Этот союз благословлен.
Она выгнулась и ахнула, когда наслаждение огнем желания заискрилось в ней. Оно горело ярким пламенем, выбиваясь из-под контроля, когда они двигались вместе, разжигая пламя их единения так, что даже ее ворон и волчица ощутимо обожглись.
И после, когда разрядка приближалась вновь, ее тело стремилось к бессмысленному желанию.
Когда они вместе дошли до кульминационного момента, она увидела обоих – волка и его самого. Верика моргнула, но образ не изменился. У нее не было выбора, кроме как принять.
Засыпая, он обнял ее и прижал к своему телу, окутав ее как можно больше. Девушка слышала, как ее суженый прошептал ей в волосы:
- Завтра, ты покажешь мне своего ворона.
Сабрина закончила обыскивать комнату Роланда и его вещи. Клах Гилах Гра нигде не было. Но несмотря на это нашла неприятную для нее коллекцию перьев воронов и орлов, которую взяла сжечь так, как положено в ее клане.
Она точно не знала, были ли они Вер-птицами или нет, но не могла не поверить, что перья были добыты путем бесчисленных смертей. Сабрина вынесла их в зал и развела костер из последних тлеющих угольков из камина. Она клала каждое перо пламени, шепча слова упокоения для криктских воинов, когда каждое из них сгорало в огне.
Ее сердце болело, когда она наблюдала, как доказательства предательства Волков против ее людей исчезает в огне. Вер-птицы исчезли, никто не услышит их вновь. Столько тех, кого она знала, было в этой коллекции перьев, которую теперь сжигала с благоговеньем и почтением?
Звук когтей волка, клацающих по полу, заставил ее вскинуть голову. Сабрина была так поглощена исполнением последнего ритуала для криктских собратьев, что не почувствовала приближения своего суженого. От того факта, что он сделал это в облике волка, а она до сих пор не узнала, внутри у нее все заледенело от ужаса, который ей не удалось стряхнуть.
Огромный светлый волк подошел к ней, его глаза были наполнены разумом. Барр. Но он был в ипостаси, которой его наделила криктская сущность. Волком. Пасть, что могла разорвать птицу пополам одним точным укусом, когти, что могли с легкостью разрезать чересчур хрупкую кожу и перья. Осколки атавистического страха пронзили ее.
Даже зная, что этот волк на самом деле ее новонайденным истинный супруг, она не могла удержать и не вздрогнуть, когда отвращение накрыло ее.
Низкий жалобный вой вырвался из его горла, но он не опустил головы или не отвел взгляд от нее.
- Бывший лэрд был охотником на Вер-птиц.
Глава 15.
Низко зарычав, Барр покачал своей огромной головой.
Но она не даст ему так просто уйти от этой ситуации.
- Он может и не был твоим лэрдом, но для этого клана был альфой стаи Волков. Этим кланом теперь управляешь ты.
Барр подошел ближе, не сводя с нее внимательного взгляда его. Запах его волка сильнее, чем когда-либо, окутывал ее.
Одна часть ее, девушка, которая встала на защиту своих людей от всех возможных угроз, особенно от криктов-Волков, требовала отойти назад от угрозы. Ворон же наставил приблизиться к своему суженному; ей нужен этот мужчина, научивший ее удовольствию, показав себя, а сердце и разум разрывались пополам.
- Перекинься, - она хотела потребовать этого, но слово, вырвавшее из ее губ, больше походил на просьбу.
Ты боишься моего волка? – спросил Барр через их ментальную связь.
Она покачала головой, отказываясь мысленно разговаривать с волком. Он не понимает? В этом облике, он не мог быть ее супругом.
Воздух вокруг них замерцал и вот уже Барр стоял здесь в своем человеческом облике. Лэрд выпрямился, возвышаясь над ней с мрачным выражением лица.
- Ты ненавидишь моего волка.
Она не стала отрицать этого.
- Волк всегда был моим врагом.
- Не все волки такие выродки-убийцы, как Роланд.
Сабрина опустила глаза на последнее перо в руке – перо ворона.
- Многих он убил в птичьей ипостаси и столько же в человеческой. Я не могу забыть этого.
Никогда. Роланд не убивал ее родителей, у него другой запах, но, без сомнения, у него был подручный в придачу к тем, что уже были.
- У него не было власти надо мной
- Он был лэрдом до тебя. Ты делил стол с ним больше месяца.
Еще сильнее потемнели глаза Барра, в которых плескалась злость, но и вина омрачила их.
- Я не знал, что он убийца.
- Ты знаешь, что он был злым и безнравственным.
- Злые люди существуют одинаково как среди криктов, так и среди обычных людей, - он посмотрел на нее, словно ожидал возражений с ее стороны.
Сейчас ей не хотелось спорить.
- Нет никого злее и беспощаднее Волков.
Когда слова сорвались с ее языка и упали между ними, непонятное чувство вины укололо Сабрину – ведь в голосе Барра звучал как гнев, так и горькая обида.
- Твои люди настолько миролюбивые, что ваши женщины учатся быть и сражаться как воины, - на этот раз она не стерпела его издевательского тона.
- Я стала воином после того, как моих родителей убили волки, которых ты может называешь друзьями.
- Я никогда не называл Роланда другом и тебе об этом известно. Никто, кого я называю другом, не будет охотиться на других криктов без причины.
- Они считают, что у них есть причина.
- Почему?
- На этот вопрос я не могу ответить.
- Ты знаешь больше, чем я из этой неприятной вражды. Расскажи мне, что знаешь.
Сабрина не нашла силы отказать ему.
- Я слышала, что они презирают ворона за то, что он - падальщик. Но также они не гнушаются и убить Орлов, поэтому кто ведает, почему они в действительности желают нас уничтожить.
Он задумался на мгновение, словно обдумывал этот нелегкий вопрос. Словно думал, что ей действительно нужен ответ.
Барр пожал великолепными плечами, привлекая ее внимание к своему обнаженному телу, в котором ему было удобней всего. Несмотря на спор и то, что ее отказ от его волка ранил лэрда, его член увеличился в размере и был готов слиться с ней.
Сабрина оторвала взгляд от его мужского достоинства, но только после того как уловила улыбку на мужских губах, свидетельствовавшая о том, что он заметил ее интерес.
