твоя мама пропала?
– Четыре года назад. Просто ушла на работу, как обычно, и не вернулась. Единственное, что я смогла узнать: что якобы ее д’Акирова отправила на поиск каких-то особо важных ингредиентов для создания артефактов, и после этого ее не видели. Но Сабрина сказала, что в тот день мама вообще не вышла на работу…
– Я проверю, – кивнул Бестиан, делая пометки в блокноте. – Чем твоя мама вообще занималась?
– Артефактор с навыками целителя, несколько лет работала в команде д’Акировой.
– Она могла заниматься чем-то противозаконным?
Я задумчиво пожевала очередной блинчик со сгущенкой и пожала плечами.
– Не знаю, честно. Я ничего такого не знаю, но в подобных ситуациях ничего нельзя исключать, верно? Может, ее втянули во что-то противозаконное помимо ее воли, нельзя и такое исключать.
– Нельзя, – согласился Бестиан, делая очередную пометку. – А сестренку твою где в последний раз видели перед пропажей? Сестренке вообще сколько лет?
– На два года меня младше.
– То есть, она тоже в академии обучалась?
Я смущенно покачала головой.
– У Ули не было никакого магического дара, она училась в школе для простых людей. Вернее, она была отправлена в интернат, где училась на неделе, а на выходных мама забирала ее.
– А мама твоя пропала в какой день недели?
– Утром в пятницу.
– То есть в тот день, когда твою сестричку надо было забрать на выходные, – задумчиво протянул Бестиан, делая следующие пометки в блокноте.
– Ну да, только мама утром пропала.
– А сестренка при каких обстоятельствах исчезла и когда?
– Днем в пятницу. Якобы просто ушла погулять как обычно после занятий и не вернулась вечером в интернат.
Бестиан нахмурился.
– Любопытно…
– С учетом новой информации от Сабрины, я теперь и сама думаю, что мама за сестрой поехала, и с ними обеими что-то случилось, – вздохнула я. – Мне-то следственный комитет иначе информацию представил: что мама по работе уехала и не вернулась. А что сестренка куда-то ушла гулять и не вернулась – с этим никак не связывали. Мне вообще намекали на то, что ее какая-нибудь нечисть в лесу сожрала.
– Так, может, так и есть? – печально улыбнулся Бестиан. – К сожалению, такие случаи действительно бывают.
Я помотала головой и достала из-под рубашки простенькую подвеску со светящимся камнем.
– Этот артефакт мама дала мне незадолго до своего исчезновения. Его теплая пульсация позволяет мне знать о том, что мама жива. И сестренка тоже – у нее аналогичная подвеска-артефакт имеется. И благодаря этой штуке я знаю, что мама не покидала пределы Искандера.
– Магия крови? – с уважением спросил Бестиан.
Я кивнула.
Бестиан подался вперед, чтобы получше разглядеть светящийся изнутри камушек.
– Хм-м-м, как интересно… Никогда не видел таких искусных вещиц…
– Мама сама смастерила.
– Я так и понял. Мне бы отнести эту штуковину и показать ее профессору Дарбету, чтобы он в своей артефакторной лаборатории изучил эту подвеску и попытался понять, можно ли через нее как-то выйти на прямой след твоей мамы…
Я упрямо помотала головой.
– Подвеску тебе не отдам, даже в угоду расследованию, прости. Пусть Дарбет при мне артефакт изучает. Вот и официальный повод для встречи с ним, так сказать.
Бестиан усмехнулся.
– Ну ладно, будь по-твоему. Позже организую вашу встречу, в любом случае. А можно мне сейчас посмотреть поближе? Я все-таки постоянно контактирую с Дарбетом и помогаю ему разрабатывать артефакты, это не пустой звук для меня.
Я помедлила, но всё же сняла подвеску и протянула ее Бестиану.
Он бережно взял ее в руки, достал из кармана странный фиолетовый монокль и начал через него разглядывать подвеску.
– Какая удивительно красивая работа, – восхищенно пробормотал Бестиан. – Чары переплетены в потрясающее тонкое кружево…
– А какой он, этот профессор Дарбет? – спросила я. – Как думаешь, он может быть причастным к пропаже моей мамы? Сабрина на это намекала…
– Исключено. Он трудоголик, фанатик своего дела, работает чуть ли не сутками напролет, ему нет дела до подобных скользких интриг.
– Ну так фанатики как раз и способны на самые сумасбродные безумства, – хмыкнула я.
Но Бестиан покачал головой.
– Да делать больше нечего Дарбету, что ли? Нет, он не такой человек, я в нем уверен.
– А если им какая-то нечисть овладела, и это как бы не совсем он уже действует?
– Я бы узнал об этом в числе первых. Не забывай, что я Хозяин нечисти. Такие вещи мимо меня пройти не могут.
– Но Сабрина…
– Если бы я с ней работал постоянно, я бы быстро почуял засевшую в ней нечисть, любую.
Он помедлил секунду и неохотно признал:
– Ну разве что кроме киёрса.
Я нахмурилась, припоминая слова Бестиана на лекции.
– Это та нечисть рэмма-уровня опасности, которую ты не можешь контролировать?
– Да. Они внешне выглядят, как обычные люди, их очень сложно обнаружить, нужно дождаться определенных условий, чтобы киёрс проявил себя.
– А в чем трудность влияния на них?
– На любую искусственно выведенную нечисть влиять намного сложнее, чем на нечисть, рожденную изнанкой мира. Не невозможно, но сложнее настолько, что за одну попытку подавить волю одной такой нечисти я расплатился истощением магии на целую неделю, что критично опасно для меня.
– Почему? – удивилась я. – Магическое истощение – штука неприятная, конечно, но не такая уж критичная, если она восполняемая.
– Дело в моем даре, – тихо произнес Бестиан.
Я непонимающе склонила голову набок.
– Твой бестиарий становится опасным, когда ты не владеешь магией?
– Раньше действительно было так, – кивнул Бестиан. – Нынче мой бестиарий так плотно напитан моей магией, что может некоторое время спокойно существовать без моей подпитки вовсе. Но проблема в первую очередь в другом.
– Хм? А в чем же тогда?
– Когда я не используюсь свой дар управления нечистью хотя бы пару дней, то у меня потом начинается болезненный откат, – грустно улыбнулся Бестиан. – Причём он настигает меня даже в те моменты, когда я физически не могу колдовать, а потом ко мне возвращается эта способность. При откате меня скручивает невыносимой болью, по ощущениям я бы сказал, что как будто сжимают поочерёдно все внутренние органы.
– Какой ужас, – искренне охнула я, прижав ладошку ко рту.
Бестиан развёл руками.
– Такова цена за мое могущество. Мне дано понимать нечисть и управлять ею, и я должен использовать свой дар на полную катушку. Можно сказать, что если я его не использую, то мироздание меня наказывает за бездействие.
– Ты поэтому завел свой бестиарий? – тихо спросила я. – Чтобы всегда под рукой были те, на кого ты постоянно можешь воздействовать своим магическим даром?
– Ну, я завел его и без этой нужды, мне просто с детства было интересно
