с досадой:
– То есть можно было просто методом тыка?
– Ну да. – Еся удивился ее вопросу. – Инструкции-то подробной не было. Вот я решил попробовать. И сработало!
Ирма подошла, обняла длинного, худого Есю и сказала:
– Ты крут! Ничего не боишься.
Он с удовольствием ответил на ее объятия.
– У вас водички не найдется? – спросил Глеб.
Гор достал бутылку из рюкзака и отдал ребятам. Они жадно пили по очереди, в шутку выхватывая друг у друга.
– Откуда у вас вода? – спросил Глеб.
– Мы с Гором остались на поляне, когда все разбежались. Даже Алекс пополз в лес. А мы только спрятались за дерево. Еще добыли аптечку и огонь. Ева целый рюкзак нашла, – похвасталась Ирма. – И оружие.
– Ауф! – обрадовался Еся. – А я нашел только ловушку. Дай посмотреть, что у тебя есть, – обратился он к Еве.
– Все там. – Она показала на рюкзак, который держал Гор. – У меня только это. – Ева достала футляр с ножом и одним резким движением выпустила лезвие.
– Ого. А ты опасная.
– Вынужденная необходимость, – гордо произнесла Ева. – Хочешь попробовать? – Она убрала лезвие и протянула футляр Есе.
Он взял его и несуразно махнул рукой, но лезвие не желало показываться.
– А еду не находили? – с надеждой спросила Мила.
– Уже все съели. – Ирма поджала губы, но явно не жалела об этом.
– Тогда нам стоит быстрее найти дом, иначе скоро все попадаем с голода, – произнес Глеб. – Мы свои добытые запасы тоже уничтожили уже.
Ева глянула, но не увидела никаких порезов на руках Глеба. Это насторожило Еву, хотя им могли попасться другие ловушки. Или они поняли, как с ними справиться без травм.
Через час, забравшись на небольшой пригорок у кромки леса, все увидели новые блестящие черные ворота в высоченном заборе. А за ними трехэтажное здание с разноцветными стеклами в окнах.
– Вот и добрались, – серьезно сказал Гор.
Все быстро спустились и сгрудились около ворот, на которых в самом центре был установлен сенсорный экран. Глеб нажал, и перед ним появились четыре колеса и красная круглая кнопка. На каждом колесе было десять одинаковых делений. Одно пустое, белое, а в других девять изображений разных красных цветков. Глеб осмотрелся, но было понятно, что забор слишком высокий, чтобы его перелезть.
– Какие люди! – крикнул кто-то слева от них.
Все обернулись и увидели Агату, сидевшую в тени дерева на пригорке. Она смотрела на всех с противной высокомерной ухмылкой.
– А я-то думаю, где же все? Куда запропастились?
Еся помахал ей рукой, видимо, полагая, что она действительно рада их видеть.
– Ты уже была там? Что внутри? – крикнул Гор.
– Ну так зайди и узнай. Что мешкаешь? Так долго добирались и стоите кучкой у ворот.
Гор сморщился, покрутил колеса с цветами на экране и, развернувшись полубоком к Агате, нажал на красную кнопку. Что-то в заборе щелкнуло и буквально в нескольких сантиметрах от его живота проскользнуло длинное лезвие и вновь спряталось в ячейке забора. Все ошарашенно смотрели на опешившего Гора, а Агата громко рассмеялась со своего места и захлопала в ладоши.
Гор насупился и направился к девушке. Ирма схватила его за руку и постаралась удержать.
– Она чуть не убила меня, – завопил Гор, отдернув руку.
– Я не знала, что там еще и ножички припасены! – крикнула Агата в свое оправдание, при этом все еще улыбаясь. – Меня лично током ударило. – Она встала и медленно подошла к остальным, важно продемонстрировав ожог на пальце. – А вы думали, я на солнышке загораю и вас всех жду? Добро пожаловать, дорогие сопернички.
– Мы о тебе вообще не думали, – сказала Ева, но Агата только хмыкнула и подошла к Миле.
– Хорошо быть пиявкой, да? Присасываешься к кому-то и проходишь испытания за чужой счет? Живешь за чужой счет… – произнесла Агата, стоя напротив Милы, но обращаясь ни к кому и ко всем сразу. Мила молчала и только хлопала ресницами.
– То есть мы все пиявки, по-твоему? – влезла Ева, не удержавшись.
– Все.
– Тебе-то откуда знать? Или по себе судишь?
Агата посмотрела с отвращением на Еву, потом на Милу, на Есю и на лысую девушку. В ее взгляде было такое презрение, которое и линзы бы не скрыли. Внутри Евы закипела ярость, она не собиралась позволять этой девушке так вести себя с ней, так смотреть на нее, словно она пыль, осевшая на ее подошвы. Кулаки сами сжались, дыхание участилось. Вспыхнули воспоминания, как она пела когда-то перед семьей, а брат ухмылялся и шептал что-то маме. Он говорил, что Ева ничего не добьется. Он считал ее никем, пылью в своей комнате.
«Больше никогда и никому не позволю так на себя смотреть! Я уже не маленькая беззащитная девочка».
Ева сделала шаг к Агате.
– Я не боюсь тебя, – сказала Агата, смотря сквозь Еву. – И свое не отдам.
– Девочки, хватит, – вмешалась Ирма и встала между ними. – Не до ругани сейчас. Давайте подумаем, как нам попасть внутрь. Чтобы выжить, нам нужно быть вместе, держаться друг за друга.
Агата фыркнула и сделала несколько шагов к экрану.
– Тут десять цветов: роза, пион, гвоздика, фиалка, гортензия, тюльпан, лилия, мак, георгин и гербера. Надо как-то выбрать для каждого колесика свой цветочек.
Ева разжала кулаки и отвернулась. Открыла рюкзак, желая достать бутылку воды, и увидела самую ненужную вещь в лесу – лепестки. Она усмехнулась и стала вытряхивать все из рюкзака.
– Может, это нам поможет? – спросила с ухмылкой Ева. – Хорошо, что я их сохранила.
– Лепестки, – тихо сказала Ирма. – Ты умница.
Ева разложила три вида красных лепестков.
– Вот эти из куба. Под желтым бутоном.
– У нас были такие же, – подтвердила Ирма.
– А эти из рюкзака. Там был красный. Самые мелкие из пакета, который я забрала у парня в белом костюме.
Ирма посмотрела что-то на часах.
– Я думаю, нам поможет стих. На первом колесе должен быть цветок, чьи лепестки давали в испытании с красным бутоном, на втором – с желтым, на третьем – с синим, и на последнем – с белым. Осталось понять, от каких они цветов и что было в синем испытании.
– Мне синий не попадался. Он был у Алекса и той. – Ева показала на лысую девушку.
– И у меня. – Еся поднял руку.
– Ты находил лепестки? – спросила Ева.
– Нет, только ловушку.
Ева подошла к лысой девушке.
– Ты видела у Алекса лепестки?
Та помотала головой.
– Неважно. Если Ирма права, то подобрать один цветок мы сможем, – сказал Глеб.
– Но это слишком опасно, – запротестовала Ирма. – Восемь неверных вариантов, и мы не знаем, что там припрятано, кроме
