сказать кому-то, что он только что потерял любимого.
Я притянула руки к груди.
— С моей мамой и сестрой все в порядке?
— Они в порядке, — сказал Дрэ, опуская книгу на уровень талии.
— Король Вальдрен только что поведал нам о ваших планах пожениться… — сказала доктор Элси, пристально глядя на пожилого советника. Я не могу быть уверена, но полагаю, что это он посоветовал Дрэ просто убить меня. Доктор Элси продолжала: — Я знала, что ты будешь следующим лучшим вариантом с точки зрения магии, поэтому я провела некоторые исследования после того, как вы улетели.
Я терпеть не могу то, что она постоянно оценивает пригодность моего магического лона.
— И?.. — нетерпеливо подтолкнула я.
— Я поговорю с ней наедине, — внезапно сказал Дрэ, и доктор Элси застыла, все еще пристально глядя на советника, который выглядел так, словно вот-вот отправится в мир иной. Серьезно, сколько лет этому старику?
Они поспешили прочь, а Дрэ повернулся ко мне лицом.
— Просто скажи мне, — умоляла я его. — Я потеряла Джослин и Реджину. Просто… скажи мне. У меня не осталось эмоциональных сил для игр.
Он кивнул.
— Существует старая книга, в которой перечислены королевские роды. Она была скрыта из-за своей природы… в ней повествуется о королевском зачатии и рождении ребенка между кланом Затмения и кланом Темной Ночи тысячу зим назад.
Тысячу зим назад! Может быть, тогда наши кланы были друзьями, я не знала.
Мои руки начали дрожать, мой взгляд скользнул поверх плеча Дрэ, когда Элси поприветствовала три знакомых лица на расстоянии.
Та рыжеволосая девушка из Нефритового Города? Блондинка с неприятным запахом изо рта. Это были девушки, за которыми он ухаживал до того, как выбрал Джослин.
— Почему девушки вернулись? — спросила я.
Дрэ вздохнул.
— Увидев это, она сочла благоразумным позвать их. Кендал тоже в пути. — Он поморщился.
— Кендал! — Мое сердце чуть не остановилось в груди.
О чем, черт возьми, он говорил? Я протянула руку и вырвала книгу у него из рук, посмотрев вниз на открытую страницу, и ахнула.
Первая строка была выделена жирным шрифтом.
Младенец серьезно обезображен, прожил всего несколько часов.
Затем я прочитала следующую строчку.
Гипотеза: Магия матери из клана Затмения поглотила магию клана Темной Ночи, убив ребенка.
Я даже не осознавала, что плачу, пока слезы не упали на страницу и не намочили слова.
— Я не могу потерять еще одного ребенка. — Голос Дрэ был надломлен.
Я кивнула, закрыв книгу, и вернула ее ему.
Он притянул меня к себе, обхватив мое лицо руками, и заставил посмотреть на него.
— Но я все еще хочу тебя.
Я взглянула на других девушек. Они все разговаривали с Аннабет и доктором Элси, без сомнения, ожидая короля.
— Если я не могу подарить тебе ребенка, тогда тебе не следует выбирать меня, — честно сказала я ему. — От этого зависит будущее всего Амбергейта.
Он нахмурился, оглядываясь через плечо, чтобы посмотреть на девушек, а затем снова на меня.
— Что, если я женюсь на тебе… но разделю ложе с ними?
Я ахнула.
— Исключительно для того, чтобы завести ребенка, — как только произойдет зачатие, все прекратится. Магия моего народа нуждается во мне только для того, чтобы у меня был наследник. И все равно, незаконнорожденный этот ребенок или нет.
— Ты просишь меня выйти за тебя замуж, зная, что у тебя будут любовницы? — мне было так больно, что я даже не могла ясно мыслить.
Он покачал головой.
— Я прошу тебя провести остаток своей жизни со мной, позволив мне переспать с этими женщинами один или два раза, чтобы спасти тысячи жизней.
Я нахмурилась.
— Переспать со всеми ними?
Не с Кендал. Пожалуйста, только не с Кендал.
Он с трудом сглотнул.
— Доктор Элси считает, что это даст мне наилучшие шансы на успех.
Я прикусила внутреннюю сторону губы, чтобы удержаться от слез, когда к моему горлу подступила желчь.
— То, о чем ты просишь, кажется невозможным… но я подумаю об этом. Я бы хотела сейчас побыть одна. — Я вырвала свое лицо из его рук, а затем побежала через тренировочные поля.
— Арвен! — крикнул он, но не пошел за мной.
Переспать с тремя женщинами, будучи женатым на мне? И не только один раз. Потребуются месяцы, чтобы забеременеть, а затем, если ребенок умрет, он будет продолжать до тех пор, пока у него не родится живой наследник.
Трудно было поверить, что всего несколько часов назад он признавался мне в любви и говорил, что хочет, чтобы я была его королевой, а теперь он хотел спать с моими подругами? Это не укладывалось у меня в голове.
Но часть моего разума вернулась к моей матери и тому, что она рассказала мне о семени моего отца. Отличалось ли это от того, что мой отец позволил получить Адалин?
Не слишком.
Мои ноги топтали траву, когда я пробиралась через лавандовую ферму, моя грудь вздымалась от горя. Я оплакивала потерю трех человек. Джослин. Реджина. А теперь и Дрэ.
Чистота, которой мог бы обладать брак между нами, была бы нарушена тремя любовницами. Разделит ли он с ними ложе, а потом прокрадется в постель рядом со мной? Что, если он влюбится в кого-нибудь из них в процессе?
Если мы с Дрэ рискуем родить ребенка, который проживет не более нескольких часов, это означает, что он никогда не будет спать со мной! Я умру со своей непорочностью, в то время как мой муж переспит с половиной королевства.
Нет. Я не могу.
Рыдание вырвалось из моего горла, напугав меня. Я и не осознавала, насколько сильно позволила себе представить жизнь с ним. Как сильно я стала заботиться о нем и видеть себя рядом с ним. Я не знала, куда иду, пока не увидела впереди небольшую рощицу плакучих ив.
Покорный вздох вырвался у меня, когда я побежала к комфорту и опустошению, которые таили в себе эти деревья. Как будто этот маленький клочок земли был местом, которое можно заполнить своей печалью. Дрэ и Амелия наполнили его потерей своих детей. Затем Дрэ наполнил его потерей ее и еще одного ребенка. Теперь я наполню его потерей будущего, которого у меня никогда не было, но которое было обещано мне всего на несколько часов. Это все, что требовалось, чтобы сломить кого-то, — несколько часов надежды. Когда ее отобрали, осталась зияющая дыра, которую, казалось, невозможно было заполнить.
Я опустилась на колени перед могилой королевы Амелии, не уверенная, зачем я пришла сюда, почему из всех людей я стою перед местом
