Ослепительный взрыв.
Вспышка нестерпимого сияния.
Как Скейл когда-то, Эл-Ви пожертвовала собой, чтобы дать мне ещё один шанс. Взрывная волна швырнула меня прямо наверх. Через секунду я ударился о двери здания с шипом. Они распахнулись.
Обожженный, опять практически слепой от взрыва, с переломанными костями и контузией я влетел внутрь. Со звоном ударился об пол. Темнота. На мгновение потерял сознание, приложившись затылком. Но вот зрение снова вернулась ко мне.
Открытая дверь и прямо за ее порогом та троица нелюдей, плюс жрецы и несколько монстров. Стоят. Смотрят. Однако войти никто не пытался.
Прямо перед порогом с моей стороны было несколько едва заметных горсток праха. Те кто пытался войти. Стрелять или бросать бомбы тоже бесполезно. Ксанафия сплела очень хорошее заклинание.
— Мы войдем, — заверил меня высокий нелюдь. — Не сейчас, не сегодня, но мы войдем, старик. Наши отцы умеют медленно душить даже самую мощную магию. Немного времени и мы победим.
Близнецы, стоявшие рядом, синхронно усмехнулись. Чистенькие, без единой царапины прошедшие камнепад, даже не вспотевшие.
Я тоже усмехнулся, но намного громче. Разразился кашлем, выплевывая кровь и грязь, получившиеся от поражения кислотой дыхательных путей.
— Нет у вас времени, сукины дети. Нет его у вас, уебки, — прошептал я и заковылял в глубины здания.
Глава 23
— Я сделаю это. Выполню свое обещание. Любой ценой, — произнёс я, заглянув в лицо Ксанафии, замершей в стазисном коконе.
Её слабая улыбка надежды застыла на тысячи лет. Бездна времени, которого у меня нет. Мы больше не встретимся, но другие мои личности должны завершить начатое.
Вперед.
Точнее вверх.
Шип мог телепортировать только за пределы планеты. Это была его главная сила и главная слабость. Устройство, созданное для межзвёздных путешествий или даже скорее похищений. И в лучшие свои годы он не отличался большой точностью, так как речь шла о расстояниях в миллионы световых лет. Кажется, что телепортация занимала мгновение, но на самом деле магический заряд существовал сотни тысяч лет в каких-то потоках альтернативных временных линий. Память Касаара подсказывала мне это.
За тысячи лет заряд подвергался энтропии, но сохранял некоторые свойства. Встроенные в него заклинания искали подходящую цель. Так, к примеру, нашли меня. Однако сейчас механизмы шпиля сильно повреждены душерезом, что делает его не очень стабильным. Впрочем, Аримион находится рядом. Путешествие туда пройдет практически без риска.
Я снова стоял в главном зале.
Просторное, круглое помещение со множеством сложных конструкций из блестящего или непроницаемо-черного металла, оплетавших все стены. На них мерцали символы-руны. Красные и синие светящиеся точки целыми роями парили, исполняя замысловатый танец, вычерчивая в воздухе схемы и контуры, сквозь которые затем проходили разряды энергии. Древнее магическое могущество завораживало.
Сейчас я управлял им. Задавал простейшую программу для телепортации на Аримион.
Белая вспышка, головокружение, протяжный звон, ощущение исчезновения собственного тела и…
Мир вокруг рассыпался в мерцающую пыль, чтобы собраться заново совершенно другим.
Высокий потолок, величественные залы утопающие в полумраке, сложной формы стены, колоссальных размеров иллюминаторы с видом на звездные просторы, низкая гравитация и… смерть.
Я сразу же ощутил как обретенную лёгкость тела дополняет тяжесть в голове, словно обручем стягивающая мысли. Воздух вокруг тускло мерцал. Я сделал легкое движение рукой и электрический треск раздался в гулкой тишине древних покоев.
А если использовать магическое зрение…
Боже.
Тут все пронизывал бесконечный поток энергии. Как пыльная буря Ревущих Пустот, только состоящая из магии. Обрывки заклинаний, утечки силы, космическая радиация. Смертельный коктейль железной звезды, застывшей на орбите полумертвого мира.
Надо идти.
Используя левитацию Короны, я двинулся вперед.
«Условия выполнены», — прозвучал у меня в голове голос алгоритма, вложенного Ксанафией. — «Следуйте по линии. Следуйте по линии».
Светящаяся нить вытянулась вперед, указывая мне путь к последнему пункту моего долгого путешествия длинною в жизнь. Билет в один конец оплачен и пробит.
Затем алгоритм снова заговорил со мной:
«Путь указан. Передаю дополнительное сообщение».
Ого. Интересно.
У меня в голове раздался голос Ксанафии:
«Очень надеюсь, Крайт, что ты оказался на Аримионе в минуту своей победы. Надеюсь, что ты подготовился и вы уже возражаете цивилизацию в мире, который ты спас. Надеюсь, и жду нашей встречи».
Прости, умирающая колдунья. Нам уже не суждено встретиться.
Пролетая сквозь просторный коридор в бело-золотом оформлении, я левой рукой достал из подсумка свой мобильный. Экран треснул от удара, кислота обожгла корпус, но с горем пополам телефон работал.
Как там говорилось в классике? А без музыки на миру смерть не красна.
А без музыки не хочется пропадать.
Я выбрал композицию под названием «Шаг в темноту». Пусть на Аримионе было относительно светло, но смерть всегда ассоциировалась у меня со мраком. Так что пусть будет эта песня.
Из телефона зазвучала музыка давно покинутого мной мира:
'Шаг в темноту
За горизонты бытия — путь во тьму
Где плещет вечный океан. Я умру
Для мира времени. Уйду
В пустоту
Шаг в темноту
И закрывается одна
Дверь, но ту
Что предназначена лишь мне, я найду
Открою и переступлю
За черту
На счастье или на свою беду'
Я плыл сквозь Аримион, сжимая в правой меч, а в левой телефон.
«Ты как?» — спросил меня Первый.
«Держусь. А вы?»
«Держимся. Голема почти сломали. Тут все дрожит от взрывов. Если можешь…»
«Потороплюсь», — заверил я.
Отбросил меч, засунул ещё поющий телефон в подсумок и начал подгребать руками. Голова кружилась все сильнее. Перед глазами плясали разноцветные искры, всполохи, мелькали образы иллюминаторов, с видом на звезды или планету. Она была в основном желтой либо серой с ничтожно малым количеством голубого. Пустынный мир. Лишь один небольшой зеленый клочок заметил я. Земли, где мы жили и где сейчас боролись за свою жизнь мои товарищи.
