Ни в коем случае! — поспешно ответил ящер и, следом спохватившись, поклонился в приветственном жесте. — Приветствую вас, Абето хун Граз Пеш Висхара, благословенный сын великого отца!
— Докладывай, — только и кивнул принц крови, одновременно делая второй глоток тонизирующего напитка. Он был терпким, согревающим, и сейчас казался особенно кстати.
Сановник только и ждал команды, чтобы наконец озвучить то, с чем последние полчаса торчал в своём кабинете, старательно пытаясь пробиться к почивавшему принцу.
— Лиуль, спешу вам сообщить, что неожиданно быстро пришёл сигнал с планеты под кодовым номером тридцать три! Наши спутники зафиксировали активность и расшифровали исходящий импульс — это наш маяк! В этом нет никаких сомнений.
На несколько мгновений в кабинете повисла тишина. Пеш Висхара слегка приподнял брови. Эмоции были минимальны, но это движение более чем выдавало его удивление. Он поставил стакан обратно на стол.
— Что?.. Так скоро?.. — тихо отозвался принц. Глаза прищурились, взгляд стал внимательным. — Сколько времени займёт полёт?
Каким заданием занимается этот зорканец, Граз вспомнил, едва открыл глаза и услышал имя подчинённого. Но чтобы такие колоссальные сдвиги за столь короткий промежуток времени…
Тем временем Кашир немного замешкался, вновь склоняя голову:
— Прошу прощения, Абето хун. Информация предельно свежая — мы ещё не успели провести полноценные расчёты траектории и уточнить параметры маршрута. Однако по предварительным оценкам, перелёт займёт несколько хенаров. Точнее сказать сейчас пока невозможно.
Принц молча выслушал всё до конца, одновременно внимательно разглядывая голографическую проекцию перед собой. Висхара будто изучал выражение лица чиновника, оценивая его уверенность, темп речи, мельчайшие жесты.
В конце концов Граз едва заметно кивнул, после чего, наконец приняв единственное имеющееся на такой случай решение, сообщил:
— Рассчитывайте курс. Объявляйте мобилизацию. Готовьте корабль. Мы выдвигаемся по первой же готовности.
— Будет исполнено, Абето хун, — немедленно подтвердил Кашир и вновь поклонился.
Лицо сановника выпрямилось, голос зазвучал увереннее. Он как никто другой понимал: с этого момента ставки кратно возрастают, и промедление может стоить им буквально всего.
После обсуждения некоторых мелких деталей, разговор с сановником был закончен. Принц крови отключил соединение и на несколько мгновений замер. Он сидел в кресле неподвижно, погружённый в собственные мысли. Затем, не тратя времени на колебания, поднялся, поправил ворот халата и направился к выходу из кабинета.
— Осталось только всё сообщить Зэтале. Быть может, её боги и вправду к нам благосклонны, — тихо произнёс Граз себе под нос, уже покидая помещение. Лицо его оставалось спокойным, но внутри всё сжималось от предвкушения грядущего.
Глава 20
К моему счастью, этот затянувшийся и местами изматывающий вечер в какой-то момент всё же подошёл к логичному завершению. После того как распорядитель объявил благодарность всем гостям за посещение праздничного мероприятия, в зале началось заметное движение — люди стали подниматься из-за столов, переговариваться и направляться к выходу. Гул голосов немного усилился, и по лицам многих было видно, что насыщенность последних часов давала о себе знать.
Я, признаться, надеялся, что и мы с Викой сможем покинуть этот зал без лишних проволочек, да ещё и раньше основной массы, ведь главное, ради чего мы здесь оставались — разговор с монархом — уже состоялся. Пусть и обсудить успели далеко не всё. Однако, стоило мне мысленно представить, что мы выходим к дверям, как ситуация пошла по совершенно другому сценарию. Казалось, будто читая мои мысли, император подослал ко мне одного из своих помощников. Последний ровным и вежливым тоном сообщил, что Романовы желают провести этим вечером со мной ещё одну очную беседу.
К слову, в свете того, что произошло всего пару часов назад, подобная просьба не выглядела неожиданной. Даже наоборот — я бы удивился, если бы её не было. Тем более, что поводов для разговора у нас и без этого оставалось предостаточно. Помимо недавнего «инцидента» в моём княжестве, наверняка всплывут и другие темы. Держу пари и про Пожарских вспомнят — те наверняка уже успели нажаловаться. Хотя моё участие в случившемся ещё надо будет суметь доказать.
— Ты домой отправишься или будешь здесь ожидать? — повернувшись к сестре, уточнил я, понимая, что ей, как и мне, уже порядком надоела эта суета.
К этому моменту мы оба были сыты, разговоров за вечер хватило с избытком, а усталость ощущалась уже физически. Но судя по взгляду Виктории, подобная постановка вопроса даже не рассматривалась в её голове.
— Конечно с тобой здесь буду, — ответила она сразу, даже без раздумий, как о чём-то само собой разумеющемся.
— Со мной — вряд ли, — качнул я головой, чуть скривив губы. — Мы с Романовыми будем вести беседу в высоком кабинете, тогда как тебе придётся развлекаться в обществе этой… — я на секунду покосился в сторону принцессы Елены и умолк. — В общем, не отговариваю, решай сама.
Теперь мои слова всё же заставили Викторию на миг задуматься. К недавней незадачливой свахе у нас обоих имелись молчаливые претензии. Правда, ей, думаю, после того нагоняя, что принцесса получила от отца, было уже глубоко плевать на наше отношение.
Впрочем, злость на глупость Елены у меня уже успела улетучиться — всем свидетелям случившегося было ясно, что Анна её каким-то образом использовала. И это, по правде говоря, не могло не задевать и саму русскую принцессу. Ещё бы — так опростоволоситься одновременно перед британцами, собственной семьёй и нами.
Как бы там ни было, после короткой паузы Виктория всё же подтвердила свой выбор. Она намеревалась оставаться во дворце вместе со мной до самого конца вечера, а уже потом, когда всё завершится, покинуть его вместе.
К моей радости, император не стал дожидаться, пока все гости покинут зал, прежде чем уйти самому и пригласить меня на разговор. Это, по крайней мере, избавило от затянувшегося ожидания. Поэтому уже спустя несколько минут после короткого обмена репликами с сестрой я молча шагал вслед за очередным посыльным, но на этот раз уже в знакомый мне кабинет Романова-старшего.
Войдя внутрь и остановившись по центру, я выдержал паузу, глядя прямо на хозяина помещения:
— Ваше Императорское Величество, — произнёс я ровным тоном, выжидающе уставившись на монарха.
— Присаживайся, Алексей, — кивнул собеседник.
Воспользовавшись предложением, я молча занял одно из свободных кресел. Взгляд скользнул по кабинету — массивная мебель, мягкий свет ламп, строгий порядок. Я невольно отметил, что цесаревич здесь отсутствовал, что выглядело странно. Но едва успел об этом подумать,
