у того самого обрыва. Принц изо всех сил старался удержать принцессу. Чтобы та не упала с обрыва.
Вовремя к нему подбежали рыцари. И помогли бедному принцу спасти маленькую принцессу.
– Спасибо тебе, братец! Если бы не ты, упала бы я с обрыва! И никогда бы больше тебя не увидела, – сказала принцесса и упала в объятия своего брата.
Тот, отвечая на объятия своей сестры, расплакался от счастья, что смог ее спасти.
Больше принц и принцесса не бегали по неизвестным местам. И не играли рядом с обрывами.
Конец.
Дождь не прекращался. Ближе к сумеркам я разбудила Пруденс и сказала ей.
Может мы пойдем так?
Но она потрясла головой. И указала на Сью. Та уже слегка шмыгала носом. Конечно, условия под мостом были не самые лучшие. Но под ливнем она бы простудилась еще быстрее. А лекарств у нас было с собой не так много. И в основном это были все те же обезболивающие и бинты. Поэтому, когда дождь все еще шел после заката, мы решили, что переждем здесь ночь.
Пруденс расположилась все там же, около стены. Расставив ноги, она положила у себя Сью, чтобы хоть как-то ее согреть. С собой они прихватили лишь небольшое одеяло с кровати.
А я была без ничего. Мой маленький рюкзак не позволил взять много вещей. А искать рюкзак побольше не позволила совесть. Я все еще думала, что в школе остались люди, которым нужна была помощь больше, чем мне. Поэтому ночью, когда стало еще холоднее, я вышла из-под моста и стала искать что-то, что могло согреть.
Вокруг было сыро и мокро. Я несколько раз в темноте наступила в лужу. Фонарик использовать не решила.
Во-первых, чтобы сэкономить батарейки.
Во-вторых, чтобы нас никто не нашел.
Ведь ночью мы были как никогда уязвимы.
Уже думая возвращаться, я приметила старое мусорное ведро. Оно было такое огромное, что туда вполне себе могли поместить труп. Открыв него, я надеялась, что трупа все-таки не увижу. И слава богам. Увидела только мусор.
Это было тогда единственным спасением. Конечно, металл тепла бы мне не дал, но уж точно сохранил бы те остатки, что я выделяла. Поэтому, высыпав из него все содержимое, я взяла его в руки и пошла обратно.
Оно было жутко тяжелым, но тащить по земле было бы громко. Конечно, вокруг были лишь поля и дорога, но мало ли кто услышит этот звук. Сидевший в засаде или случайно проезжавший.
Дойдя до моста обратно, я положила ведро на землю, подложила под него камень, чтобы оно со мной не укатилось, и залезла внутрь. Впервые я так благодарила всех богов за свой маленький рост, что смогла уместиться в мусорное ведро. Внутри него конечно же дурно пахло. Но из-за дикой усталости я не успела принюхаться и сразу же погрузилась в сон.
…
Я слушала Лав до самого конца дня. Не пошла ни на обед, ни на ужин. Я не хотела показывать, что снова ее бросаю. Что готова слушать столько, сколько она захочет. Но видя уже мой изможденный вид, она сама предложила отложить дальнейший разговор до завтра.
– Ты точно уверена, что тебе не нужна компания на ночь? – спросила я, стоя уже в дверях.
– Нет. Думаю, я успела от тебя устать, – пошутила она.
И я рассмеялась. Не наигранно, а искренне. Как вдруг в соседней палатке заиграла сирена.
– Укол адреналина, дефибриллятор сюда, срочно!
Это кричала Нэнси. Я редко видела ее такой испуганной. Она всегда выглядела спокойной медсестрой, у которой все было под контролем.
Но эта ситуация стала удивлением для всех.
Толпа врачей и медсестер уже вбежала в соседнюю палату. Кто-то пытался откачать парня, лежащего у окна, кто-то тщетно пытался изучить историю болезни. Ему не повезло: всего час назад была пересменка. Многие присутствующие общались друг с другом криком, и я успела ухватить пару слов.
– Ты же говорил, он идет на поправку!
– Он шел! До вчерашнего дня! Тебе заместитель разве не сказал?
– О боже, у другого рвота!
– Опять? Почему так много?
– Нужно его спасти! Уведите остальных! НЕМЕДЛЕННО!
– Что же с ними всеми происходит?
Стоя в стороне я наблюдала, как все безрезультатно пытались реанимировать парня. Как доктор Майерс стучал по его грудной клетке, пытаясь привести его в чувство.
Но у не получилось. И он, так и не вставая с пола, на который без сил упал, объявил время смерти.
Глава 18. Потеря тепла.
И все-таки ведро спасло меня тогда. От холодной ночи и дождя, который прекратился только к утру.
Но оно меня спасло не только от этого.
Встав, когда лучи солнца уже вовсю освещали наше маленькое жилище, я вылезла из ведра и сразу же потянулась к своему рюкзаку. Пруденс и Сью уже, наверное, поели и ждут когда я проснусь, первая так еще и распланировала маршрут дальше.
Уже несколько месяцев подряд моим завтраком были шпроты. Это было традицией. И пережив эту холодную ночь, я была рада их есть. Схомячила их так быстро и нещадно, что мое чавканье раздавалось по всему жилищу. Но когда доела последнюю кильку, поняла, что не слышу девочек. Обернувшись, я увидела, что Пруденс сидит в той же позе, что и заснула, но с опущенной головой. В её ногах не было Сью. Видимо подруга снова заснула, а девчушка незаметно ускользнула от нее.
– Сью! – крикнула я, поднимаясь с земли.
Она не могла куда-то далеко уползти. Ходила и то еле-еле. Выйдя из-под моста, я начала осматривать все вокруг. Сегодня было намного теплее, чем вчера. Я надеялась, что в обед нас не накроет ливень. В полях сидели какие-то насекомые, которые издавали звук. И вместе с ними – Сью.
Она была недалеко от дороги, пыталась поймать ускользающих от нее жучков. Подняв ее, я проверила, все ли в порядке.
Все в порядке. Просто загрязнилась.
– Мама будет недовольна, – пробурчала я ей, поворачивая обратно к мосту.
Хорошо, что я проснулась раньше Пруденс. Она бы сильно испугалась за дочь. Я же надеялась на лучшее, когда ее искала. Они ведь обе успели стать родными для меня. И единственными, на тот момент. Я как будто верила, что с этой малышкой не может ничего плохого случиться. Как и с Пруденс.
Подойдя к подруге, я посадила Сью на землю. И начала собирать свои вещи. Надо было дать ей еще чуть-чуть подремать, прежде чем мы снова отправимся в путь. Стоит в этот день преодолеть намного
