крупнокалиберная пуля разметала мозги лётчика по фонарю кабины.
Почти в тот же миг чародей приложил дополнительный вектор силы тяжести к левому крылу атакующего истребителя.
Получив сильный толчок в крыло, неуправляемая машина, совершая вращения вокруг своей оси, штопором завертелась в воздухе и отклонилась от траектории атаки. Самолёт с рёвом пронёсся чуть в стороне от станции, врезавшись в пустырь за хозпостройками. Сильный взрыв сотряс землю. Воздушная волна ударила по ушам. В небо взметнулось пламя и клубы дыма, быстро вырастающего в огромный чёрный гриб.
К станции подлетал второй вражеский истребитель, а Матвей замер с опущенным к земле стволом разряженного оружия. Он видел колдовским взором, как к нему стремительно приближается крылатый объект с комплектом металлических деталей, движимых по чёткой схеме внутри обтекаемого корпуса. Повелитель гравитационной силы решил внести хаос в выверенные конструкторами гармоничные движения механизмов.
В следующую секунду мотор истребителя жалобно заскрежетал и затих, что–то внутри заклинило. Пилот отбросил мысли об атаке станции и, беззвучно планируя, попытался обойти опасный район стороной, всё ещё надеясь запустить заглохший мотор.
Теряющий скорость и высоту планер превратился в удобную мишень для зенитчиков.
Как только враг попал в сектор стрельбы, четыре спаренных станковых пулемёта изрыгнули рой трассирующих пуль.
Самолёт задымился. Не дотянув до пашни за посёлком, он врезался в лесопосадку. Бомбы и загоревшийся бензобак сдетонировали, окутав искорёженную машину клубком огня и дыма. До станции донёсся отдалённый грохот взрыва.
Матвей, опустив тяжёлое ружьё, замер в задумчивости. Разрушать гармонию движения хаосом гравитационных векторов силы оказалось даже проще, чем направлять железные дротики в мишень.
— Да, ломать — не строить. — Мотнул головой Матвей и, вскинув ружьё на плечо, неторопливо направился к двери «теплушки».
Отбежавшие в сторону красноармейцы поднимались с земли, отряхивали пыль с формы и, озираясь на вырастающие к небу чёрные грибовидные облака, возвращались к эшелону. Со стороны вагона командного состава подошли комбат и подполковник, начальник штаба полка.
— Кто первым подал сигнал воздушной тревоги? — спросил попавшегося под руку полуголого бойца подполковник. — И почему одет не по форме?
— Наш командир отделения проводил с личным составом утреннею физподготовку, — вытянулся по стойке смирно «парагваец». — Он первым и обнаружил врага.
— Младший сержант Ермолаев, — строевым шагом подошёл к командирам Матвей и приставил длинное ружьё к бедру. — Разрешите доложить: атака противника отражена, противотанковым расчётом уничтожен один истребитель.
— Ты его с этой дуры, как куропатку, влёт сбил? — удивлённо рассматривая огромное ружьё, с прилаженным оптическим прицелом, усмехнулся начштаба.
— Так Фриц нахрапом пёр прямо на меня, — скромно пожал плечами Матвей. — Промазать никак нельзя было.
— Да, мазать было нельзя, — поёжился начштаба, отчётливо представляя последствия неудачи. — Прицел–то у ружья снайперский, но ведь и вес ствола семнадцать килограмм. Как же ты без опоры стрелял.
— В горячке боя, как–то само вышло, — не находя подходящего оправдания, виновато потупился молодой чародей.
Подполковник восхищённо посмотрел на чрезвычайно рельефную мускулатуру рослого атлета, который, к тому же, только что занимался тяжёлой атлетикой, использую подручную железнодорожную шпалу.
— Пожалуй, такого богатыря отдачей от выстрела не свалить с ног. — Начштаба повернул голову к комбату. — Теперь и я поверил в солдатские байки о парагвайском чудо–снайпере. Только вот негоже столь великому воину ходить в младших сержантах. Комбат, готовь приказ о присвоении Ермолаеву звания сержанта и пиши представление к медали «За боевые заслуги».
— Так точно, товарищ подполковник, — козырнул майор и, улыбнувшись, с хитрым прищуром глянул на уникума. — Однако хотелось бы ещё уточнить, как удалось обнаружить подкрадывающегося противника?
— Действительно, как? — вскинул брови начштаба. — Ведь со стороны солнца, почти на бреющем полёте, подкрались вражины.
— До того самолёты заложили вокруг станции широкую петлю, — нашёл оправдание Матвей. — А наши разведчики учуяли подозрительный шум в небе.
Матвей похлопал левой ладонью по бедру, и тут же из–под вагона выскочили три лайки и, задрав носы, уселись в одну шеренгу подле командира отделения.
Пока начштаба недоумённо разглядывал замерший строй лохматых разведчиков, от здания станции отъехал грузовик. Ушки лаек сразу шевельнулись, а вслед за ними повернулись и головы. Заметив столь дружную реакцию, командиры тоже посмотрели в ту же сторону. За царящим на перроне шумом, звука работающего двигателя людям было не расслышать, но движущийся грузовик выдавало ещё и поднятое облачко дорожной пыли.
— Чуткие разведчики, — покачав головой, признал неоспоримые качества четвероногих помощников начштаба полка. — Такие охотники врага в небе не проворонят. Майор, распорядись–ка, чтобы лохматых бойцов поставили на воинское довольствие.
— Так ведь и сейчас все сахарные косточки от солдатского котла им попадают, — улыбнулся комбат.
— На полное довольствие поставь, они ещё не одну солдатскую жизнь спасут, — расщедрился начальник и с восхищением глянул на мускулистый голый торс парагвайского казака. — А железному сержанту Ермолаеву за отличную подготовку личного состава объявляю благодарность.
— Служу трудовому народу! — вытянувшись по стойке смирно, рявкнул новоиспечённый сержант и еле заметно постучал пальцами по бедру.
С серьёзным видом задрав морды, собачий строй дружным хором подгавкнул три раза.
Следом раздавшийся со всех сторон хохот бойцов и командиров стал завершающим аккомпанементом весёлого представления.
Глава 8
Отряд особого назначения
Глава 8. Отряд особого назначения
На фронт батальон новобранцев из Омска добрался лишь через месяц после начала войны. И то прибыл не на передовую линию, а во второй эшелон обороны. Немецкие войска уже проломили рубеж укреплений на старой границе СССР, с тяжёлыми боями выбили советские войска из Минска и рвались в сторону Смоленска. Сражения разворачивались уже в западной части Могилёвской области. От Минска в восточном направлении фашисты могли двигаться по двум магистральным автомобильным дорогам. На участке фронта, куда был переброшен батальон молодых сибиряков–спортсменов, эти автомагистрали связывала дорожная перемычка, между населёнными пунктами Дмитровичи и Бобр. Примерно посередине её, возле села Великий Вязок, через речку Паньковка переброшен автомобильный мост. Вот для
