– Мы же будем встречаться, когда я буду приезжать в город. Реже, конечно, ну и что? В любом случае, я думаю, что вышел из возраста, когда находят удовольствие в пьянках и шашнях с танцовщицами. – Марк захохотал. – Не хмурься, Порция. Я знаю, тебе все это кажется глупостью, но я удовлетворен своей долей.
– Я… я просто удивлена, вот и все. Я считала тебя другим, не думала, что ты способен удовлетвориться такой жизнью.
– Считала гулякой и повесой? – с насмешкой спросил Марк.
– Когда я впервые увидела тебя в клубе Афродиты, ты чувствовал себя там как рыба в воде. Городской денди. Разве представишь тебя в другом окружении?
Порция говорила искренне. Ее слова не удивили Марка. Он и раньше знал ее мнение на свой счет, но это мнение он изменит, изменит во что бы то ни стало!
– Видишь ли, я человек, склонный наслаждаться жизнью, – начал объяснять он. – Но я не собираюсь провести всю свою жизнь в праздности. Раньше мне казалось, что такое возможно, но сейчас я понял, что долгое безделье претит мне. Мне требуется дело, трудное дело. Похоже, здесь я его нашел.
– А женщины? – безразличным тоном спросила Порция, как будто ею двигало одно лишь любопытство. – Ты удовлетворишься деревенскими красотками или… дочкой викария?
Что-то в ее тоне и голосе насторожило Марка. Он пытался понять скрытый смысл вопроса, но так и не разгадал его. Он взял ее лицо в ладони и прошептал:
– Зачем мне дочка викария, если у меня есть ты?
Порция перестала дышать. Казалось, она хотела что-то сказать, но слова так и не сорвались с ее губ.
Марк вдруг понял, как сильно она замерзла:
– Да тебе совсем холодно! – Он инстинктивно притянул ее в тепло своих объятий.
Марк думал, что Порция станет вырываться, сопротивляться, но она уткнулась ему в грудь, приложив холодные ладошки к его горящей коже.
– О, Марк, – вздохнула она, щекоча дыханием его шею. – Зачем я тебе? Тебе больше подойдет дочка викария. Или какая-нибудь другая женщина, от которой у тебя не будет столько неприятностей.
Слова Порции прозвучали неожиданно. Марк воскликнул:
– Порция! В чем дело? Расскажи сейчас же!
На мгновение ему показалось, что ее губы коснулись его груди. Но лишь на мгновение. В следующую секунду Порция отстранилась и заглянула Марку в глаза.
– Ты нашел свою жизнь здесь, Марк, но моя-то жизнь в Лондоне.
– Да ты же там задыхаешься! – сердито закричал он, раздраженный ее нежеланием понять простые вещи. – Не могу поверить, что ты хочешь и дальше жить под неусыпным оком Арнольда.
– Какая разница, чего я хочу, а чего – нет. Мне придется вернуться. Придется столкнуться со всеми последствиями своих поступков. Не забудь, мне предстоит встреча с Ларой и Арнольдом. Не могу же я оставлять их в своем доме, как будто он со всем имуществом принадлежит им. Есть люди, которые зависят от меня и от моих решений. Даже если меня ждет позор, я должна вернуться и заниматься своими делами и… и объясниться с королевой.
Марк оценил мужество Порции, более того, он понял, что ей действительно надо вернуться. Но только не сейчас. И видит Бог, не одной! Она хочет вычеркнуть его из своей жизни, но он решил сделать еще одну попытку.
Подступающий туман почти скрывал их друг от друга.
– Значит, мы должны встретить все эти неприятности вместе. Тебе незачем быть одной, Порция.
– Но ведь я одна, – чуть слышно отвечала она. Марк взял ее за руку и повел к дверям Давелл-Холла.
– Ты забыла, дорогая, что я похитил тебя.
– Нет, я сама попросила тебя увезти меня. Именно так я и скажу, когда вернусь в Лондон.
Значит, она полагает, что может взять на себя ответственность за его действия? Будет Порция-мученица? Марк рассердился:
– Ни в коем случае. Я запрещаю.
Он смотрел на нее таким знакомым взглядом. Пожалуй, лучше бы он был одет. Вот он стоит, ноги широко расставлены, руки на бедрах, перепачканная тиной кожа блестит от влажных капель тумана.
Ей, светской даме, следовало бы испытать отвращение, возмутиться. Любая другая приличная дама так бы и сделала. Наверное, она, Порция, слеплена из другого теста, потому что этот его вид вызывает в ней не гнев, а влечение, которому невозможно противостоять. Когда она поцеловала его в грудь, потребовалась недюжинная сила воли, чтобы потом отстраниться, а не припасть к нему снова, не вцепиться в него со всей своей страстью.
Конечно, она сама виновата. Когда они с Хетти поднялись на колокольню, она тут же отыскала глазами Марка, который работал со своими людьми у канала. Голый до пояса, он, как пират, размахивал длинным багром. Порция нечасто встречала джентльменов в таком виде. От этого зрелища сердце ее удвоило свой ритм.
Она слышала о великосветских дамах, которые предпочитают любовные утехи со слугами и простолюдинами, но никогда не думала, что сама способна испытывать подобные чувства. Или все дело в том, что это Марк? Он один способен превращать ее кровь в огонь.
Его глаза, скорее золотистые, чем карие, смотрели, казалось, в самую глубину ее души, читая все потаенные мысли.
– Порция, любовь моя, ты ведь здесь пленница. Я могу никогда не отпустить тебя в Лондон.
О Боже! Ей следует прийти в негодование от такой дерзости. Такие слова мог бы произнести Арнольд. Но вся разница была в том, что сейчас их произносил Марк. Разговаривая с Арнольдом Гиллингемом, Порция никогда не теряла над собой контроль. А сейчас ей хотелось забыть обо всем и сдаться на милость победителя, но она решила удерживать крепость, насколько хватит сил.
Марк рассказывал ей о своих мечтах тоном, который тронул ее сердце. Но неужели он не понимает: чтобы осуществить задуманное, ему нельзя связываться с ней? Скандал, который произойдет неизбежно, помешает ему создать себе доброе имя в Норфолке. Люди станут косо смотреть на него, уклоняться от встреч, а что касается избрания в парламент… Этого никогда не произойдет. Он закончит свои дни в одиночестве, всеми забытый и озлобленный.
Он возненавидит ее, а этого Порция не выдержит. Лучше расстаться сейчас. Пусть сейчас он не собирается ее отпускать, потребуется время, чтобы убедить его в необходимости такого шага… Надо искать компромисс.
– Я останусь здесь на неделю.
– На год.
– На две недели.
– На месяц.
– Марк…
На этом месте их прервали.
– Мерси говорит, что ваша ванна готова, миледи.
Хетти подошла сзади, они не заметили ее приближения. Сейчас она стояла, с суровым видом сложив руки на груди.
– Мы продолжим этот разговор позже, – сказала Порция, давая понять, что она не сдалась, а он не одержал победу.
– Всенепременно, – с шутовским видом откликнулся Марк. – Насчет «позже» я не возражаю. У тебя или у меня?
