано их ненасытным голодом. Чернота… она приходит… аххх!
Внезапно жрица упала на землю и начала биться в конвульсиях. С криком София стряхнула с себя младшую жрицу и подбежала к ней.
— Позовите кого-нибудь на помощь, — кричала она. — Кто-нибудь, помогите мне — позвоните в медпункт!
Но прежде чем она произнесла последнее слово, припадок, или видение, или что бы это ни было, полностью прекратился, и жрица осталась неподвижной, ее длинные зеленые волосы рассыпались по траве вокруг нее.
— Жрица? — София с тревогой посмотрела на нее, но невидящие глаза снова уставились в ее. — Ваше Святейшество? — сказала она. Робко София коснулась руки женщины, затем ее щеки. — О, ее кожа такая холодная.
— Это потому что она мертва, — голос младшей жрицы звучал ровно и спокойно, но горе в ее глазах было ужасным. — Мертва! — воскликнула она, поднимаясь, чтобы прокричать эту новость на всю священную рощу. — Верховная жрица мертва!
* * * * *
— А теперь расскажи мне еще раз, что случилось? — Сильван прижал ее дрожащее тело к своей груди и попытался говорить успокаивающе.
— Я… я у-у-убила верховную жрицу, — София плакала так сильно, что Сильван едва мог ее понять. Он крепко прижал к себе любимую, чувствуя свою беспомощность в борьбе с ее горем и ужасом. Он мог лишь гладить ее по спине и пытаться успокоить, пока она рыдала.
Наконец, казалось, что слезы закончились, и Сильван смог вытянуть из нее всю историю. Дрожащим голосом София призналась в содеянном и рассказала ему, что именно произошло.
— Значит, у нее было видение, и она упала замертво? — задумчиво произнес он. — Это не похоже на то, на что ты могла повлиять, Талана.
— Это была моя вина, — настаивала София. — Если бы я не пришла к ней с просьбой о помощи, у нее никогда бы не было видения, которое убило ее. Это сделала я, Сильван — я.
Он покачал головой.
— Нет, не ты. Мне кажется, что видение, которое у нее случилось, очень серьёзное. Было ли это причиной перегрузки
