даже если бы мы захотели принять душ вместе, это было бы почти невозможно. Так что мы по очереди приняли душ и оделись в шорты и футболки. Каждый из нас взял по книге из нашей комнаты, пару прохладительных напитков и пошел сидеть на шезлонгах на лужайке и читать до ужина.
После ужина мы вчетвером отправились на прогулку в другом направлении, чем мы с Пией до этого ходили, по тропинке через лес. Мы с Пией держались за руки и шли позади Рольфа и Синикки. Рольф рассказывал нам истории о том, как он был капитаном парома и как он встретил Синикку, когда был в порту в Финляндии. Она работала клерком на таможне, а он заигрывал с ней и стал делать это во время каждой поездки. В конце концов, он пригласил ее на свидание, и в итоге они поженились.
Мы вернулись в коттедж, Рольф открыл бутылку вина и налил всем четверым. Мы сели за стол и разговаривали, пока пили. Я попробовал несколько своих новых фраз по-шведски, и Рольф был впечатлен, сказав, что я многому научился, хотя пробыл в Швеции всего три недели.
Синикка воспользовалась возможностью научить меня финскому языку. Одной фразе, «Mina rakastan sinua», что означало «Я люблю тебя» а еще как считать до пяти — «yksi», «kaksi», «kolme», «neljä», «viisi». Я посмеялся над фразой, которой она решила меня научить, а она сказала, что когда-нибудь это может пригодиться!
Когда солнце село, Рольф и Синикка легли спать, а мы с Пией пошли в нашу спальню. Мы разделись, выключили свет и забрались в постель. Мы поцеловались несколько раз нежно, затем более настоятельно. Пия прервала поцелуй.
«Ты уже три раза сделал это для меня, позволь мне сделать что-нибудь для тебя, ОК?»
«Все, что захочешь», — согласился я.
Она поцеловала меня, затем встала на колени рядом со мной в постели, обхватила мой член и начала нежно облизывать его. Она провела языком по головке моего члена, пока я не стал эрегированным, затем медленно опустила свой рот на мой член, нежно посасывая, пока кончик не прижался к задней стенке ее рта. Она медленно приподнялась, пока только головка не оказалась у нее во рту, затем начала медленно покачиваться, поглаживая ту часть моего ствола, которая не была у нее во рту. Она не торопилась, занимаясь любовью с моим членом своим ртом.
«Это очень приятно», — сказал я.
Она отстранилась от меня, подмигнула и сказала «Хорошо!».
Она начала снова, медленно покачиваясь вверх-вниз. Через каждые четыре-пять движений она останавливалась, держа во рту только головку и проводя по ней языком. Еще через несколько минут она начала двигаться быстрее и сосать сильнее, проводя языком вокруг него.
«Уже близко, Пия».
Она приподнялась так, что в ее рту оказалась только моя головка, и она быстро гладила меня, одновременно посасывая и облизывая. Я чувствовал, как поднимается сперма.
«Сейчас, Пия!» — прошипел я.
Через пару секунд я застонал, и первая струя моей спермы попала ей в рот, и она проглотила ее. Она начала покачиваться, сосать, облизывать и водить рукой по моему стволу, создавая интенсивное удовольствие, пока я выпускал струю за струей в ее рот, а она глотала каждую каплю. Когда я кончил, она использовала свой язык, чтобы вытереть сперму с моего члена. Она отстранилась, и я притянул ее к себе и подарил ей глубокий французский поцелуй. Наши языки боролись, мы целовались крепко и делились моим вкусом.
Она прервала поцелуй и сказала: «Ты действительно странный парень, раз так целуешь меня!».
«Это то, что я делаю, чтобы поблагодарить девушку за то, что она мне отсосала. Девушки это ценят».
«Тебе нравится это делать?»
«Да, нравится. Сначала это было странно, но теперь мне это нравится. Помнишь первую ночь, когда я лизал тебя после того, как мы занимались любовью? Мне тоже нравится это делать. Девушки это тоже очень ценят».
«Ты странный парень!» — хихикнула она.
«Я же говорил тебе, что больше всего меня волнует удовольствие девушки. Я сделаю практически все, что заставит их чувствовать себя хорошо. И если ты захочешь, минут через десять я снова заставлю тебя почувствовать себя очень хорошо!»
«ОК!»
Мы обнимались около десяти минут, а затем я начал целовать ее шею до живота, а потом уткнулся носом в ее лобковые волосы. Я поцеловал верхнюю часть ее щели, близко к клитору, затем быстро лизнул ее сверху вниз, вызвав тихий стон. Я уделял внимание ее клитору, но иногда просовывал язык между ее половыми губами.
Когда она стала мокрой, я забрался на нее сверху, нежно поцеловал ее и ввел свой член в ее теплое нутро. Я делал медленные, нежные движения, и она двигалась в такт им. Мы глубоко целовались, наши языки боролись, двигаясь друг против друга, и она обхватила мои бедра ногами.
В течение следующих нескольких минут Пия испытала несколько небольших оргазмов. Я увеличил темп и силу своих толчков, убеждаясь, что время от времени вхожу в нее. Она начала сильно толкаться, и я понял, что она близка к оргазму. Я сильно толкнулся в нее несколько раз, доведя ее до предела. Она застонала, крепко обхватила меня руками и ногами и сильно задвигала бедрами. Ее киска спазмировала вокруг моего члена, я глубоко вошел в нее и сильно кончил.
Я вынул член из ее киски и переместился ниже, чтобы вылизать ее до очередного оргазма, уделяя внимание ее клитору, но также проникая языком глубоко в ее канал. Она вдавила мою голову в свою киску руками, застонала и снова кончила. Я лег рядом с ней, притянул ее к себе, чтобы обнять, и мы заснули.
Понедельник и вторник были очень похожи на воскресенье — мы гуляли, разговаривали, плавали, загорали и, конечно, занимались любовью по несколько раз в день. Мы с Пией строили отношения, которые выглядели весьма многообещающими в течение следующего года. Что будет после этого, я не мог сказать.
Утром в среду мы проснулись, прижавшись друг к другу, я лежал на ней, а моя левая рука обнимала ее правую грудь. Я оделся для бега, а Пия пошла в душ. Когда вернулся, я принял душ, и мы вместе позавтракали. Мы с Пией в последний раз прогулялись вдоль озера.
«Есть ли что-то особенное, что ты хочешь сделать в ближайшие полторы недели перед отъездом?»
«Просто быть с тобой!» — сказал я.
«Это мило», — ответила она. «Но ничего особенного?»
«Ну, занятия любовью с тобой
