обвиняла, Полина, но давай будем говорить откровенно, окей? Ты же сама знаешь, что сильно изменилась, после смерти наших родителей.
Ловлю еще один ступор, а боль проходится по давно зажившей, но все равно вечно ноющей ране.
Я резко поворачиваюсь и отрезаю.
— Нет, это я обсуждать не буду!
Быстрым шагом иду в сторону выхода, но Вита не сдается. Она идет следом и продолжает.
— Я тебе говорила это миллион раз, Поль. Тебя же как заморозило, и ты это знаешь! Ты знаешь! Почему? Это не из-за того, что их не стало! У тебя в голове что-то перещелкнуло, что?! Скажи хотя бы мне, ты же с ним не хочешь разговаривать! А это нужно, Поля! Без разговора отношений не бывает!
Выхожу на парковку, и я правда не собираюсь продолжать этот разговор, но последняя реплика меня возмущает до предела. Опять поворачиваюсь, да так лихо, что сестра почти налетает на меня.
— Блин, Поля, ну что…
— Отношений не бывает?! Да какие у нас могут быть отношения?!
— Нормальные и здоровые, как раньше, если ты прекратишь дурить и поговоришь с ним!
— Ты себя слышишь?!
— А ты себя?! Господи, да хватит бегать уже! Ты его любишь! Ты любишь Яна и никуда ты от этого не скроешься!
Хочу опровергнуть, да только слов не нахожу. Тяжело дышу и сверлю ее взглядом молча, а она вдруг улыбается мне мягко и делает шаг навстречу, потом сжимает мои предплечья и кивает.
— Я понимаю, почему ты его так любишь. Ян почти двадцать лет был идеальным мужем. Он никогда на тебя не орал, никогда тебя не бил, никогда тебя не притеснял. Он потрясающий отец, а еще очень любит тебя в ответ. Поверь мне, я точно знаю. Я это видела каждый раз, когда на вас смотрела. Пусть он скуп на слова, и да, меня это в нем дико бесило, но каждый его поступок — это маленькое признание. Ты помнишь? Помнишь, как он лично СШИЛ, Полина! Он сшил сумку для ребят, чтобы таскать их на груди и тебя разгрузить! Помнишь, как он мчал домой, забивая на все посиделки с друзьями? Лишь бы не оставлять тебя с близнецами дольше, чем это необходимо? Как он после работы брал их себе, чтобы ты могла заниматься своими делами? Ночью вставал, чтобы ты могла поспать! Да господи! Где таких мужиков взять-то?
С глаз срываются слезы.
Я не знаю, где их взять. Правда, не знаю. Ян действительно был идеальным отцом и мужем. Да, он был скуп на слова, но каждый раз, когда у меня что-то не получалось, он мягко улыбался, обнимал и утыкался мне в волосы носом со словами: ничего страшного, малыш. Попытайся еще раз, у тебя все обязательно получится.
И получалось! Не поверите, но получалось, когда я чувствовала рядом его руку и могла позволить себе опереться на его спину.
— Поль, не было между ними ничего.
— Может быть, он специально все это устроил, потому что знал, что ты слушаешь.
Она тихо усмехается и шепчет.
— Ты знаешь, что это не про Яна. Он на такие хитрые шаги неспособен.
Неожиданно, но я тоже усмехаюсь. Это ведь правда. Ян — прямолинейный. Он из тех мужчин, которые искренне не понимают намеков. С ним всегда надо без игр, в лоб, так сказать.
— С каких пор ты так защищаешь Яна? Ты его терпеть не можешь.
— Ну…это не совсем так.
— Давно ли?
— Да с тех пор как он похлопотал за меня в Америке. Точнее…кхм, ты же помнишь, после того как он об этом объявил, мы поехали в магазин?
— Не помню.
— А мы поехали и поговорили. После того разговора…я…эм…пересмотрела свое отношение.
— Да ну?
Вита пару мгновений смотрит мне в глаза, а потом вдруг щурится и тихо спрашивает.
— Могу еще кое-что сказать? Чтобы…ну, прям честной быть до конца?
Напрягаюсь.
— М…можешь?
— Поль, только обещай на меня не злиться.
— Сначала скажи, а потом посмотрим.
Этого, конечно, до безобразия мало в ответ на такую просьбу, но Вита понимает, что это максимум, на который я готова пойти. Или же…тайна, которую она собирается мне открыть, слишком серьезная и слишком тянет ее назад, чтобы дальше молчать.
— Короче…мое отношение изменилось задолго до того, как случился тот разговор.
— Насколько «задолго»?
— С вашей свадьбы.
Леденею.
— Вита…я не понимаю…
— Ты же…эм…ты помнишь, что он мне не нравился тогда…ну, по-настоящему?
Помню. Вита его буквально ненавидела! Все шипела, когда он приходил: опять приперся, черт рогатый!
Твою мать. Что ты сделала.
— Вита, что ты сделала?
— Я тогда…меня занесло сильно. Очень сильно, Поль. Я была уверена, что он тебе непременно станет изменять и разобьет твое сердце! И я…
Смотрю на нее и страшно становится уже всерьез.
— Ты…пожалуйста, не говори, что ты тоже с ним переспала…
«Нам нужно поговорить»
Полина
Вы
Нам нужно поговорить. Срочно!
Это все, что я написала Яну, когда приехала к его дому, где он теперь обитает.
Ни разу здесь не была.
Он купил эту квартиру на случай, если к нему приедут важные партнеры из другой страны или из другого города. Теперь же я думаю, а не спланировал ли он все заранее? Что бы было куда уходить?
Так, стоп. Не думай об этом! Не думай…не накручивай.
Прикрываю глаза и слегка киваю самой себе.
Нельзя.
После разговора с сестрой меня накрыло с головой спектром совершенно разных эмоций от безумной радости и теплоты до горького разочарование. Внезапно скрытая правда многолетней давности стала для меня неожиданностью. Да, я знала, что моя сестра не одобряет моего выбора. Ян ей
