богатых родителей, но ума и проницательности ему было не занимать. Он ни за что не стал бы дарить настойку сомнительного качества человеку, с которым регулярно скандалил на работе.
– Тогда кто послал бутылку? – спросил Цзян Тин.
Янь Се прошёлся туда-сюда по комнате, затем резко остановился, достал телефон и набрал номер:
– Алло, Ма Сян?
– О-о, Янь-гэ, дорогой! Сто лет тебя не слышал! Мы всем отделом ужасно по тебе соскучились. Когда у консультанта Лу медосмотр? Я готов сопровождать его в любое время, только свистни…
Майор перебил его:
– Прошлым летом, когда Фан Чжэнхун получил ранение, начальник Люй велел нам отправить ему небольшой презент в знак поддержки. Кто покупал подарок?
Вопрос явно застал Ма Сяна врасплох:
– А?
– Кто покупал подарок?
– Т-ты поручил это мне. Я был занят, поэтому просто купил по две упаковки успокоительных и каких-то препаратов, которые рекомендуют при климаксе…
У Ян Мэй и Цзян Тина дёрнулись уголки губ, щёки Фан Чжэнхуна вспыхнули от злости.
Ма Сян всегда тщательно записывал, какие задачи выполнил за день и сколько часов отработал сверхурочно, а раз он не уточнил, чем был занят, значит, играл в игрушки по служебному вайфаю.
Янь Се помассировал точку между бровями.
– Это ты отправил Фан Чжэнхуну самопальную настойку?
– Что? Нет! Какая настойка? Их же нельзя пить всем подряд! Я что, совсем дурак? – обиженно возмутился Ма Сян.
Майор перевёл взгляд на Фан Чжэнхуна, который изменился в лице. Цзян Тин, скрестив руки на груди, кивком указал на телефон.
– Спроси у Ма Сяна, кто занимался отправкой подарков?
– Ой, это что, консультант Лу? – оживился тот. – Консультант Лу, здравствуйте! Мы вас постоянно вспоминаем! Янь-гэ хорошо себя ведёт? Не сваливает на вас домашние дела? Если нужна помощь, вы скажите…
– Тебе задали вопрос! – рявкнул Янь Се.
– Ах да. Я оформил заказ онлайн с доставкой в управление и передал в административный отдел. Всей остальной чепухой вроде подписания открыток с пожеланиями занимались их ассистенты. Думаю, они собрали подарки со всех отделов и скопом отправили Фан Чжэнхуну. – Ма Сян вдруг насторожился: – Что-то случилось, Янь-гэ? С чего ты вдруг вспомнил? Этот мухомор опять чем-то недоволен?
Никто не решился взглянуть на Фан Чжэнхуна. Янь Се слабым голосом отчитал подчинённого:
– Как не стыдно! Следи за языком. Никакого уважения к старшим!.. Узнай у ребят из административного отдела, кто доставлял подарки Фан Чжэнхуну. Если не вспомнят, проверь записи с камер возле дома начальника Фана. Займись сейчас же, это очень важно. Всё, пока.
Ма Сян хотел что-то сказать, но Янь Се поспешно отключился. В комнате воцарилась неловкая тишина. Несколько секунд спустя «мухомор» холодно произнёс:
– Сразу видно: какой пастух, такое и стадо. Отличная работа!
Янь Се понимал, что упрёк справедливый. Он отшутился, списав всё на молодость и невежество Ма Сяна, и пообещал поработать над его воспитанием. Цзян Тин сменил неприятную тему и вернулся к главному:
– Получается, когда вы увидели, как Цинь Чуань собирается выпить настойку, то решили, что Янь Се пытается провернуть старый трюк?
Фан Чжэнхун посмотрел на майора, закатил глаза и, повернувшись к Цзян Тину, покачал головой.
– Нет, я же не дурак. Как бы я ни был зол, я прекрасно понимал, что Янь Се не посмеет убить сотрудника управления в офисе средь бела дня. Но на всякий случай… После той истории у меня появился пунктик: я не беру еду и напитки из чужих рук и не принимаю никаких лекарственных настоек.
Цзян Тин провёл пальцами по шее сверху вниз и спросил:
– Кто-то из управления знает об этом вашем правиле?
– Только начальник Люй. Я рассказал ему несколько месяцев назад, когда вышел на работу. Он спросил, почему я не ем в столовой.
Снова повисла тишина. Все присутствующие выглядели озадаченными. Янь Се вдруг посетила неожиданная догадка. Он резко перевёл взгляд на Цзян Тина, тот кивнул и задал последний, ключевой вопрос:
– А что насчёт вашего заместителя Цинь Чуаня?
Фан Чжэнхун резко изменился в лице и вскочил с кровати.
– Цинь Чуань? Нет, невозможно. Он не может быть причастен!
– Это всего лишь предположение, – успокоил его Цзян Тин. – У нас нет ни записей с камер видеонаблюдения, ни свидетелей, ни вещественных доказательств. Всё, что нам остаётся, – поставить себя на место преступника и попытаться понять ход его мыслей. Цинь Чуань отлично ладит с сотрудниками отдела уголовного розыска и может свободно ходить по кабинетам. У него было достаточно времени и возможностей, чтобы всё подстроить…
– Но если бы не я, Цинь Чуань сам бы выпил отравленную настойку! – возразил Фан Чжэнхун. – И не пару капель для вида – в чашке была смертельная доза!
Это действительно противоречило здравому смыслу. Отравитель не стал бы так рисковать, только чтобы отвести от себя подозрения.
Ци Сыхао был следователем по уголовным делам, пусть и весьма посредственным. Он тоже решил выдвинуть свою версию. Он внимательно выслушал коллег и нерешительно поднял руку.
– Э-эм… Цинь Чуань мог не знать, что Фан Чжэнхун так осторожен, и предложить ему выпить вместе…
– Нет, это притянуто за уши, – возразил Янь Се. – Глупо играть в игры со смертью, когда вокруг столько неопределённостей.
Ци Сыхао смутился:
– Я просто подумал, что Цинь Чуань как заместитель начальника отдела больше всех выиграл бы от отравления Фан Чжэнхуна. К тому же он самый подозрительный…
– Не факт. Когда заместитель временно исполняет обязанности начальника, его полномочия сильно ограничены. Мне, например, приходится постоянно отчитываться перед Вэй Яо. Если Фан Чжэнхуна нет на месте, ключевые решения касательно отдела по борьбе с наркотиками будет принимать начальник Люй… Начальник Люй. – Он осёкся и посмотрел на Цзян Тина. Оба скривились.
Кому Юэ Гуанпин плакался в трубку посреди ночи? Кто нагрянул к нему в гости и убил его? Если предположить, что начальник Люй был в курсе судьбы Цзян Тина, почему он до сих пор не выдал его? Из-за профессиональной совести или по указке Короля пик?
За окном ярко светило солнце, но сердца полицейских в комнате сковывал колючий холод.
– Этого не может быть. Как?.. – пробормотал Фан Чжэнхун, схватившись за голову. Подозрения сводили его с ума. – Получается, меня отравил не Янь Се, а… а…
В другой обстановке майор наверняка закатил бы глаза и отпустил пару колкостей, но сейчас ему было не до шуток.
– Нет, я должен вернуться и ещё раз всё
