Некоторые даже встали с мест и стали таращиться на него, как на прокаженного.
Я быстро схватила Сью и усадила на себя. Прислонила к себе настолько сильно, что она даже пискнула. Так рьяно мне хотелось защитить ее от подобных всплесков неизвестной инфекции. Так мы точно до Джозефины не доберемся.
В автобусе стоял тот же странный запах, что я чувствовала уже давно на улице. Только там он был еще больше. И вперемешку с потом. Люди чихали и кашляли. Совсем не прикрываясь. Девушка, сидевшая рядом со мной, в один момент показала, как закрывает свое лицо банданой. Такой роскоши у меня не было, но я последовала ее примеру и натянула на лицо футболку. И сделала это со Сью.
С каждой остановкой количество людей увеличивалось. Как и количество заражений на их коже. Но появились и те, кто обезопасил себя. Клянусь, что видела даже одного мужчину в костюме пасечника.
Запах становился все зловоннее. Я с трудом тянулась к открытому окну и успокаивала Сью. Той уже надоело сидеть в этой духоте.
Все стали на меня оглядываться. Видимо детей они давно уже не видели и были недовольны, что их и так тяжелую жизнь еще больше усложняют.
Доехав до очередной остановки спустя пару часов, мы остановились. Люди заходили. Это была долгая остановка. Мест уже не хватало.
– Мы уже в центре? – спросила я у женщины, севшей рядом со мной.
– Почти. Но туда почти никто не ездит.
– Почему?
– Бояться. Там больше всех зараженных.
– Зараженных? Чем?
– Не знаю. Какая-то инфекция. У моей соседки муж умер, просто задохнувшись.
После ее слов я уже тонула в своей футболке, еще крепче прижимая к себе Сью. В какой-то момент она снова визгнула от этого.
Я боялась. Того, что нас ждет впереди. Эти новости были совсем некстати. Я тут же вспомнила, как солдаты, когда мы пытались спасти родителей Шарлотты, говорили о том, что творится в центре. Тогда я и не догадывалась насколько все было плохо. Надо было бы выйти из автобуса и соорудить себе маску. И Сью.
– Конечная! – сказал наконец водитель.
Я посмотрела в окно. Это был город. С виду, вполне приличный. В котором вовсю ходили люди. Вдалеке я даже увидела продуктовый. И только выйдя из автобуса, поняла, что имела в виду эта женщина.
Люди валялись рядом с остановкой, не в силах уже выбраться из центра. Запах стоял просто невыносимым. Каждый глоток воздуха, который я делала, как будто приближал меня к смерти. От удушения так точно.
Надо было срочно найти где укрыться. Я искала глазами это место. И нашла. Тот продуктовый, что я пару минут назад приметила. Понеслась туда.
Это было наше спасение. Хоть и на пару минут.
Войдя в него, я увидела женщину, сидевшую за стойкой. Ей было лет пятьдесят и я была чертовски рада увидеть наконец кого-то с волосами, уложенными в косу.
– Здравствуйте! Я прошу прощения, мы здесь недавно! Меня зовут Лав, а это Сью. Нам бы переждать тут пару часов. А потом мы уйдем.
Я тараторила так быстро, как могла. То ли из-за того, что она уже встала и пошла по направлению к нам, то ли от того, что боялась, что могу задохнуться.
– Здравствуйте, – с уважением ответила она мне, улыбаясь, – я все понимаю, но не могу вас принять. Понимайте, у нас магазин… и так много людей приходят.
– Я понимаю! – пыталась давить на жалость я, – но у меня ребенок! Пожалуйста, войдите в положение! Я только узнаю, как добраться до запада, и мы сразу уйдем.
– До запада? – сказал мужчина ее возраста, выходящий из подсобки, – зачем вам на запад?
– Там моя подруга. Она в безопасном месте. Мне нужно до нее дойти.
– Дойти? – рассмеялся он, – до него километров пятьдесят, не меньше.
– Значит доехать, – ответила ему я, – пожалуйста, мне страшно бродить по городу с ребенком. Я найду машину или что-то еще и сразу же ее заберу.
Они переглянулись. Было видно, как я доставляю им неудобства. Но женщина сжалилась.
Хорошо, Лав. У вас два часа. Не больше.
Это был поистине лучший день в моей жизни. Я с радостью вручила ей Сью, не забывая при этом благодарить. После недавней поездки она сопела у меня на плече. Проблем доставить была не должна.
Выбежав из магазина, я огляделась. Рядом не было никаких больше остановок, кроме той, от которой мы ушли. Машин же было побольше, правда они тоже вовсю спешили. Натянув на свое лицо футболку, я начала идти, куда глаза глядят. Надеялась что-то найти. Несколько раз подходила к людям и спрашивала как добраться до запада. На меня смотрели как на сумасшедшую. В точности как тот мужчина из магазина. Водители тоже не спешили остановиться. Судя по направлению, они стремились на юг. И действительно: теперь, находясь в центре, я понимала, что на юге было намного спокойнее, чем в центре. Возможно они стремились еще южнее, в Гандерст или Зиндерлинис.
Казалось, что везде было лучше, чем в здесь, в центре.
Куда я так надеялась попасть.
В отличии от продуктового, другие магазины были, по большей части, закрыты. Оставались лишь несколько рабочих. И то я видела, как своим клиентам они выдавали товар через форточку.
В центре Подесты стояла настоящая эпидемия непонятного вируса. Все закрывали свои лица как могли. А продавцы и вовсе запирались от внешнего мира. Но в такой ситуации их магазины действительно были похожи на крепости. Я до сих пор радовалась, что смогла найти неравнодушных людей, которые приютили на несколько часов Сью. На радостях даже оставила им все наши вещи. Вот бы их никто не растащил.
Бродя по городу в течение часа, я вдруг поняла, что начинаю задыхаться. Как будто камушки застряли у меня в горле и не давали воздуху пройти дальше. К этому затору в горле начала подступать изжога. Давала о себе знать после нескольких часов голодания, ведь кушала я только утром.
Этого я и боялась. Скорее всего, уже успела заразиться этой болезнью. Главное было не передать ее малышке.
Поблизости аптек не было. Было глупо надеяться найти здесь хоть какие-то лекарства. Нужен был транспорт. Это было важнее. Чтобы хотя бы Сью смогли довезти до Джозефины. А там уже ей помогут врачи.
Когда я свернула за угол, то увидела толпу солдат из «Саузен Пауэр», которые шли по направлению ко мне. У одного из них в руках был рупор. Он говорил: “Предъявляем паспорта. Все те, у кого нет паспорта, подлежат
