закрыла рот рукой, потому что хотела закричать. Меня переполняли эмоции. Никто и никогда не делал ничего подобного для меня! Сколько сил и средств вложено во все эти жесты…
— Я люблю тебя, Наташа, — услышала шёпот у своего уха.
Я прикрыла глаза. Я стою на краю пропасти, в прямом и переносном смысле. Я очень боюсь высоты, но впервые мне не страшно. Потому что сейчас я точно знаю, что Давид меня поймёт.
Я открыла глаза, посмотрела на мужчину своей жизни и поцеловала его.
— Ты попал, Берестов, теперь я тебя никуда не отпущу. И теперь между нами будет много лично!
— Я никуда не собираюсь, Юницкая. А ещё будет много секса.
Эпилог
Год спустя
— Расслабься, — сказала я.
— Не могу, — страдальчески произнёс Давид.
— Просто дыши носом, и будет норм. Первый раз всегда так, потом привыкнешь.
— Я не хочу привыкать! Это первый и последний раз ты меня на это уговорила.
— Ну, Дави-и-ид, ну пожалуйста, ради меня, — простонала я.
— О чём шепчетесь? — спросила Алла, выходя из своей комнаты.
Мы сделали вид, что просто мимо проходили, а не подслушивали, что там творится за закрытыми дверями её комнаты.
— О том, в каком твой папа восторге, что ты идёшь на танцы с кавалером.
— А, ну да, по его лицу это видно, — хмыкнула Алла.
— Ты такая красивая, — прошептала я и шмыгнула носом.
Девочка надела светло-зелёное платье, босоножки на платформе, уложила волосы и сделала легкий макияж.
— Спасибо, — просияла она.
Я пихнула Давида локтем под ребра.
— Платье не слишком открытое? — проворчал он. — Вдруг замерзнешь.
— Я иду на танцы, пап, я буду танцевать и согреюсь, — закатил ребёнок глаза.
Клянусь, я увидела, как у Берестова дёрнулся глаз.
— А я прослежу, чтобы твой отец не шпионил за тобой из ближайших кустов, — пообещала я.
— Родители Бориса уже подъехали, — с широкой улыбкой сказала Алла.
— Я сам хотел тебя отвезти и забрать, — словно обиженный ребёнок сказал Давид.
— Пап, мы это уже обсуждали. Нас отвезут родители Бори, а ты отвезёшь обратно.
— Может, всё-таки дома останешься? Посмотрим фильм, закажем еды…
— Папа!
— Давид! — крикнули в один голос.
— Я должен был попробовать.
В дверь позвонили, Берестов напрягся.
Алла повернулась ко мне и всплеснула руками.
— Ты должна ему сказать, Наташа! Иначе кто-то из нас сойдёт с ума! — с этими словами девочка открыла дверь и захлопнула перед нашими носами.
Давид несколько секунд постоял, а потом пошёл выглядывать Аллку с балкона.
— Ты только посмотри на этого щегла малолетнего! Нацепил джинсы и даже рубашку не заправил. Что ты мне сказать должна?
Я прикусила губу и пошла в спальню. Сделаю вид, что ничего не услышала. Ну, Алла, ну, коза! Придёт домой — получит. Я ей по секрету, а она растрепать решила!
Я начала перестилать кровать, чтобы хоть как-то занять руки.
— Наташ, — в комнату заглянул Давид.
Я посмотрела на него, и сердце защемило от любви к этому мужчине. Каждый день я люблю его всё больше, даже не думала, что умею ТАК любить.
За год ничего не поменялось практически… И в то же время поменялось всё. Мы всё так же работаем вместе, не афишируем наши отношения. К нам в гости часто стал захаживать тот самый Макс и постоянно вгоняет в краску Ниночку, эти двое, когда вместе, то можно воду греть без чайника. Я переехала к Давиду, практически сразу, свою квартиру сдаю. С Аллой мы стали лучшими подружками, она любит сидеть со мной и девчонками и слушать наш трёп. Давид не в восторге, но что он может сделать против нас.
А три дня назад я узнала, что… Беременна. И я сразу сказала об этом Алле. Мне было важно услышать её мнение. Я не хотела, чтобы она чувствовала себя как-то неловко или ещё что-то. Но девочка так обрадовалась, что я даже не ожидала такой реакции. Я думала скромнее всё будет. А она уже строит планы и заявляет, что хочет ещё, как минимум, троих братьев и сестёр. Я чуть в обморок не упала. Я даже и не думала о таком количестве детей…
— Наташа, — ещё раз сказал Давид.
Я с таким остервенением пыталась снять наволочку, что порвала её. Две сильные руки развернули меня к себе. Берестов поднял мою голову за подбородок, чтобы в глаза ему смотрела.
— Что случилось? — спросил с такой тревогой в голосе, что я разнылась. Гормоны, чтоб их!
— Я... Ты… Мы… — только и могла сказать.
— Успокойся, малышка, — погладил меня по щеке. — А теперь ещё раз.
— Мы беременны, — сказала я быстро и зажмурилась.
Давид молчал, мне пришлось открыть один глаз, и я увидела, как этот дурачок лыбится от уха до уха и танцует танец победителя!
— Наконец-то! — сказал и завалил меня на кровать, стал покрывать моё лицо поцелуями.
— Хватит, — сквозь смех произнесла.
— Я только начал, — он закинул мои руки за голову и стянул с меня топ.
— Давид!
— Мамочка и папочка сейчас будут шалить, — сказал Берестов и смешно пошевелил бровями. — Я люблю тебя, Наташа.
— И я люблю тебя… Но больше!
Конец
Декабрь 2022
Книга про Ниночку "Пошлость между нами"
