сути.
— Да, хотелось бы услышать суть — это он меня подколол?
— Я предлагаю вам поднять тему безопасности на транспорте, конкретно поведение горожан на путях станции.
— Понятно — лицо редактора поскучнело.
— Можно не просто казенным голосом рассказывать, как всё плохо на фоне статичной картинки. Я могу организовать вызов вашей съемочной бригады на каждый случай травматизма с посторонними. Сразу и немедленно. Одновременно с милицией и Скорой помощью. Вот вам и картинка, и новостной сюжет, и кровь в эфире. Уверен в сильном эффекте от таких роликов. И вообще.
— Что «вообще»?
— На загнивающем Западе телевидение борется за интерес зрителя, гоняется за жареными фактами, нанимает так называемых стрингеров, внештатников-операторов, ищет сенсации. Если верить детективным романам, то там даже приплачивают полиции за информацию о ЧП. А наше с позволения сказать еле-видение сидит в вечной коме и плюёт через губу.
— Ага, вы предлагаете себя в качестве такого информатора. А зачем вам это надо?
— Да просто задолбались уже трупы таскать с путей. Добро бы просто жмуры, а там через раз мясо.
— Фу-у! Давайте без этих подробностей. Опять же не факт, что нам разрешат наверху показывать эти самые подробности.
— Это уже вам виднее, как показывать. Сам принцип взаимодействия в таком формате интересен?
— Надо думать. Кстати, а вы выпуски Новоузловского телевидения смотрите? Какое общее впечатление?
— Не смотрю.
— Почему, осмелюсь спросить.
— Основных причин две. Во-первых, у меня нет телевизора. А во-вторых, сам формат телевидения у нас в стране сильно не очень.
— Знаете, «во-первых» бы хватило. Но ваше «во-вторых» наводит на вопрос: откуда такое знание специфики и эти ваши сравнения с Западом?
— Творческая я личность. В книжках пишут про «ихнее», а наше перед глазами было до недавнего времени. Вот прямо чувствую, что не так всё у нас. Не, у них тоже не супер, но получше. Прямо обидно, есть в руках у людей офигительный музыкальный инструмент, а на нём только «Кузнечика» исполняют.
— Чем дольше вас слушаю, тем сильнее сомневаюсь, что кто-то нам разрешит показывать в эфире трупы и кровь. Это как раз тот самый случай, когда мы не будем равняться на «них».
— Даже ради воспитательного эффекта?
— Я за свою должность держусь, она мне не с неба в руки упала. Нас просто не поймут. Так что, если у вас нет других более осуществимых идей…
— Да с сегодняшним подходом, что не ляпни, всё равно будет лучше и интереснее того, что по ящику показывают. Сетка вещания такая, что ни один нормальный человек телевизор без крайней нужды не включит. Спасает только прогноз погоды и кино после программы «Время». Ах да, еще же «Спокойной ночи, малыши».
— Вот и ляпните. Вы так ярко рассказывали, прямо сейчас ляпните свою идею для местного вещания.
— Да легко! На что больше всего на свете любят люди смотреть?
— Детективы? — попробовал угадать Тукин.
— Мимо. На себя они любят смотреть. Вот и показывайте горожанам их самих. Назовите хоть «Хорошие новости». Ставите камеру в центре города на улице, ловите прохожих и спрашиваете их про их личные хорошие новости. У кого племяш родился, кто-то день рождения отпраздновал свой или соседа, кто-то пятерку получил по контрольной. Неважно это, важно другое — у людей искреннее маленькое «хорошо» образовалось. И пусть весь город порадуется. А кто-то узнает приятеля или коллегу по работе, потом всем расскажет, как здорово видеть знакомую рожу в ящике.
— Ну да. А привыкнут люди, так и сами будут в нужное время в нужное время приходить и свои новости рассказывать. Чую, может сработать. Отличная идея, Пётр! Слушайте, а недавняя статья в «Знамёнке» про гибнущих под колесами, это случайно не ваша?
— Моя. Случайно.
— Вы действительно творческий человек. Почаще заходите с идеями. Вдруг у нас с вами что-то получится.
Во как. Это он меня вежливо выгоняет так. Да еще и предлагает на него бесплатно поработать. Ловкий малый. Уходил я из редакции с ощущением, что ничего не получилось. Ну я хоть попробовал.
Где-то через месяц Тукин нагрянул к нам на станцию с ответным визитом. Рассказал мне как единственному в городе неандертальцу без телевизора, что мой проект «Хорошие новости» увидел свет. Оказывается, передача не только получила «Добро» в горкоме партии, но и зашла телезрителям.
— Даже немного совестно, что вас никаким боком не удастся связать с этой передачей, а ведь вы, Пётр, у её истоков стояли, можно сказать.
— Нет ничего проще, чем восстановить справедливость в данном вопросе. В титрах, где у вас редактор, оператор, сценарист, укажите «автор идеи — П. Фролов».
— Что, и всё?
— Ну да. Тем самым вы окажете мне уважение, кто-то меня опознает из знакомых. Скажут — молодец Фролов! Через годы я на интервью смогу заявить, что свой первый телевизионный проект осуществил в Новоузловске под руководством заслуженного деятеля искусств Тукина В.
— Ха-ха-ха! Вот же выдумщик вы. А самое смешное, что я так и сделаю.
— Я тоже.
— Что тоже?
— В интервью вас упомяну.
— Замётано! А еще есть в голове что-то такое же простое и гениальное?
— Автор идеи П. Фролов?
— Стопудово.
— «Утренняя почта» у нас есть. Снимайте «Вечерний звон». У вас же эфир вечером.
— Ну да. И что?
— Запустите в эфир местных исполнителей. Только не самодеятельность из ДК, а реально квартирных талантов. Придет на кастинг двадцать, двух отберете. Покажете, придет еще двадцать.
— И снова эффект «смотрим сами на себя»? Ведь хорошо может получиться, Петр! И такое точно разрешат.
— Уверен. Ведь как мир устроен — никто не хочет в ДК на сцену, зато все хотят в телевизор. Особенность психологии. Кстати, если будете не фронтально снимать все три минуты музыкальный номер, а с разных ракурсов, да еще и в разных локациях… да смонтируете как в «Утренней почте» — успех будет обеспечен.
— Петр, у вас такие словечки проскакивают: кастинг, локация. Вы точно по образованию железнодорожник?
— Точно. А сейчас посидите тихо, мне работу докладывать на селекторе пора.
Этот разговор проходил в кабинете начальника станции, который отдыхал где-то на югах, пока коллектив в едином строю продолжал строить светлое будущее и выполнять спущенный сверху план. Исполняющий обязанности начальника Рощупкин сбежал на больничный, скорее всего он узнал про какую-нибудь внеочередную проверку. Есть такое хобби у руководителей предприятий в нашей отрасли — как сгущаются тучи, сразу беги на больничный. Как всё успокоится, приказ о наказании зама издадут, можно возвращаться. Кабинет начальника был в моём распоряжении вместе со всем тем геморроем, который обычно разгребают четверо.
Глотов и я, вот и весь комсостав. График
