Доминик провел рукой по ее обнаженному бедру и прикоснулся к ее лону. Его пальцы нежно погладили мягкие складки между ее бедер, которые тут же увлажнились, раскрываясь ему навстречу, как цветок.
— Доминик, я не могу перед тобой устоять, — прошептала Арли, прижавшись к его груди.
Его палец скользнул внутрь нее.
— Мы слишком долго не были вместе, — пробормотал он.
Когда он подхватил ее на руки, его горячее дыхание обожгло шею Арли. Спиной она ощутила твердую поверхность двери. На губах Доминика мелькнула дьявольская улыбка, когда он завел ее ноги себе за спину. Единственной преградой между ними был тонкий материал его бриджей. Арли заерзала, ее дыхание участилось, когда на нее нахлынули первые волны наслаждения.
Член Доминика пульсировал от неудовлетворенного желания. Он стиснул зубы и прижался к Арли, все тело которой сотрясалось от оргазма. Он заглушал ее крики, жадно ее целуя. Ему отчаянно хочется глубоко погрузиться в ее влажное тепло, но он не станет этого делать. Нет. Когда они в следующий раз займутся любовью, то будут делать это медленно.
Доминику потребовалось собрать в кулак всю свою волю, но он поцеловал Арли в шею и прошептал ей в ухо:
— Сегодня ночью, мой ангел. Давай немного подождем. Сознание того, что мы уже сегодня ночью будем вместе, сделает ожидание невероятно сладким.
— Я не могу ждать, — задыхаясь, прошептала Арли. — Мое тело горит от желания.
Доминик поцеловал ее в нос, потом поставил на подгибающиеся ноги:
— Ты хочешь рассказать обо всем Дэниелу? — спросил он.
Арли нахмурилась, но быстро вернулась к реальности, когда услышала, как хлопнула входная дверь:
— Да, — прошептала она Доминику в губы. — Я совсем о нем забыла.
Доминик победно улыбнулся, потом снова ее поцеловал. Он отошел от Арли на несколько шагов, и как раз в этот момент открылась дверь. В проеме стоял Дэниел. Скрестив на груди руки, он с подозрением переводил взгляд с Доминика на Арли. Его глаза сузились, когда он спросил:
— Вы уже закончили разговаривать?
Вопрос повис в воздухе. Было так тихо, что Арли слышала, как он дышит. Или это было ее дыхание…
— Да, мы закончили разговор, — сказал Доминик, обходя его. — Увидимся позже, — произнеся эти слова, он взглянул Арли прямо в глаза.
— Боже мой, его настроение значительно улучшилось. Что бы вы ему ни сказали, это, похоже, было очень убедительно, — заявил Дэниел, и его взгляд снова скользнул по губам Арли.
Она не знала, догадался ли он о том, что произошло между ней и Домиником. Или ей просто так казалось, потому что она чувствовала себя виноватой. Девушка провела руками по своим юбкам и неуверенно произнесла:
— Дэниел, мне нужно откровенно с вами поговорить.
— Прошу вас.
Глубоко вздохнув, Арли выпалила:
— Дэниел, я не могу выйти за вас замуж.
Дэниел нахмурился:
— Что?
— Я не могу выйти за вас.
Молодой человек взял ее за руку, подвел к ближайшему дивану, усадил и сел рядом:
— Не понимаю. Наш поцелуй. Я не собирался позволять себе таких вольностей. Я думал, вы хотели…
Арли приложила палец к его губам:
— Я хотела вас поцеловать. И я хочу, чтобы вы знали, Дэниел: я искренне хотела выйти за вас замуж, но не могу. Понимаете… — Арли закрыла глаза и глубоко вздохнула перед тем, как продолжить, — сказать это непросто, поэтому я скажу, как есть. Я влюблена в другого.
Дэниел нахмурился. Он отпустил ее руки, словно обжегся:
— В кого? В кого вы влюблены? Я не понимаю. Вы заставили меня поверить, что я…
— В Доминика.
Дэниел побледнел:
— Простите?
— Я люблю Доминика.
Глаза молодого человека расширились от недоверия, потом он закрыл их и резко выдохнул. Когда он снова взглянул на Арли, взгляд его был холодным, а на губах застыла сардоническая усмешка:
— Сукин сын. Он спал с вами все это время, да?
Арли не могла этого отрицать и не стала этого делать.
Он заслуживал ее откровенности:
— Простите, Дэниел.
— Значит, все эти слухи были правдой. Я должен был догадаться, что он не сможет удержаться от того, чтобы не начать распускать руки. Но когда сам Рочфорд сказал мне, что между вами ничего нет, я поверил ему. А вы прекрасно изображали невинность. Хотя когда вы меня поцеловали, у меня возникло подозрение, что вы не целомудренны. Зачем вы это сделали? Чтобы заставить его ревновать?
Арли охватили стыд и сожаление:
— Я не хотела вас обидеть. Я хотела сказать вам раньше, но не могла.
— Ну, теперь-то все в порядке, да? Я ведь уже поместил объявление в газете. Я верил, что вы та, за кого себя выдаете! Скажите, вы дочь барона, как утверждают графиня и Рочфорд, или слухи, что вы дочь простолюдина и проститутки, верны?
Под его обвиняющим взглядом щеки Арли побагровели. Она промолчала, и Дэниел прошептал:
— Вы выставили меня полным идиотом.
Арли знала, что вряд ли сможет его утешить. Он доверял ей, а она его обманывала, зная с самого начала, чем все закончится.
— Он поселит вас в столице? Или вы и дальше будете прятаться здесь, в деревне, пока он спит со всеми подряд в Лондоне?
От слов Дэниела Арли стало так больно, как если бы он ее ударил. Но она это заслужила. Молодой американец поджал губы. Глаза его сузились, словно ему противно было на нее смотреть.
— Когда-нибудь я стану его женой, — ответила Арли и вздернула подбородок.
Хриплый смех Дэниела наполнил комнату:
— Если вы думаете, что он на вас женится, то вы еще глупее, чем я думал. Вы хоть знаете, сколько женщин полагали, что станут графиней Рочфорд, а он бросал их спустя несколько месяцев? И одна чуть не стала графиней… оставалась всего неделя до свадьбы. Но свадьбу отменили, а о его суженой больше никто и никогда не слышал. Да и потом, подумайте, ну зачем ему жениться на дочери проститутки, когда в его распоряжении сколько угодно женщин голубых кровей?
Закусив нижнюю губу и не желая дальше спорить, Арли спокойно произнесла:
— По-моему, сказано достаточно. Будет лучше, если вы сейчас уйдете.
— Я в ближайшее время помещу в газете опровержение.
Арли кивнула, а потом, когда дверь за Дэниелом захлопнулась, вздрогнула.
Долгое время она сидела в одиночестве, чувствуя, как внутри у нее все сжимается. Дэниел расскажет всем, кто будет готов его выслушать, об их с Домиником отношениях.
Может, она никогда и не выйдет за Доминика, но какое это имеет значение? Она никогда не получит от него обручального кольца и всегда будет просто любовницей, будет жить в отдельном доме и никогда не будет носить его имя. Так же как и их дети.
