к вам на огонёк? — поинтересовался брат, скрывая беспокойство в голосе. — Хотя… Кажется, вижу знакомца старого, твоего, кстати тоже, Кайро».
«Да, здесь и мои есть! Вот малышка на руках, я ей имя давала, когда их с мамой от змеюки пятого ранга спасала и сама чуть не сдохла там же», — кратко пересказала охотница историю знакомства с шестирукими обезьянами.
«Они откуда?»
«Кажется, из Восьмиречья беженцы, — предположила Кирана, — хотя точной уверенности нет. Вот провожу рекламную кампанию по переселению эргов».
«К себе или ко мне?» — деловито уточнил брат.
«А есть разница?»
«В сущности, нет, — был ответ брата, — скажешь потом, отправлять Райо вам на помощь или не нужно. Ну и когда справишься, жду вас с Ксандром в Осаке. У нас тут скромная свадьба вылилась в гуляния императорского масштаба».
«Эм-м-м… Как тебя угораздило?» — не удержалась Кирана от вопроса.
«Не спрашивай, — был страдальческий ответ брата, — от судьбы не уйдешь. Меня-таки охомутала принцесса императорского рода».
«Мы сейчас всё ещё о Тэймэй говорим?» — осторожно поинтересовалась охотница.
«А о ком же ещё? Девица оказалась с сюрпризом в генеалогическом древе, — хмыкнул брат. — Всё, ушёл. Мне ещё за подарком невесте нужно. А я уже и так опаздываю на шоу иллюзионистов, устроенное в нашу честь. Зови, когда вас забирать нужно будет».
На этом связь оборвалась. Вернувшись мыслями к противостоянию, Тэймэй застала весьма нетривиальную картину. Грохот водного гейзера прекратился, оставив после себя лишь треск сталкивающихся между собой льдин, на одной из которых сейчас лежала обнажённая окровавленная девушка.
* * *
Тэймэй вернулась от матери, которая ей все уши протрещала, как рада, что удалось вновь возродить Иллюзион.
— Ты не понимаешь! Иллюзион — это лучшее напоминание империи, что род Инари возродился из пепла, словно птица феникс. И пусть сейчас его возглавляют женщины, но очень скоро всё изменится! — Исико выставляла на стол шкатулки с комплектами родовых украшений, доступ к которым они, наконец, смогли получить после стольких лет прозябания практически в нищете.
— Женщина, — с нажимом произнесла Тэймэй, — род возглавляет женщина. Богиня у нас тоже женщина, поэтому не вижу противоречий. Пол не помешал мне стать Мечом империи!
— Но скоро у меня появится внук, — продолжала гнуть свою линию Исико, самовольно убирая некоторые шкатулки, слишком скромные на её взгляд. — И всё изменится! С его мощью мы снова сможем претендовать на то, что принадлежит нам по праву.
Тэймэй смотрела на мать и не могла понять, как же так вышло, что они оказались по разные стороны баррикад. Та, кто должна была стать её самой главной соратницей, оказалась чуть ли не самой коварной соперницей.
«Вкус власти развращает неподготовленные души», — любил повторять отец. Знал бы он, как оказался прав в отношении собственной супруги.
Не слушая дальше болтовню матери, примеряющую украшения перед зеркалом, Тэймэй выбрала комплект с кроваво-красными рубинами и чёрными бриллиантами под цвет родовых цветов Инари и Комариных.
Тихо притворив за собой дверь, она отправилась к себе. Кровники молча проводили её от двери к двери, заглянули внутрь, удостоверившись в безопасности, и лишь после этого пропустили Тэймэй. Она оглянулась в поисках подготовленного по случаю выхода кимоно, но вместо него обнаружила сюрприз. На столике стояла коробка с запиской, поверх которой лежала ветка цветущей орхидеи:
«Будущей жене и моей императрице!»
Тэймэй счастливо улыбнулась и принялась распаковывать подарок. Внутри оказалось кимоно, краше которых она не видела в своей жизни. Казалось, что мастера смогли перенести на ткань солнце в прибрежных водах Кутиноэрабу, белые снега с вершины Фудзи и вишни на ветвях родового поместья Инари.
Приложив к себе обновку, девушка счастливо покружилась по покоям и принялась наряжаться. Спустя полчаса в покои впустили служанок, которые принялись колдовать над её макияжем и причёской. Ещё спустя час в дверь покоев постучали, и Тэймэй встала напротив, готовясь предстать во всей красе.
Однако же когда дверь отворилась и в покои вошёл наследный принц Есихито, Тэймэй едва удалось скрыть разочарование. Она так хотела порадовать Михаила. А порадовала принца. Тот застыл как вкопанный, медленно разглядывая её с головы до пят.
— Вы сейчас выглядите настоящей императрицей! — принц склонил голову. Обозначая уважительный поклон. — Сегодня будет ваш и только ваш праздник! Праздник возрождения рода Инари!
— Благодарю, Есихито-сан! Но мой род всегда почитал за честь служить трону и не никогда не помышлял занять его! — ответный поклон Тэймэй был глубже, выказывая должное почтение и уважение наследнику престола.
— Сейчас мне жаль, что ваш отец так рано ушёл в Реку Времени и лишил меня возможности завоевать ваше сердце и взойти на престол рука об руку. Так окажите же мне честь и составьте компанию в императорской ложе Иллюзинариума.
«Твою мать! Что ж ты творишь! Ты мне сейчас ещё напрямую в любви признайся и замуж позови. На моей же собственной свадьбе, — мелькали калейдоскопом мысли у Тэймэй, а ещё подумалось, что сцена, здесь разыгравшаяся, может оказаться несколько компрометирующей накануне свадьбы. — Хотя куда уж более компрометирующей после выходки матери!»
«Миш, а ты где?» — на всякий случай решила уточнить у жениха Тэймэй по кровной связи. Тот ответил не сразу:
«Дорогая, готовлю сюрприз! Встретимся на месте!»
«Меня здесь принц предлагает сопроводить на Иллюзион, не знаю: соглашаться или нет. Что скажешь?» — честно спросила Тэймэй.
«Соглашайся! Но напомни, что де-юре и де-факто ты уже — моя супруга, чтоб слюни сильно не пускал на бывшую невесту, — пошутил жених. — А если серьёзно, то тройная защита лучше двойной, поэтому не сомневайся. Постараюсь прибыть на место раньше и встретить вас».
* * *
В Иллюзинариум они добирались в императорском паланкине. Располагалось это сооружение на берегу реки Окавы прямо напротив императорского замка. Когда Тэймэй была маленькой, она не задумывалась, почему отец любил любоваться видами из северных окон замка, а император, напротив, обходил их стороной.
Только сейчас она стала понимать. Иллюзинариум был образцом красоты и
