Тогда я бы нагнул ее и трахал изо всех сил, но сейчас Син нужна нежность, поэтому я двигался медленно, ожидая, когда она станет готовой для меня. Она должна знать, что нужна мне в моем мире. Меня учили скрывать чувства, а к ней их слишком много. Трудно контролировать желание высказать их, как какому-то одурманенному глупцу.
Я прижал ее руки к нежной коже округлившегося животика. Она не отрывала от меня взгляда, но недолго. Я послал магию к ее сладким лепесткам, которые еще сильнее увлажнились от желания. Свободной рукой, я раздвинул ее плоть и ввел один палец.
– Ты такая влажная, – произнес я и наблюдал, как она двинула бедрами, заставляя мой палец проникнуть глубже. – Чего ты хочешь? – я хотел услышать мольбу из ее уст, чтобы она просила дико отрахать ее.
– Тебя, Райдер. Мне нужен ты, – выкрикнула она, когда жар разлился по всему ее телу, а соки возбуждения увлажнили мой палец.
– Пока нет, – сказал я, посылая магию по ее обнаженной плоти, целуя и облизывая, пока ее тугое лоно не сжалось. Я наклонился, к розовой плоти и начал кормиться от сладкого естества, как изголодавшийся мужчина на пиршестве, который не мог насытиться.
Син вскрикнула, и я жестче прижал язык, добавляя к первому пальцу второй, а затем и третий. Потом послал еще больше магии в ее тело. Её соски затвердели, когда я заменил рот магией. Она еще шире развела ноги, открывая мне больше пространства своей сладкой плоти.
Я одобрительно зарычал, когда Син начала двигать бедрами, принимая все глубже в свое лоно мои пальцы. И здесь я заменил свой рот магией. Я сел на колени и смотрел, как Син трахает лишь мой разум.
– Умница, – прорычал я, обхватив свой член и жестко его поглаживая.
Она перевернула мою гребаную жизнь сладкими чёртовыми звуками и соблазнительным взглядом выразительных глаз, когда ослабляла контроль для моего полного доминирования. Я наслаждаюсь тем, что она позволяет мне брать полный контроль над ее разумом и телом. Я ощущал приближение ее оргазма, но не давал ей кончить. Отзывая каждый раз магию, когда Син приближалась к освобождению. Каждый раз я чувствовал, как она приходит в себя, и я снова толкал ее в это состояние, наблюдая, как ее глаза наполняются голодом и загораются сдерживаемой страстью. Я убрал пальцы и позволил своему магически созданному члену войти в ее нежное лоно, заполняя до самого предела.
Она не представляла, как заводит меня, принимая мою магию. Зверь взбодрился, и с одобрением наблюдал, чтобы с моего позволения, добавить магии.
– Ты сейчас выглядишь охренеть, как соблазнительно! Такой чертовски доступной, Питомец!
Она неистово застонала в преддверии оргазма, не в состоянии связно говорить. Именно такой Син мне нравилась. И хотя я в восторге от ее дерзкого гребаного ротика, больше наслаждался ее криками и воплями во время оргазма. Я наклонился и продолжил ласкать языком ее сладкую плоть, так что соки возбуждения после моих ласк увлажнили ее сильнее.
Еще один крик сорвался с губ Синтии и я торжествующе улыбнулся. Она моя. Моя маленькая шалость в постели. Сабмиссив для моего внутреннего "диктатора". Она вышла из прекрасной маленькой раковины и получила от меня все. Моя вселенная. За пределами кровати – прекрасная королева для своего короля, но здесь, в простынях ситуация непредсказуема. Здесь, мы сошлись в одном – ее подчинение моему абсолютному контролю.
Я надавил пальцем на вход в наглую попку Син и она замерла. Я отстранился и встретился с ней взглядом, она наклоняется, и тогда я атакую её магией, делая беспомощной и расслабленной. Я вошел в ее попку медленно и в тоже время достаточно быстро, чтобы Синтия не осмыслила моих действий. Все ее тело дрожало от смеси шока и трепета.
Я наполнял ее, пока она не сжала меня также, как и тугое лоно. Я убрал палец, заменяя его магией. Она закричала, пока магия наполняла ее сзади, но в тот же миг я наполнил ее нежное естество членом. Стремительно, но осмотрительно, помня о магии, которая берет ее сзади.
– Твою же мать, ты идеальна. Ты – мой гребаный мир! – я позволил словам слететь и тотчас захотел их забрать. Я не мог позволить себе показать слабость. Слишком усердно трудился, чтобы достичь всего ради спасения своего мира.
Я изменил направление своих мыслей и спросил, чего хочет Син, которая застонала и закричала, раздвигая ноги шире, а ее попка двигалась под воздействием магии. Черт! Такая узкая, просто потрясающая. Такая влажная и уже готовая кончить для меня.
– Хорошая девочка, вот так, позволь мне войти. Позволь мне наполнить тебя, – прорычал я, еще на несколько дюймов глубже проникая в тугую нежность, стараясь наполнить Син так, чтобы она кричала от смеси удовольствия и боли.
– Скажи мне чего ты хочешь, – потребовал я, задумываясь, уловила ли она, что мой голос сорвался? Но последующий ответ сразил меня.
– Трахни меня, потяни за волосы, и прошепчи непристойности, от которых я дрожу в нетерпении, Райдер, а затем трахай, как пожелаешь. Трахай будто я – воздух, необходимый тебе для жизни. Не хочу быть твоим миром, а хочу стать любимой частью мира.
Я задрожал от гордости, двигая членом в ее тесных ножнах. Выйдя из ее тела и отозвав магию, я увидел, как она дрожала от вожделения. Я осторожно перевернул Син, и опустил на подушки придерживая за голову, а другой рукой приподнял ей задницу и раздвину ноги. Ее кожа блестела от пота, а лоно пропиталось соками возбуждения.
– Тебе нравится грубо, – прорычал я, когда она попыталась подняться на руках. Оскалившись, я отпустил ее голову, чтобы схватить руки и завести ей за спину. Я прижал их рукой к пояснице и отпустил магию, позволяя ей войти в ее попку, пока сам толкаюсь членом в нежную сердцевину.
Син закричала, и я резко проник в ее сладкое лоно налитым членом.
– Вот так! Возьми его, хорошая девочка! – подбодрил я, ощущая все: ее задницу, нежное лоно и ее приближающийся оргазм. Намотав волосы Синтии на руку, я потянул, поднимая голову к себе. – Тебе нравится мне подчиняться?
Она застонала, но в выдохе можно было разобрать "да".
Я смял ее губы в жадном, требовательном поцелуе и Син позволила это.
– Тебе нравится ощущать мой член внутри своей нежной плоти?
Она выкрикнула очередное "Да"
– Тогда кончи для меня, покажи, насколько тебе это нравится. Кончи быстро и сильно, чтобы я мог трахать твою нежную плоть жестче. – Я отпустил ее руки и волосы, наблюдая, как она растянулась на кровати. Черт! Син – богиня! Она подняла задницу, встречая каждый мой толчок. Она содрогнулась от страсти, и взорвалась, сотрясаясь и покачиваясь от силы освобождения. Ее лоно стало скользким и, прежде чем я смог остановиться, взорвался сам внутри нее, питая ее своим освобождением.
