– Жестоко, – сказала я, пока мы осторожно проходили между сталактитами и сталагмитами, почти соприкасавшимися друг с другом. Когда мы прошли через гигантские образования, пещера вывела к зеленым опорам из кустарника по обеим сторонам, резко сворачивающим и указывающим о том, что теперь мы в лабиринте. – Так она хочет тебя в качестве игрушки?
– Можно и, так сказать. Она не позволяет мне привязаться к женщинам. Если все заходит дальше кормления, они умирают. Я не могу доказать ее причастие, но почему женщина-Фейри полностью прошедшая Переход просто умирает ничем не болея?
– А ты уверен, что не истощил их души? – спросила я. До меня долетали слухи, что Демоны питаются от душ и, если они полностью насыщаются от кого-то одного, это существо не выживает. Кроме того, не перерождается.
– Я очень аккуратен во время кормления, Цветочек. Уже давно выучил этот урок. Жестоким путем. И я не кормился, когда эти женщины умерли. В последнее время Дану сосредоточилась на этом вопросе и я не уверен зачем и не знаю, как справиться с этим. Как и не уверен почему рассказываю все это тебе, – произнес он, косясь на меня.
– Потому что мы – друзья, Демон. Так поступают друзья: выслушивают проблемы и помогают найти решение, – вступила я и развязно улыбнулась Ристану.
– Хм… Большинству людей не нравятся Демоны и они им не доверяют, – просто ответил он.
– Я не встречала других Демонов, чтобы составить мнение, но тебе следует признать, что у них не слишком хорошая репутация. Но ты, ты вырос в моих глазах, как гриб под дождем. – Я улыбнулась, когда он многозначительно фыркнул. – Многие кормясь – убивают. Ты нет. Ты – другой, и хоть я и планировала ненавидеть тебя, решила мудро выбирать сподвижников. Я во многом ошибалась. Например, в Райдере… я никогда не планировала вынашивать его детей… стать толстой. И все же, вот она я, иду по лабиринту в царстве Фейри, ждущая от него двойню, сражаясь за мир, который всего пару месяцев назад с удовольствием помогла бы разрушать.
– Полагаю, жизнь – забавная штука. Сейчас ты знаешь, что нужно делать, а через минуту сражаешься с тем, чего не видел, – произнес Ристан и у меня возникло ощущение, что он имел в виду видения.
– Как считаешь, видения Дану дар или проклятье?
– Проклятье. Определенно проклятье, потому что половина видений, которые она мне скормила, бесят бдительность, и даже при их точности, я вполне уверен, что они просто ради выноса мозга. Другие, полагаю, чтобы честно помочь в спасении Царства Фейри. Она не может напрямую вмешиваться, поэтому помогает иначе, – ответил Ристан. – В основном, чтобы запустить череду событий и позволить свободной воле доделать дело. Видение о тебе, передающей ребенка Адаму, привело к тому, что Райдер пожертвовал тобой ради спасения Царства Фейри, да, я заметил ее упоминание о том, что Райдер сделал это и, что это – часть ее схемы, дабы показать, готов ли он принести в жертву свои желания ради нужд Фейри. Посмотрим, что еще? Тебя забрали в Кровавые Земли, вернув родителям и выяснив, что ты Кровавая Принцесса, чтобы отдать Королю Орды. Ты знала, что Райдер чуть не убил меня, когда я поделился этим видением? Но, что довольно типично, Дану добивается своего, трахая мой мозг, но по-прежнему придерживаясь правил, – проворчал он.
– Не могу представить, что после этого ты остаешься в здравом уме.
– Кто сказал, что я здравомыслящий? – со злобной ухмылкой язвительно заметил Ристан.
– Ладно, в основном в здравом уме, – поправилась я.
– Дерьмо, – сказал Ристан, встав как вкопанный на первом перекрестке. Дорога расходилась на три пути, а на зеленой траве лежал кусок пергамента, на котором было нацарапано несколько слов. Демон с осторожностью поднял его. – Загадки, ненавижу загадки, – проворчал Ристан, качая головой. – Почему бы не послать Минотавра [5] или может Девида Боуи [6] и Маппет Шоу [7], чтобы запутать нас?
– Вероятно, потому что именно этого ты и ожидал бы? – рискнула я, на что он рассеяно кивнул.
– Налево – всего лишь видимость удовольствия. Направо – лишь видимость ужаса. А третий – самый простой из всех. Мудро выбирайте, потому что лишь один путь ведет к тому, куда вы так стремитесь, – прочитал Ристан.
– Это написано на заколдованной бумаге? – спросила я, испытывая зуд в пальцах от желания прикоснуться к пергаменту.
– Да, потому что даже сейчас твои пальцы подергиваются от желания прикоснуться к нему. – Он указал на мои руки и, естественно, я хотела схватить магическую бумагу.
– Подлый ублюдок, – проворчала я.
– Подлая Богиня, мне нравится больше, – поправил Ристан, положив пергамент обратно на землю. – Итак, удовольствие, ужас или легкий путь? – спросил он.
– Ужас, – ответила я после минутного колебания.
– Звучит прекрасно, – произнес он.
– Удовольствие – это начало чего-то. Если мы пойдем по этому пути, вероятно, окажемся в аду. Легкий путь – наивероятнейший выбор, но так как мы имеем дело с Дану, я не собираюсь заглядывать туда и убить кого-либо из ждущих нас. Не многие изберут путь ужаса, поэтому мы идем туда.
– Держи меч наготове и будь за мной. Но поближе, Цветочек. Мне нравятся мои яйца именно там, где они находятся.
– Идёт, – сказала я и улыбнулась своей мысли.
– Что смешного? – спросил он через мгновение.
– Я подумала, что мне не надо быстро бежать, если мы попадем в беду. Просто нужно бежать быстрее тебя.
– Шутница, – улыбнулся он, но не отрывал взгляда от избранного нами пути.
Все изменилось, когда мы забрались глубже в лабиринт. Здесь было хуже, чем в комнате ужаса. Небо заволокло серыми тучами, от громкого раската грома у нас клацнули зубы. Высокий кустарник лабиринта превратился в опасно-выглядящие кусты терновника, ветви которого извивались и опутывали нас.
Ристан зашипел и разрубал толстые шипы, которые закрывали путь.
– Ужас, возможно, неправильный путь, – произнес он, когда еще несколько ветвей преградили нам дорогу.
– Только он не звучал заманчиво. Я научилась никогда не идти по легкому пути чего бы то ни было, так как в итоге всегда кто-то умирал. Удовольствие, не пойми меня неправильно, мне нравится, но я не пойду по пути удовольствия с тобой или Богиней.
– Тоже верно, – сказал Ристан со слабым смешком прежде, чем начать рубить очередную лозу.
Кажется, мы несколько часов пробирались по пути, пока наконец, не достигли другой развилки, у которой лежал очередной кусок пергамента. Мы остановились на некоторое время, и я была вполне уверена, что так Ристан решил убедиться, что я отдохнула. Он не торопился прочитать написанное на листке.
