в сумерках. Расположились на ночлег. Временно командующий Уральским стрелковым полком подполковник Бурмистров шел поздно вечером от начальника отряда к себе, как вдруг перед ним выросли два каких-то всадника. «Где штаб?» – спрашивают они подполковника Бурмистрова. «А вы кто такие?» – «Для связи от такого-то отряда», – и они назвали имя одного из красных партизан. Полковник не растерялся, быстро схватил винтовку и выстрелил в упор в одного из всадников; тот упал с коня. Другой пытался было удрать, но был своевременно схвачен выскочившими из домов белыми стрелками. Захваченные указали на хату начальника местной дружины. Каких-либо улик против него не было, и белые ограничились тем, что взяли этого начальника за бока и тот провел по избам своих подчиненных белый наряд. В результате в деревне белые отобрали у крестьян до 150 винтовок. Так как эти местные крестьяне не выступали против белых, всех их оставили на воле, и на станцию Шмаковка были отправлены только двое приехавших конных.
1 декабря в 18 часов 40 минут на ст. Евгеньевка генерал Молчанов отдал следующий приказ № 0126/оп:
«Начбриг Поволжской, Ижевско-Воткинской, начотряда 1-й стрелковой бригады.
Копии: генкварт Военморведомства и начбриг
1-й стрелковой.
I. Новых сведений о противнике в Штакор не поступало.
II. В развитие директивы № 0122/оп от 30 ноября приказываю:
1. Поволжской бригаде завтра 2 декабря к полудню перейти в район станции Муравьево-Амурская; 3 декабря оставаться на месте.
2. Ижевско-Воткинской бригаде завтра 2 декабря к полудню занять деревню Рождественку, а 3 декабря перейти в район станции Муравьево-Амурская.
3. Отряду 1-й стрелковой бригады завтра 2 декабря перейти в деревню Таращу, а если японовойск на станции Уссури не будет, то в поселок Верхне-Медведский.
4. Частям, сосредоточившись в непосредственной близости от противника, производить непрерывную интенсивную разведку.
5. Я решил атаковать противника в его насиженном месте ночью, дабы лишить его возможности использовать силу артиллерийского огня; глубокий обход с той же целью по гористой местности с нашим легким обмундированием считаю невозможным.
6. Завтра на участок корпуса ожидается прибытие нашего бронепоезда.
7. Связь по желдорожному проводу через станцию Муравьево-Амурская. Починку провода до этого пункта от ст. Прохаско возлагаю на Поволжскую бригаду.
8. Штакор и продартбазы к вечеру 2 декабря перейдут на ст. Уссури.
9. О получении донести.
Комкор генерал-майор Молчанов
Наштакор Генштаба полковник Ловцевич».
Так как генерал Молчанов, оставивший за собой руководство движением обеих колонн, вечером 1 декабря все еще продолжал оставаться в Спасске, фактически объединять колонн он не мог. Обстановка в районе Имана была для белых совершенно неясна, силы противника неизвестны, да, наконец, за трое суток (с вечера 30 ноября до утра 3 декабря) он мог свободно сосредоточить под Иманом целиком 5-й и 6-й полки и батарею, что дало бы красным до 1500 штыков при 4 орудиях и 2 бронепоездах. Каждая из белых колонн по отдельности равнялась приблизительно двум третям общей численности красных. Отсутствие у белых орудий сильно изменяло эту пропорцию в невыгодную для белых сторону. Кроме того, при движении, согласно приказу генерала Молчанова, белые колонны должны были бы разойтись верст на двадцать, имея между собой железную дорогу, находящуюся под контролем красного бронепоезда. Все это должно было бы затруднить и усложнить продвижение белых к Иману. Наконец, в случае даже благополучного подхода белых колонн в Иманский район было бы весьма затруднительно достигнуть одновременных действий при ночной атаке. Основываясь на вышеприведенных доводах и находясь под впечатлением от только что закончившегося пятичасового беспокойства (обстрел частей Поволжской бригады красным бронепоездом), генерал Сахаров счел более целесообразным производить дальнейшее движение к Иману по верхней, то есть проходящей к востоку от железнодорожной линии, дороге. Здесь красный бронепоезд, в силу удаленности полотна железной дороги, не мог чинить многочисленных задержек продвижению белых. В случае же встречи белых с главными силами красных у первых был перевес в силах.
В ночь с 1 на 2 декабря красный бронепоезд отошел на север, и утром 2-го свободная от противника ст. Прохаско была занята разъездом белых. Из поселка Буссе Поволжская бригада выступила в 5 часов 30 минут и часам к 9 подтянулась на ст. Прохаско. Ижевске-Воткинская бригада, ночевавшая в д. Тангинская, 2 декабря двигалась по маршруту, указанному ей приказом, – через д. Пантелеймоновка на д. Тереховка, которую она заняла к вечеру того же дня. Следует указать на то, что показания генерала Сахарова расходятся с показаниями полковника Ефимова, именно: генерал Сахаров говорит, что утром 2 декабря он, то есть генерал Сахаров, встретился с полковником Ефимовым на ст. Прохаско и по обсуждении с последним обстановки обе колонны соединились в одну и полковник Ефимов вошел в подчинение к генералу Сахарову. В дальнейшем было решено двигаться одной общей колонной по мотивам, указанным выше. Об этом решении и схеме дальнейших действий генерал Сахаров донес генералу Молчанову. Полковник Ефимов по этому поводу заявляет, что Ижевско-Воткинская бригада к ст. Прохаско не подтягивалась, через эту станцию не шла, а сам полковник Ефимов там не был и с генералом Сахаровым не виделся, с ним ни о чем не совещался и колонны в одну не сводились. Как бы там ни было, но на ночь Поволжская бригада расположилась в д. Невская, а Ижевске-Воткинская – в Тереховке.
Выступая на север, генерал Сахаров оставил на ст. Уссури до прибытия туда штаба 3-го корпуса для связи с генералом Молчановым своего начальника штаба – Генерального штаба полковника Попова. При полковнике Попове находилось четыре чина штаба бригады, а для охраны желдорожного моста в пос. Верхне-Медведском расположился один эскадрон воткинцев.
После прохода на север эшелона 1-го кавалерийского полка к полковнику Попову явилась депутация от казаков Донской станицы с национальным флагом и просила поднять этот флаг над зданием станции. Просьба казаков была выполнена. Затем из Спасска было сообщено, что японцы намереваются выслать бронепоезд в целях «выяснения» создавшегося положения в районе ст. Уссури и для разоружения русских вооруженных отрядов, если таковые находятся в запретной зоне. Действительно, около 16 часов с юга показался бронепоезд. При его приближении к станции командир эскадрона, охранявшего мост, согласно имевшимся у него директивам, на рысях увел эскадрон, дабы японцы его не разоружили. Таким образом, на ст. Уссури осталось только пять белоповстанцев. После ухода на юг японского бронепоезда, пробывшего на станции около получаса, к полковнику Попову явилась делегация от жителей села Лутковского. Во главе ее был член местного совдепа. Они сообщили полковнику Попову о том, что в селе все еще находится около пятидесяти вооруженных красных милиционеров, попрятавшихся по домам во время захвата белыми селения и не обнаруженных
