Аримион убивал меня намного быстрее чем Зона Смерти. Становилось труднее дышать, однако регенерация и Корона спасали. Они лечили тело, но самая моя магическая сущность распадалась под жестким излучением вокруг.
Я видел проломы внешних стен, ведущие прямо в космическую пустоту, но магия не давала вакууму вытянуть воздух. Видел трещины, проходящие сквозь множество залов внутри самой станции. Там в глубинах мерцали и сияли потоки энергии. Работали машины, механизмы, заклинания могущество которых было за пределами всяких фантазий.
Я последовал за нитью вглубь станции. Там было ещё труднее. Все вокруг светилось. Искрились и корчились в вечной агонии металлические остовы крупных трехглазых робоскелетов. Медленно парили или плавали в воздухе фрагменты тел древних чародеев. Магический фон Аримиона не давал им ни разрастаться, ни гнить. Свежие, будто только что убитые навечно остались они здесь.
Дальше.
Приходится прикрыть глаза от света, чтобы хоть как-то ориентироваться в пространстве. Нить ведет меня через проломы и трещины, меж обломков и скоплений энергии.
Ещё дальше.
Потоки силы здесь бурлили и неслись с яростной скоростью горных рек. Как же… красиво. Как же… без шансов. Аримион. Шедевр древних. Несостоявшийся палач этого мира, который станет моей могилой. Лишь бы только успеть…
Телефон замолчал. Излучение доконало его и убивало меня.
Вот. Наконец-то.
Нить привела меня к какому-то аппарату, напоминающему хрустальную стену со множеством ячеек. Алгоритм указал на одну из них. Дрожащими пальцами достал из подсумка драгоценный металлический жетон. Последнюю нашу надежду.
Его будто тут же втянуло в нужную ячейку. Отлично. Стена замерцала и заискрилась. Давай! Быстрее! И…
Со мной на языке древних магов заговорил виртуальный помощник. О чём-то вероятно предупреждал.
«Активируйся быстрее!» — мысленно потребовал я, ибо говорить уже не мог. — «Принять все условия, пропустить все инструкции и подсказки. Работай! Ради Бога, ради всех богов настоящих и выдуманных… Работай!»
Но перед глазами мелькали какие-то надписи, предупреждения, вопросы. Голосовой помощник не затыкался. Голова кружилась словно меня болтало в центрифуге. Зрение вдруг на секунду ярко вспыхнуло и начало гаснуть. Мрак поглощал меня. Шаг в темну завершен. Я не успел?
Крайт не успел. Он мертв. Я теперь точно знаю это. В момент, когда дыхание Армиона сожгло его сущность, знания и опыт устремились ко мне и Второму.
Клубок новых воспоминаний размотался за считанные секунды. Легко прижился, словно орган пересаженный от брата-близнеца. Очень подходящее сравнение.
Сначала наши жизни абсолютно идентичны. Мы один человек, а затем начинается расхождение. Пока я спокойно учился магии, Крайт пронёсся сквозь кошмарный водоворот боли, страданий и гнева. Фантомный огонь сжигал его изнутри. Враги рвали тело на части. Крайт превратился в жуткую, изуродованную версию меня. Однако в глубине души ещё оставались искры чего-то… человеческого в моем понимании. Последние секунды жизни, он потратил, пытаясь пожертвовать собой ради нашего спасения.
Но Крайт не успел.
Глухой удар, треск, сыпется пыль и каменная крошка сверху. Через секунду был проломлен потолок. Через две раскололась дверь. Вражеские полчища устремились в зал. Завязался короткий бой с абсолютно предсказуемым результатом.
Что последнее живое тело Касаара говорило перед смертью? Слишком рано. Слишком рано…
Дали бы нам пару лет или хотя бы несколько месяцев…
Мы бы сумели освоить какие-то аспекты новой силы. Построили бы вокруг руин защиту. Пробудили боевые машины, подготовили заклинания. Но жрецы слишком хорошо подготовились к решающей битве за этот мир. Армия ордена была лишь авангардом. Небольшой частью реальной силы этого полчища.
Нелюди, мутанты, хазгат, сами жрецы и ещё тысячи самых разных тварей. Этим они, видимо, собирались сокрушить местных магов. Полностью зачистить те земли.
Они пришли, как лавина, как черный поток,
Они нас просто смели, и втоптали нас в грязь.
Все наши стяги и вымпелы вбиты в песок,
Они разрушили все, они убили всех нас…
Я даже не стал сопротивляться. Бессмысленно. Всё уже бессмысленно. Не хотелось тратить последние мгновения жизни на бесцельную борьбу. Крайт бы, наверное, сражался, но я не совсем он.
Вместо этого притянул к себе Геллу. Взял за руку, смотря в её глаза. Я не особо жаловал перевёртышей, если признаться. Тьма казалась мне гадкой пародией на человека. Секс-куклой, охочей до человеческой плоти. Но… Крайт любил Геллу и я тоже теперь любил её.
«Не сопротивляйся», — мысленно приказал я. — «И не плачь, милая моя».
Слезы, выступившие на лице суккубы исчезли. Мы стояли, смотрели друг на друга, взявшись за руки пока вокруг убивали наших друзей и близких. Стояли, ожидая удара, что оборвет наше существование. Ловили последние мгновения жизни.
— Я люблю тебя, — произнесла Гелла.
Я прочитал это по губам несмотря на шум вокруг. Она говорила это мне или Крайту? Без разницы. Мы теперь одно целое.
Удивительно, но нас не убили сразу. Даже не попытались. Со всех сторон окружили жрецы и нелюди, в воздухе летали крупные белые осы, однако нас никто не трогал. Словно в наивной сказке, где любовь давала защиту от всякого зла. Это, конечно, была иллюзия.
Уже через пару мгновений я ощутил у себя под подбородком длинный клинок рапиры, которую удерживала девушка-нелюдь.
— Они не дерутся, отец, — довольно безразлично сказала она. — Что с ними делать?
Ряды жрецов и нелюдей расступились. Некто выше остальных выдвинулся вперед. Он был похож на стража Ас-Та-Кой-Сты. Двух с половиной метровое гуманоидное существо с массивной, совершенно нечеловеческой головой. Черная, лоснящаяся кожа. Восемь красных глаз симметрично блестели на массивной голове. У существа было две пары рук и три пары щупалец.
— Корнерог? — спросил я у существа.
— Многие здесь Корнерог, — глубоким голосом ответил жрец. — Мы малые ветви большого древа. Древа, что питает и взращивает жизнь.
Ага. И убивает всех, кто не подходит под вашу идеологию. Однако спорить с этими существами смысла не было никакого.
— Дайте нам уйти, — сказал я. — Куда угодно. В Ревущие Пустоты или уйти через шип в другие миры.
— Уже поздно, — спокойно ответило существо. — Древняя сила коснулась тебя. Риск слишком велик.
— Тогда послушайте меня и послушайте внимательно… — произнёс я, оглядывая собравшихся врагов.
И рассказал им все. Про Ксанафию, про наше путешествие за шифром, про то как волшебница чуть не разрушилась мир, но дала нам отсрочку в три тысячи лет.
