нет⁈
— Госпожа, пожалуйста, успокойтесь…
— Я требую разговора с Фридрихом Штайгером! Немедленно! Он не позволит так со мной обращаться!
Мужчина с седыми усами кивнул:
— Совершенно верно. Это унижение. Мы не какие-то там беженцы! Мы — члены Великого Клана Штайгер! И к нам должно быть соответствующее отношение!
Фридрих почувствовал, как внутри него что-то переломилось.
Он активировал громкую связь, и его голос разнёсся по первому сектору:
— Внимание! Говорит Фридрих Штайгер! Слушайте все, кто ещё цепляется за иллюзии о величии нашего клана!
Толпа на экранах замерла, сотни лиц на станциях повернулись к ближайшим динамикам.
— Гюнтер мёртв. И мы больше не Великий Клан, — продолжил Фридрих, его голос был жёстким и беспощадным. — Мы — побеждённые. Разбитые. Мы бежим с поджатыми хвостами в Альтенхафен, где нас, если повезёт, подберут корабли Десмондов. И знаете, что он нам сказал? Что возьмёт только тех, кто может приносить пользу!
Он видел, как в толпе начали переглядываться, как некоторые лица бледнели.
— Ваши титулы ничего не значат! Ваша знатность ничего не значит! Единственное, что имеет значение — это ваши навыки, ваши знания, ваша способность работать! Так что если кто-то из вас всё ещё думает, что ему положено особое отношение из-за древности рода или размера поместья — можете оставаться здесь! Объясните Рихтеру, какие вы важные персоны! И может быть, ваше умертвие будет работать официантом в ресторане, а не пахать на стройке!
Он замолчал, тяжело дыша, и выключил связь.
Он и сам верил в то, что говорил. Если, у рядовых членов клана может и был шанс спастись, то его, как и тех, кто занимал высокие должности, скорее всего ждала лишь смерть и служение некромантам в посмертии.
Во всяком случае именно так Фридрих убеждал себя в том, что спасает не только свою шкуру.
В штабе стояла мёртвая тишина. Помощники смотрели на него с чем-то похожим на ужас.
Фридрих опустился на стул, внезапно почувствовав страшную усталость.
На экранах толпа медленно начала расходиться. Некоторые люди стояли неподвижно, словно не веря услышанному. Гертруда Штайгер плакала, утыкаясь лицом в платок. Мужчина с седыми усами просто ушёл, волоча за собой чемодан.
— Господин Штайгер, — тихо начал один из помощников, — может быть, это было слишком…
— Слишком что? — устало спросил Фридрих. — Слишком честно? Слишком жестоко?
Он обвёл взглядом экраны, на которых продолжался хаос.
В одной зоне инженеры всё ещё грузили оборудование в товарные вагоны, споря о том, что важнее взять. В другой — семьи толпились у информационных стендов на станциях, пытаясь найти свои имена в списках составов. В третьей — охрана разнимала очередную драку.
— Посмотрите на это, — сказал Фридрих, указывая на экраны. — Вы видите порядок? Организованность? Достоинство Великого Клана?
Помощники молчали.
— Я вижу хаос, — продолжил Фридрих. — Панику. Людей, которые не могут принять реальность. Которые всё ещё думают, что мир вертится вокруг них. И знаете что? Я больше не могу это контролировать.
Он откинулся на спинку стула, глядя в потолок.
— Я пытался. Честное слово, пытался. Составил списки, организовал станции, распределил приоритеты. Но они… они не хотят слушать. Они не хотят понимать.
Новый сигнал прервал его монолог. На экране появилось сообщение от одного из координаторов:
«Господин Штайгер, на станции номер пять началась массовая давка при посадке в состав. Три человека ранены. Запрашиваем дополнительную охрану».
Фридрих молча прочитал сообщение и передал его ближайшему помощнику:
— Пошлите туда ещё два отделения охраны.
