— Может потому, что ты сама не хотела, а потом стало поздно, так ведь?
— Ну а ты почему детей не имеешь? Тоже не нашла любимого?
— А я и не искала, — усмехнулась Рамана и, что-то вспоминая, начала: — Ветика… Ты же помнишь…
Бронзовая дракона замолчала, не договорив, и, меняя тему, решительно сказала:
— Пошли на Айсгор, надеюсь, Ледяной владыка не закрыл туда доступ, как прошлый раз.
Обе драконы исчезли. Вместе с ними исчезла и радужная плёнка защиты. Тёмно-зелёные джунгли по-прежнему лениво колыхались, хотя ветра не было, а вдали быстро таял порядком покосившийся чёрный купол.
Плачущая Листик с Лишей на руках вывалилась в цветущем вишневом саду. Но на деревьях были не только цветы, спелые плоды тоже были. В воздухе витал изысканный аромат и не только вишен, за столом, на который чуть не упала Листик, сидел юноша в белой тунике и с такими же белоснежными волосами. Юноша, улыбаясь, что-то говорил девушке, в такой же тунике и тоже с белоснежными волосами. Но если юноша был в сандалиях, то девушка была в белых сапогах, никак не гармонирующих с остальным её нарядом. Увидев Листика, юноша замолчал, а потом одновременно с девушкой спросил:
— Листик! Что случилось!
— Вот! — всхлипнула Листик, показывая, кого держала в руках. — Лиша! Она…
Листик не выдержала и, уже не сдерживаясь, заплакала, девушка в белых сапогах начала её утешать, а юноша, перехватив безжизненное тело, начал его вертеть, приговаривая при этом:
— Интересно, интересно! Хороший экземпляр и очень удачно обработанный!
— Как обработанный! Её ударили мертвящим заклинанием, меня хотели… А она… она… Меня закрыла, совсем о себе не думая! — закричала рыжая девочка.
— Я же говорю, всё очень удачно. Если бы она была в обычном своём состоянии, то я ничего бы не сделал, разве что заморозил — и только. Но, Листик, ты же не хочешь, чтоб она пополнила мою коллекцию, хотя от такого экспоната я не отказался бы.
— Не-е-ет! — это закричал изумрудно-золотистый дракончик и, щёлкнув зубами, попытался отобрать безжизненное тело у юноши. Но тот с лёгкостью увернулся и укоризненно произнёс:
— Не надо меня кусать — это нехорошо! Что обо мне скажут — внучка покусала? Совсем я её не воспитываю, хотя… Мне глубоко плевать на то, что обо мне другие думают, — юноша бросил взгляд на девушку, пытающуюся успокоить дракончика, и задумчиво добавил: — За некоторым исключением.
— Инед, ну сделай же что-нибудь, она умирает! — сквозь слёзы проговорила уже рыжая девочка, девушка обнимала её и гладила по голове.
— Что-нибудь я делать не буду, а сделаю так, как надо, — произнёс юноша, укладывая безжизненное тело, которое держал, на стол. Всё, что до этого на столе было, исчезло, а сам стол приобрёл другую форму. Юноша положил руки на грудь девочки и стал аккуратно массировать. Девочка открыла глаза и спросила:
— Я умираю, да?
— Пока ещё нет, — ответил юноша, девочка жалобным голосом произнесла:
— Как больно! — закрыв глаза, еле слышно прибавила: — Бросьте меня в вулкан, хочу в огонь!
Юноша ничего не ответил, только его движения стали интенсивнее. Появившиеся две драконы — бронзовая и пепельная, ничего не говоря, сменили ипостась и стали молча наблюдать за действиями юноши. Тишину нарушали только всхлипывающие подвывания плачущей Листика. Появившаяся девушка с пшеничными волосами собралась было что-то спросить, но перехватив предостерегающий взгляд юноши, просто поймала в объятия кинувшуюся к ней Листика. Рыжая девочка прижалась к этой девушке и затихла. Инед, не обращая ни на что внимания, продолжал свои манипуляции, так длилось довольно долго, наконец он убрал руки и вытер воображаемый пот:
— Тяжело было, но мне это удалось!
— Меня всегда интересовало, есть ли что-то такое, что тебе было бы не под силу? — задала вопрос девушка в белых сапогах. Инед, чуть прищурившись, ответил:
— Много такого есть, что я немогу, я не Творец, поэтому многое мне не подвластно. Просто не надо браться за то, что заведомо тебе не под силу. Делать надо только то, что сможешь, вот и складывается такое впечатление — моего всемогущества. Но, — Инед поднял вверх палец, — если думают, что я всемогущ, то зачем лишать тех, кто так думает, этой иллюзии. Этот может их разочаровать и привести к нервным срывам.
— Какой ты заботливый, как ты заботишься о здоровье окружающих, — с прежним ехидством произнесла девушка в белых сапогах, Инед тем же поучающим тоном ответил на этот выпад:
— Ты права, Саманта, вера в моё всемогущество многим сохраняет не только здоровье, но и саму жизнь, оберегая от необдуманных поступков. Ведь так?
— Ага! — подтвердила Листик, она уже не плакала, а смотрела на севшую Лишу. Девочка, к которой вернулся её прежний вид, недоумённо озиралась и, увидев свою старшую подругу, радостно закричала:
— Листик! Листик!
Лиша попыталась соскочить со стола и побежать к рыжей подруге, но остановилась, увидев, что ту обнимает девушка с пшеничными волосами и большими синими глазами. Настороженно глядя, девочка спросила:
— Это кто?
— Это Милисента, моя сестра, — ответила Листик. Уголки рта у Лиши опустились и на глазах выступили слёзы, чего никогда раньше не было! Дрожащими губам, готовая вот-вот разреветься, маленькая рыжая копия Листика спросила:
— А я? Как же я?
Листик и Милисента переглянулись и одновременно шагнули к Лише, Инед тихо сказал Саманте:
— Чувствую, что сейчас у меня появится ещё одна внучка. Вообще-то внуков дарят, не спрашивая на это разрешения и не спрашивая совета, но это дети родителям, но чтоб внуки деду?
— Ты же не простой дед, вот и внуки у тебя очень непростые, хотя Лиша не дракон, — ответила Саманта. Инед усмехнулся:
— Вообще-то, я только что дал вторую жизнь этой малышке, так что могу считаться её отцом, наравне с первозданным огнём. Но ладно, пусть буду дедом, кстати, воспитание своих внучек собираюсь возложить на тебя.
— На каком это основании? — возмутилась Саманта. Инед усмехнулся:
— Во-первых, ты уже воспитывала Милисенту и Листика, это у тебя неплохо получалось, так что и Лишей можешь заняться. Во-вторых, Айсгору нужна хозяйка, не всё же мне тянуть эту ношу, у меня и других забот хватает. Вот я и решил поручить эту обязанность тебе. Согласна?
— Я же не богиня, — растерялась Саманта. Инед чуть склонил голову:
— Ты снежный дракон! Поверь мне, здесь на Айсгоре не всякая богиня может с тобой потягаться, а если только это тебя останавливает, то уверяю — меня это нисколько не смущает!
Владыка Айсгора внимательно посмотрел на Саманту, затем внезапно притянул её к себе и поцеловал. Колючая и никогда не лезшая за словом в карман, Саманта не сопротивлялась, а, прижавшись к Инеду, ответила на поцелуй. Рамана и Тайша многозначительно переглянулись. А вот Листик и Милисента этого не заметили, они были заняты Лишей, которой сообщили, что она теперь их сестра.
