– А ты хочешь?
– Да.
Они стали целоваться.
– Хо! Хо! Моя жена – настоящая лисичка!
– Это… хорошо? – спросила красавица.
– Это очень, очень хорошо для твоего мужа, mon amour.
* * *
Лайт был прекрасным охотником. Макмиллан предложил ему вместо строительства заняться добыванием пищи для семьи. Как-никак, а теперь за столом поселенца ели пятнадцать человек. Без следопыта фермер не смог бы прокормить всю эту ораву. Каждый день, когда остальные мужчины трудились над постройкой дома, он уходил в лес с ружьем и луком. Лайт охотился в районе пяти миль к востоку от фермы. Север и запад он оставлял осейджам.
Как-то утром Лайт сел в каноэ и вышел в Миссури. В этом месте река делала поворот на север. Говорили, что она течет далеко-далеко, к каким-то далеким неизвестным городам. О тех местах ходили легенды: прерия без начала и конца. Следопыт плохо представлял себе, как можно охотиться в местах, где нет леса. Однако говорили, что там тоже живут люди. Лайт не верил таким утверждениям. Он был убежден: прожить можно только в лесу.
Лайт старался сейчас держаться ближе к берегу. Каноэ плыло под деревьями, и заметить его с противоположной стороны было нельзя.
Вдруг он увидел на берегу, всего в пятидесяти футах, огромного бизона. Зверь терся спиной о дерево. Лайт перестал грести, и медленное течение понесло лодчонку к берегу. Причалив, он вытащил каноэ на сушу и пополз вверх по склону, намереваясь подстрелить бизона. Много мяса он привезет сегодня Макмиллану. Правда, за один раз всю тушу не перевезти, но он потом придумает, как уберечь оставшееся от хищников. Лайт осторожно поднялся на обрыв. И затаил дыхание от чудесного зрелища.
В долине паслось до полусотни бизонов. Животные вырисовывались на фоне все еще зеленой луговой травы. Некоторые лежали, мирно пережевывая жвачку. Рыжеватые телята игриво бодались. Несколько взрослых животных флегматично стояли на месте, а по их спинам разгуливали птички, склевывающие паразитов. Несколько бизонов находились очень близко. Из ружья по ним попасть не составляло труда.
Лайт прицелился. Вдруг птички вспорхнули и улетели. Бизонье стадо, повернувшееся навстречу ветру, не обратило на это внимания, но Лайт мгновенно насторожился. Он присмотрелся: к стаду медленно подползали делавары.
Лайт насчитал двадцать воинов, вооруженных охотничьими луками и копьями, и понял, что ему надо уходить, пока его не заметили. Он осторожно пятился, пока не оказался на берегу. Затем быстро сел в каноэ. Пятнистый Койот говорил, что делавары ушли на юг. Он не ошибся. Однако эти индейцы были всего в миле от фермы!
Когда раздался их боевой клич и Лайт услышал топот копыт – испуганное стадо бросилось бежать, – он вывел каноэ из-под деревьев и быстро поплыл обратно.
Вернувшись домой, Лайт велел Мэгги во время его отсутствия оставаться у Макмилланов. Мужчин, заготавливавших бревна для нового дома, предупредил, чтобы в лес они уходили хорошо вооружившись.
Несколько дней подряд следопыт наблюдал в подзорную трубу за противоположным берегом. Как-то утром над рекой поднялся густой туман. Мэгги ушла к Макмилланам. А следопыт побежал вдоль берега, часто останавливаясь и прислушиваясь. Иногда был слышен стук топоров: лесорубы валили деревья. Лайт добрался до песчаной отмели, где взорвался корабль Рамона де ла Веги. Пушка была на месте. Почти все обломки унесла река.
Лайт пригнулся за ставшими ярко-красными кустами сумаха, которыми порос этот участок берега, и внимательно осмотрелся. Потом вышел на отмель и снова осмотрелся. Около тростника, росшего у самого берега, легко покачивалось на воде привязанное к дереву каноэ.
Пройдя вдоль берега, Лайт отыскал место, откуда можно было заглянуть в лодку. Она была сделана по-делаварски. На дне лежало четыре весла. Это означало, что где-то поблизости бродит не меньше четырех индейцев. Следы уходили в лес. Лайт двинулся по ним.
Он знал, куда направились индейцы.
Строительство дома для Поля и Эли приближалось к концу. Нужны были длинные перекладины для крыши. В миле от фермы росли высокие прямые сосны. Сегодня решили спилить деревья и обрубить ветки, а на следующий день приведут волов и оттащат бревна к ферме.
День был прохладный, работа шла хорошо. Эли любил работать. Ему нравилось чувствовать свою силу. Нильсен и Дешанель трудились с каким-то упоением. Они все делали слаженно и в то же время соревновались. Молодые люди любили поединки. Иногда даже начинали спорить, кто дальше плюнет.
К полудню лесорубы повалили дюжину деревьев. Калеб не успевал обрубать ветки. Поль все время подшучивал над негром. На обед Эй прислала им хлеба с мясом. Уставшие работяги принялись за еду. Поль и Калеб подтрунивали над Эли. Говорили, что только благодаря ему они так вкусно обедают.
– Как нам повезло, что эта девушка неравнодушна к нашему другу!
После еды, прежде чем приступить к работе, они заточили топоры. Поль проверил заряды в ружьях, а Эли – в пистолете.
Калеб засмеялся:
– Делавары не станут стоять И дожидаться, пока ты подстрелишь их из этой крохотульки, мистар Эли. Ты и не узнаешь, что они здесь, пока из тебя кровь не польется.
– Лайт осматривал берег в свою подзорную трубу, но индейцев не заметил. Сказал, что те, которых он встретил, – просто охотничий отряд. Тогда опасность нам не грозит.
Поль прислонил ружье к бревну и взялся за топор.
– Один делавар может убить тебя так же быстро, как сотня. – Эли похлопал по пистолету у себя за поясом. – Вот почему я его ношу.
Друзья выбрали высокую сосенку и принялись ее рубить. Ритмичный стук топоров служил своеобразной музыкой для заунывной «стонотной» песни Калеба:
Не знаю, где я буду… тук… тук…
Когда мне умирать… тук… тук…
В какой глубокой яме… тук…
Я стану истлевать… тук…
– Господи, Калеб! Неужели ты не можешь спеть что-нибудь повеселее?
Швед выпрямился.
Стрела пронеслась у самой щеки Эли и воткнулась в ствол дерева, которое рубили они с Полем. Эли выхватил из-за пояса пистолет и стремительно повернулся. Из кустов торчало дуло ружья. Молодой человек поднял пистолет и выстрелил. Блестящее дуло дернулось вверх и упало.
Эли бросил пистолет и кинулся к своему ружью. Стрела Калеба вонзилась в грудь появившегося из-за дерева индейца. Громко бухнуло ружье Поля – и из кустов раздался вопль. Негр метнулся через вырубку. Послышался глухой стук. Эли и Поль пригнулись за бревном. А что, если индейцев было не три, а больше? Не нужно ли помочь Калебу? Стояла полная тишина.
Через несколько минут Калеб вернулся, таща труп делавара за волосы. Негр бросил его рядом с тем, у которого из груди торчала стрела.