Следующее сообщение:
«Семья Вайсберг всё-таки попыталась погрузить свой фарфор. Контейнер упал и разбился. Они требуют компенсации».
Фридрих хмыкнул, но ничего не ответил.
Третье сообщение:
«В складе номер семь обнаружена попытка кражи. Кто-то пытался вынести чертежи нового типа големов».
Фридрих нахмурился:
— Арестовать вора. Допросить, для кого работал. Если шпион Рихтера — казнить на месте.
Четвёртое сообщение:
«Запасы воды на исходе. Многие люди жалуются на жажду».
Пятое:
«В детской зоне началась истерика. Дети требуют родителей».
Шестое:
Экзекутор Вольфганг отказывается грузиться без своей личной библиотеки. Четыреста томов'.
Седьмое, восьмое, девятое…
Сообщения сыпались одно за другим, каждое описывало новую проблему, новый конфликт, новую катастрофу.
Фридрих смотрел на поток сообщений, и его лицо становилось всё более безучастным.
Он больше не отдавал приказов. Он просто сидел и смотрел.
На экранах продолжался хаос. Люди кричали, дрались, плакали. Инженеры таскали ящики в вагоны. Охрана пыталась навести порядок на станциях. Дети капризничали. Старики жаловались.
И Фридрих вдруг понял одну простую вещь.
Контроль утерян.
Полностью и безвозвратно.
Он больше не управлял ситуацией. Он просто наблюдал, как всё разваливается на части, несмотря на все его попытки.
Великий Клан Штайгер умер не тогда, когда Гюнтер взорвал себя.
Он умер прямо сейчас, на железнодорожных станциях по пути к Альтенхафену, разрываемый на части собственной неспособностью принять поражение.
— Господин Фридрих? — тихо окликнул его один из помощников. — Что будем делать?
Наследник Гюнтера медленно повернулся к нему. Его лицо было бледным, глаза пустыми.
— Ничего, — тихо ответил он. — Мы ничего не можем сделать. Просто… просто пусть всё идёт, как идёт.
Он снова посмотрел на экраны, где продолжалась эта жалкая драма.
Он отгонял от себя мысль, что именно его слабость и трусость стали причиной окончательного падения клана.
И он больше не знал, как что-либо исправить.
Он просто сидел в своём командном пункте, окружённый экранами и сообщениями о катастрофах, и наблюдал, как рушится последнее подобие порядка.
Двадцать четыре часа, сказал Рихтер.
Фридрих вдруг подумал, что даже двадцати четырёх дней не хватило бы, чтобы навести порядок в этом безумии.
Клан Штайгер был мёртв.
И он, Фридрих, просто присутствовал на похоронах.
* * *
Экран коммуникатора вспыхнул, и на нём материализовалось изображение Азуриона. Наследный принц Сирен выглядел официально, одевшись в церемониальный чешуйчатый доспех. А за его спиной виднелись резные коралловые колонны тронного зала.
— Максимилиан, — приветствовал он меня с лёгким кивком. — Как вы и предполагали, мы зафиксировали необычную активность флота Десмондов.
Я откинулся на спинку кресла в своём полевом штабе, где мы разместились после захвата территорий вокруг Кайзерштадта.
— Подробности?
— Их корабли движутся точно в сторону земель Штайгеров, — Азурион провёл рукой по воздуху, и перед ним всплыла голографическая карта. — Мы засекли большой флот, выдвинувшийся от главной базы Десмондов. Они идут прямиком в Альтенхафен, единственный порт в той стороне, который может принять столько кораблей.
Я кивнул. Довольно очевидный выбор.
Значит, они действительно собрались сбежать.
— Скорость движения?
— Высокая. Они явно торопятся. По нашим расчётам, достигнут порта через восемнадцать-двадцать часов.
— Значит, нужно их опередить, — констатировал я вслух.
— Макс, а почему бы Сиренам снова не
