вой сирен. Янь Се обернулся и встретился взглядом с побледневшим Цзян Тином. Тот выглядел не менее потрясённым.
– Пакет, – прохрипел капитан, – дай мне его.
Словно вспышка молнии озарила тёмное небо. Янь Се опомнился, вытащил из-под повреждённого переднего пассажирского кресла пакет и не глядя сунул его Цзян Тину.
– Беги!
– А ты…
– Беги, я сказал! Живо! – Он решительно оттолкнул капитана и негромко добавил: – Никто не должен знать, что ты был на месте аварии. Забирай улику и уходи!
Глава 28
Отделение интенсивной терапии.
Больничная каталка с грохотом скрылась за стеклянными дверями, и над входом загорелась красная лампочка. Вдалеке по коридору сновали люди. Янь Се, тяжело дыша, сполз по стене и осел на холодный кафель.
Авария, кровь, пакет с уликой, приближающийся вой сирен… Все звуки слились в единый гул, над головой словно раскинулась гигантская сеть, а под ногами разверзлась пучина страха, из глубин которой зловеще сверкали глаза демона.
Кто подрезал тормоза в машине Фан Чжэнхуна? Что именно лежало в пакете для вещдоков?
Послышались торопливые шаги, несколько мужчин в кожаных туфлях стремительно пронеслись по коридору, приковывая к себе взгляды окружающих, но Янь Се будто ничего не замечал. Он поднял голову, только когда шаги остановились перед ним, и увидел полицейских в форме. Его коллеги выглядели настороженно, словно готовились к схватке.
– Прошу прощения, заместитель Янь, – заговорил главный из них, показывая служебное удостоверение. – Но вы знаете порядок. Пройдёмте с нами.
Полицейские явно боялись, что Янь Се окажет сопротивление. Один из них держал ладонь на наручниках, пристёгнутых к поясу. Они опасались напрасно: майор взглянул на взволнованные лица коллег, с улыбкой встал, отряхнулся и сказал:
– Идёмте.
Муниципальное управление.
Комната для допросов казалась непривычно тёмной. Сквозь решётку на окне пробивались редкие лучи солнца, в полосках света плясали пылинки. Железный стол, стулья и настольная лампа отбрасывали длинные искажённые тени. На стене висела белая доска с крупной выцветшей надписью: «Чистосердечное признание смягчает наказание».
Снаружи донёсся слабый шум голосов:
– Что случилось с нашим Янь-гэ? Можно хотя бы принести ему стакан горячей воды?..
– Извините, у нас правила. Входить никому нельзя.
– В чём дело? Это наверняка какая-то ошибка! Эй вы…
Лязгнул замок, грохот железных дверей прокатился по коридору и достиг самой дальней комнаты для допросов. Янь Се сидел за столом с идеально ровной спиной. Тусклый свет подчёркивал резкие линии его скул и прямой нос.
Некоторое время спустя в коридоре послышались приближающиеся шаги. Охранник открыл дверь, и на пороге появилась тучная фигура. Янь Се повернул голову и встретился взглядом с начальником Люем.
– Да, знаю. Можете идти, – распорядился тот.
Дверь захлопнулась. Глава управления с любимой чайной кружкой в руке сел напротив Янь Се, поднял тяжёлые морщинистые веки и сразу сообщил:
– В машине лао Фана повреждены системы ускорения и торможения. Сейчас он находится в реанимации с черепномозговой травмой.
Повисло долгое молчание. Ледяной воздух сгустился и накрыл собеседников тесным куполом.
– В конце августа, в день твоего рождения, ты связался с дорожной полицией и попросил перехватить автомобиль, следовавший за тобой по проспекту Гунжэнь. Речь о серебристой «элантре», точь-в-точь такой же, как та, на которой лао Фан сегодня попал в аварию. В ходе проверки выяснилось, что номерной знак от другой машины – машины информатора, которая уже использовалась ранее в одной из операций отдела по борьбе с наркотиками. – Начальник Люй сделал короткую паузу. – Иными словами, ты знал, что Фан Чжэнхун следил за тобой.
– Знал, – спокойно ответил Янь Се.
– Сегодня утром в гостинице «Приют странника» в уезде Гаожун под Гунчжоу одна из горничных столкнулась в коридоре с Фан Чжэнхуном. По её словам, ты стоял в дверях номера, а лао Фан в ярости кричал: «У меня есть алиби на ту ночь, когда убили стрелка. Так и знай, Янь, я никогда не желал тебе смерти! Жди моего звонка!» Это правда?
– Да.
За стеклом в примыкающем кабинете заместители начальника, руководители отделов и следователи переглянулись. В глазах каждого читались тревога и непонимание.
– То есть ты был последним, не считая членов семьи, кто контактировал с Фан Чжэнхуном за несколько часов до аварии, и у вас произошёл конфликт?
В комнате для допросов повисла тишина.
Начальник Люй пошёл другим путём:
– Ты можешь объяснить, как оказался в уезде Гаожун? С кем и для чего ты туда поехал? Что стало причиной вашей с Фан Чжэнхуном ссоры?
Янь Се молчал.
Упрямый отказ от дачи показаний больше всего досаждал следователям и в то же время считался одним из главных признаков виновности подозреваемого. Иными словами, с каждой минутой майор закапывал себя всё сильнее.
– Янь Се, – вновь заговорил начальник Люй, пристально глядя ему в глаза. – Ты давно служишь в полиции и прекрасно знаешь, что приговор могут вынести и без признания. Молчанием ты только себе навредишь. Ты это понимаешь?
– Понимаю.
– Понимаешь, – отчётливо повторил начальник Люй. – Тогда хотя бы объясни, что ты делал возле дома Фан Чжэнхуна, когда случилась авария?
Вопрос был простой и понятный, но Янь Се и на него не ответил. Пока его тело находилось за столом в комнате для допросов, душа безразлично взирала на всех с высоты.
В соседней комнате замначальника Вэй почти уткнулся лбом в стекло. Мышцы его лица напряглись, ладони в карманах сжались в кулаки.
– Нет, – вдруг выпалил Янь Се. Каждое слово, слетавшее с его тонких губ, погружало сердца коллег всё глубже в бездну: – Этого я объяснить не могу.
Наблюдающие за допросом скривились, Вэй Яо пошатнулся.
Начальник Люй с громким стуком опустил чайную кружку на стол, откинулся на спинку стула и вздохнул:
– Раз ты прекрасно осознаёшь все последствия сокрытия информации, но продолжаешь упираться, мне нечего тебе сказать. – Он кивнул. – Ладно, хорошо… Янь Се, я задам тебе последний вопрос. Если ты и его оставишь без ответа, я уже точно ничем не смогу тебе помочь. Ты был последним, кто подходил к машине Фан Чжэнхуна до того, как он сел за руль?
Нет.
Подсвеченный со спины слабыми лучами солнца, Янь Се напоминал каменное изваяние. В его сознании вспыхнуло имя – Цзян Тин. Он закрыл глаза и глухо произнёс:
– Да.
Начальник Люй резко встал из-за стола и направился к выходу.
– Постойте.
Все с замиранием сердца устремили взгляды на майора. Замначальника Вэй, собиравшийся выйти навстречу главе управления,
