— За полста верст? Это где ж испанцы такую пушку раскопают? Вот я удивлюсь-то!
Вышедший наружу вестовой пригласил всех участников совещания в штаб, и оба собеседника прервали свой разговор. Стремясь остаться незамеченным ими, Ракутин, как только увидел открывающуюся дверь, быстро отошел со своего места в сторону и оттого не слышал окончания беседы.
Надо полагать, что, как минимум, по телефону Ксанти всё-таки позвонил. И полученный ответ его очень сильно не устроил. Но внешне полковник старался никак этого не показывать. И только хорошо знавшие его люди смогли заметить его изменившееся поведение.
— Ну что ж, товарищи, в связи с последними изменениями, в операцию будут внесены соответствующие коррективы. Надеюсь, Михаил Владимирович не откажется должным образом проинструктировать бойцов? — вопросительно посмотрел он на подрывника.
Тот смущенно глянул на гостя.
— Прошу меня простить, сеньор полковник, но в чём, собственно, состоит ваша задача? — неожиданно вмешался в разговор франт.
— Э-э-э… у вас ведь и своя задача имеется, товарищ…
— Александр.
— Товарищ Александр. Да! Так вот, с в о ю работу мы уж как-нибудь и сами сделаем!
— Ну не надо так сурово на меня смотреть, сеньор полковник! Я просто выполняю указание своего… и вашего, кстати, руководства. Полагаю, ничего страшного не произойдёт, если вы поделитесь со мною поставленными перед вами задачами. Как я понимаю, вы должны взорвать мост?
— Правильно понимаете.
— Очень хорошо. Я, к большому моему сожалению, таковыми талантами не обладаю…
Полковник горько усмехнулся.
— … но некоторыми другими — так в полной мере! — голос гостя вдруг стал прямо-таки ледяным. — Сколько сил вами задействовано в операции?
— Непосредственно в атаке на мост — пятьдесят человек. Из них — тридцать человек несут взрывчатку. Рота капитана Дорна обеспечивает огневое прикрытие на тот случай, если противник заметит атакующих раньше времени. Отделение товарища Родригеса — непосредственное прикрытие при минировании.
— Отлично. Время атаки?
— Четыре часа утра. Послезавтра. Сегодня сбор — и выход. Завтра подходим к мосту и утром — атака!
— Угу. Понятно… вы позволите мне воспользоваться вашим телефоном? И… пожалуйста, не планируйте п о к а ничего конкретного, хорошо?
— Сделайте одолжение! — Ксанти указал рукою на дверь. — Телефон — в той комнате.
Гость кивнул и почти бесшумно выскользнул за дверь. Однако… ну он и ходит!
Полковник побарабанил пальцами по столу и задумчиво посмотрел на Сиротина. Хотел что-то сказать, но так и не произнёс ни одного слова.
Гость отсутствовал минут пять. Когда же он вернулся, вид у него был несколько возбуждённый.
— Сеньор полковник, я полагаю, вы можете отпустить сеньора капитана. Мне кажется, что его участие в данной операции не потребуется.
Ксанти удивленно посмотрел на франта.
— Товарищ Дорн! Обождите меня … в той комнате.
Когда за капитаном закрылась дверь, Александр посмотрел на Ракутина.
— Сколько человек в вашем отделении?
Алексей вопросительно посмотрел на полковника. Тот, поколебавшись, кивнул.
— Двенадцать. Вместе со мной.
— Постройте их во дворе.
Уже закрывая за собою дверь, Ракутин услышал возмущенный голос Ксанти.
— Быть может, вы соизволите объяснить мне смысл происходящего?!
Александр медленно прошелся перед строем бойцов, внимательно разглядывая каждого.
— Кто-нибудь из вас говорит по-испански? В смысле — хорошо говорит? Поднимите руки.
Таковых оказалось восемь человек, включая самого Алексея.
— Шаг вперёд. А по-немецки?
Ещё трое, в том числе один из оставшихся на месте.
— Отлично. Все остальные могут быть свободны.
Проводив взглядом уходящих, он обернулся.
— Вы, вы и вы — постричься. Коротко, как положено по уставу. Вон там, в машине, — указал он на подъехавший недавно грузовик, — сидит пожилой мужчина. Это парикмахер. Он сделает всё, что требуется. Выполнять!
После краткого внушения полковника, никаких вопросов гостю не задавали.
А сказал Ксанти буквально следующее.
— Этот человек покажет вам кое-что, до чего мы пока не добрались в вашем обучении. Вопросов глупых не задавать, приказы исполнять беспрекословно и — мотать всё на ус!
Через полчаса, осмотрев свежеподстриженых бойцов, Александр удовлетворенно кивнул.
— У вас разносортное оружие. Почему?
— Кто чем лучше владеет, товарищ Александр, — ответил Ракутин.
— Ясно. Оружие — сдать! В том же грузовике получите другое — одинаковое. Пулеметчик и второй номер — выберите себе пулемет получше. Их должно быть несколько штук — посмотрите, что более знакомо. Всем — по три гранаты, сумки взять не забудьте! Далее. Там же, в кузове, отберете себе форму и обувь по размеру. Примерить, но на улицу в ней не вылезать! Вопросы? Нет? Исполнять!
Через час, опробовав тут же, на ближайшем пустыре, оружие, группа выстроилась во дворе штаба.
— Все готовы?
— Все, товарищ Александр, — ответил Алексей.
— Тогда — в грузовик!
Отъехав от деревни пару километров, машины (а гость ехал в своем 'Форде') остановились у обочины. Здесь уже поджидал их небольшой грузовичок, с сонным водителем за рулем. Побросав в его кузов излишки обмундирования, бойцы помахали руками вслед быстро уходящей машине.
После этого, франт распорядился построить отделение.
— Значит так, товарищи! Форму, что для вас предназначена, вы уже разглядели. Оружие — тоже. Всем всё ясно?
— Под немцев работать будем? — поинтересовался Левашов.
— Совершенно верно. Под них. Рекомендую тщательно освежить в памяти всё, что вы знаете о порядках в немецкой армии. Я отобрал для этой операции тех, кто внешне имеет шанс быть принятым за немецких солдат. Поэтому, у вас есть три часа, чтобы подогнать форму, и привыкнуть к ней. Пробегитесь туда-сюда, даже проползите немного — она не должна выглядеть новой. Чистой — да, но не только что выданной со склада. Более подробный инструктаж я проведу чуть позже. Разойдись!
Распустив бойцов, Александр придержал за руку Ракутина.
— На минутку…
Отойдя в сторону, они уселись на придорожный валун.
— Удивлены? — франт вопросительно посмотрел на Алексея.
— Откровенно? Да. И многое мне непонятно.
— Я заметил, как вы на меня смотрите, — кивнул собеседник. — Нам работать вместе, поэтому хочу сразу устранить все неясные моменты. Расставим точки над 'i' — я прибыл сюда из Москвы, по личному указанию наркома НКВД. Ваш командир читал мои документы и проверил мои полномочия — звонил своему руководству. Так что, надеюсь, этот вопрос вам понятен?
