1905
Из песен Мальдуна
Верные челны, причальтеК этим унылым теснинам.Здесь, на холодном базальте,Черную ночь провести нам!
Ах! вам все снятся магнолийКупы над синим заливом, —Время блаженной неволи,Жизнь в упоеньи ленивом.
Ах! вам все помнятся, братья,Очи подруг долгожданных,Их огневые объятья,Тайны ночей бездыханных!
Полно! изведано счастье!Кубок пустой опрокинут.Слаще, чем дрожь сладострастья,Вольные волны нас ринут.
Кормы, качаясь на влаге,Манят нас к Новому Свету,Мы по природе — бродяги,Мы — моряки по обету!
Спите же сном беззаботным,Здесь, где я посох свой бросил:Завтра, чуть утро блеснет нам,Снова мы сядем у весел!
10–12 июля 1905
Прощание
Вот и ты, печальная, отчалилаОт моих безмолвных берегов.Солнце бледный твой венок ужалило,Солнце воды окропило золотом,Дали синие — перед тобой как зов.
Я один теперь под сводом каменным,Я один среди померкших скал.Что ж! Пойду в пещеру к верным молотам,Их взносить над горном жгуче-пламенным,Опускать их па пылающий металл.
Гулок стук. Со мной лишь гномы пленные,Злобные пособники мои,Да мои видения мгновенные,Да в мечтах последних — волны пенные,Рассеченные движением ладьи.
12 апреля 1904
Повседневность
Бродя по думам и влачась по дням.
Tertia Vigilia
Встреча
Ô toi que j'eusse aimée, ô toi qui le savaisl
Ch. Baudelaire («A une passante»)[18]
О, эти встречи мимолетныеНа гулких улицах столиц!О, эти взоры безотчетные,Беседа беглая ресниц!
На зыби яростной мгновенногоМы двое — у одной черты;Безмолвный крик желанья пленного:«Ты кто, скажи?» — Ответ: «Кто ты?»
И взором прошлое рассказано,7И брошен зов ей: «Будь моей!»И вот она обетом связана…Но миг прошел, и мы не с ней.
Далеко, там, в толпе, скользит она,Уже с другим ее мечта…Но разве страсть не вся испытана,Не вся любовь пережита!
29 сентября 1904
На улице
На людной улице, безумной и мятежной,Мы встретились на миг.Знакомый взор с какой-то грустью нежнойВ меня проник.
И мы вдвоем над зеркалом покатымДрожали не дыша.В нем отражалась призраком крылатымТвоя душа.
А я бескрылой, падающей теньюБыл рядом повторен.Как будто звал к последнему паденьюОтвесный склон.
И я ступил ногой за край открытый…Но мимо ты прошла,И встретил шаг лишь каменные плитыВзамен стекла.
11 января 1904
В публичном доме
Ходят и дерзко поводят плечами,Камнями, тканями, телом блестя,Бедрами, шелком шурша, шелестя…
«Что же, дитя, ты стоишь как во храме?Очи опущены, шея закрыта…Кто ты, дитя?»— «Я — Афродита!»
«Пенорожденная! Андиомена!К жертвам привыкшая Эроса мать,Здесь, где властители — купля и мена,Что тебе медлить? чего тебе ждать?»
«Всюду я, где трепет страстныйСвоевольно зыблет грудь.Вы бессильны, вы не властныТайну страсти обмануть!
Лгите зовом поцелуя,О любви ведите торг, —В миг последний, торжествуя,Опьянит глаза восторг!
Все признанья, ласки, клятвы,Ревность, близость — лишь тропа,Где иду я к полю жатвыС яркой молнией серпа.
В тишине альковов брачныхИ в веселье грешных ложЖелтизну колосьев злачныхУзнает равно мой нож.
Здесь иль нет, пришлец случайный,Ниц ты склонишься челом —Пред моей предвечной тайной,Под моим святым серпом!»
1905
В ресторане
Горите белыми огнями,Теснины улиц! Двери в ад,Сверкайте пламенем пред нами,Чтоб не блуждать нам наугад!
Как лица женщин в синем светеОбнажены, углублены!Взметайте яростные плетиНад всеми, дети Сатаны!
Хрусталь горит. Вино играет.В нем солнца луч освобожден.Напев ли вальса замираетИль отдаленный сонный стон?
Ты вновь со мной! ты — та же! та же!Дай повторять слова любви…Хохочут дьяволы на страже,И алебарды их — в крови.
Звени огнем, — стакан к стакану!Смотри из пытки на меня!— Плывет, плывет по ресторануСинь воскресающего дня.
1905
Каменщик
Камни, полдень, пыль и молот,Камни, пыль и зной.Горе тем, кто свеж и молодЗдесь, в тюрьме земной!
Нам дана любовь — как цепи,И нужда — как плеть…Кто уйдет в пустые степиВольно умереть!
Камни, полдень, пыль и молот,Камни, пыль и зной…Камень молотом расколот,Длится труд дневной.
Камни бьем, чтоб жить на свете,И живем, — чтоб бить…Горе тем, кто ныне дети,Тем, кто должен быть!
Камни, полдень, пыль и молот,Камни, пыль и зной…Распахнет ли смертный холодДвери в мир иной!
Декабрь 1903
В игорном доме
(Chemin de fer)[19]
«Кто они, скажи мне, птица,Те двенадцать вкруг стола?Как на их земные лицаТень иного налегла?»
«Это я в узорной башнеЗаточила души их,Их сознаний звук всегдашнийСочетала в звонкий стих.
Это я дала червонцамТусклый блеск, холодный яд.И подсолнечники к солнцамОбращенные стоят.
Я язык дала их знакам,Их речам бессвязным смысл,Им дала упиться мракомТайных символов и числ.
Я — мечта, но лишь качну яЧерно-синее крыло,След святого поцелуя —Тень им ляжет на чело.
Непостижна и незрима,Я храню сомкнутый круг.Не иди, безумец, мимо,Будь со мной и будь мне друг!»
И, дрожа крылами, птицаВзором верных обвела,И покрылись тенью лица,Все двенадцать вкруг стола.
Октябрь 1903
В вагоне
В ее глаза зеленыеВзглянул я в первый раз,В ее глаза зеленые,Когда наш свет погас.
Два спутника случайные,В молчаньи, без огней,Два спутника случайные,Мы стали близки с ней.
Дрожал вагон размеренно,Летел своим путем,Дрожал вагон размеренно,Качая нас вдвоем.
И было здесь влияниеКачания и тьмы,И было здесь влияние,В котором никли мы.
И чьи-то губы близилисьВо тьме к другим губам,И чьи-то губы близились…Иль это снилось нам?
В ее глаза зеленыеВзглянул я в первый раз,В ее глаза зеленые,Когда в них свет погас.
12–13 июня 1904, 1905
Крысолов
Я на дудочке играю,Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,Я на дудочке играю,Чьи-то души веселя.
Я иду вдоль тихой речки,Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,Дремлют тихие овечки,Кротко зыблются поля.
Спите, овцы и барашки,Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,За лугами красной кашкиСтройно встали тополя.
Малый домик там таится,Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,Милой девушке приснится,Что ей душу отдал я.
И на нежный зов свирели,Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,Выйдет словно к светлой целиЧерез сад, через поля.
И в лесу под дубом темным,Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,Будет ждать в бреду истомном,В час, когда уснет земля.
Встречу гостью дорогую,Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,Вплоть до утра зацелую,Сердце лаской утоля.
И, сменившись с ней колечком,Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,Отпущу ее к овечкам,В сад, где стройны тополя.
18 декабря 1904
